Китай после 90-х

0
2

ПЛАН

ВВЕДЕНИЕ

Глава 1. Современное состояние экономики Китая

Глава 2. НА ПУТИ К ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА

Глава 3. Экономическая политика и внешне-экономическая деятельность.

Глава 4 «Внешняя политика Китая в 90-е годы».

Глава 5. «Казахстано-Китайские отношения».

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Введение

На рубеже веков людям особенно свойственно строить прогнозы в отношении грядущего. Не избежали такого соблазна и специалисты-международники. Многие поспешили объявить следующее столетие “веком АТР”. Некоторые – “веком Китая”. И если нынешний финансово-экономический кризис в Восточной Азии поставил под сомнение правомерность выделения  всего Азиатско-Тихоокеанского Региона в качестве основного центра будущей мировой политики и экономики, то несомненные достижения КНР по наращиванию своего потенциала в последние два десятилетия, выдвинувшие эту страну на новые позиции в мировой политике и экономике,  по-прежнему  позволяют связывать будущее мировой цивилизации с перспективами развития Китая и особенностями его адаптации к системе международных отношений.

Не секрет, что к настоящему времени на Западе и Востоке появились озабоченность и даже страх в отношении возможного доминирования Китая в мировых делах в следующем тысячелетии.

Тезис о “Китайской угрозе” сегодня очень популярен.  “Темные замыслы” Пекина видят и в модернизации вооруженных сил и в сотрудничестве с “тоталитарными режимами” и “в наступлении на демократические права и свободы”, и даже в усилении роли КНР  в мировой экономике. Кое-кто в своей китаефобии уже дошел до прямых обвинений Пекина во вмешательстве в ход избирательной кампании президента США или в “ползучей китайской экспансии” на российском Дальнем Востоке.

Безусловно, многое в этих подозрениях вызвано сугубо конъюнктурными соображениями внутриполитической борьбы в отдельных странах мира , но исходная посылка – несомненное усиление роли КНР на международной арене – верна.

Другое дело как к этому относиться.  Можно, конечно, приложить все усилия, чтобы “сдержать” Китай. Но не стоит доказывать, что это, во-первых, практически невозможно, а во-вторых, поставит под угрозу весь сложившийся порядок международных отношений.

Наверняка, разумнее строить “Китайскую политику” на реалистических оценках нынешней мощи  КНР, перспектив её дальнейшего усиления и – самое главное – прогнозирование характера наиболее вероятных действий КНР на международной арене в обозримом будущем.

 

 

Глава 1. Современное состояние экономики Китая

 

За прошедшие 20 лет — с 3-го пленума ЦК КПК 13-го созыва до XV съезда КПК — Китай добился небывалых успехов в экономическом строительстве и социальном развитии: сделаны ре­шающие шаги в реформировании экономической системы; повышена степень открытости страны внешнему миру; общественные производительные силы продолжали развиваться, жизнь населения улучшилась. Все эти успехи были достигнуты бла­годаря совместной упорной борьбе народов всей страны, вооружившихся теорией Дэн Сяопина, под руководством ЦК КПК, ядром которого яв­ляется Цзян Цзэминь.

Те, кто побывал в Китае 20 лет назад, приез­жая сюда вновь сегодня, не могут поверить своим глазам. В стране действительно произошли колос­сальные перемены. Многие иностранцы, посетив­шие Пекин и Шанхай, не устают повторять, что эти города нисколько не уступают мегаполисам развитых стран. Проживающие в них китайцы тоже восхищаются происходящими здесь значительны­ми изменениями.

За прошедшие 20 лет Коммунистическая пар­тия Китая, взяв на вооружение политику реформ и расширения внешних связей в качестве гене­рального курса и сделав ее составной частью своей политической линии, развернула широкие преобразования в областях экономики, политики, науки, техники, образования и в других сферах. Волны реформ и открытости катятся по селам и городам Китая, охватив всю территорию страны площадью 9,6 млн. кв. км, принося глубокие исторические перемены.

Реформа, открытость и социальное развитие взаимно содействуют друг другу. 20 лет поли­тики реформ и расширения внешних связей стали периодом наиболее бурного развития экономики и ускоренного роста совокупного потенциала Китая. Это нашло отражение в быстром разви­тии производительных сил и всестороннем про­грессе общественной жизни. За период 1979 — 1997 гг. среднегодовой прирост валового внутрен­него продукта составил 9,8 процента, темпы ин­фляции снизились с 21,7 процента в 1994 г. до 0,8 процента в 1997 г. Возникла благоприятная ситуа­ция быстрого экономического роста при низком уровне инфляции. Несколько улучшилась структу­ра экономики. Выросла ее эффективность. Ситуа­ция с финансами оставалась стабильной, хорошо обстояло дело с международными платежами, не­прерывно повышался уровень жизни населения.

Досрочно была достигнута цель увеличения в четыре раза валового национального продукта Китая. Согласно принятой в 1987 г. на XIII съезде КПК стратегической программе развития народного хозяйства страны, валовой националь­ный продукт к 2000 г. должен увеличиться в че­тыре раза по сравнению с 1980 г. Но уже в 1995 г. эта задача была выполнена. В настоящее время по совокупному экономическому потенциалу Ки­тай продвинулся в мире с 10-го места в 1991 г. на 7-е место, уступая лишь США, Японии, Герма­нии, Франции, Италии и Англии.

Стабильным был рост основных видов про­дукции промышленности и сельского хозяйства. В 1997 г. ВВП составил 7,477 трлн. юаней. В сопоставимых ценах он увеличился в 5,6 раза по срав­нению с 1978 г. Валовой сбор зерна достиг 492,5 млн. т, что на 61,6 процента больше, чем 20 лет тому назад; собрано 4,3 млн. т хлопка, прирост — 98,4 процента по сравнению с 1978 г.; сбор маслич­ных культур достиг 21.5 млн. т, увеличившись в 4.1 раза по сравнению с 1978 г.; производство свинины и мяса крупного и мелкого рогатого ско­та составило 41,21 млн. т, увеличившись по срав­нению с 1978 г. в 4,8 раза; продукция водных про­мыслов — 35,61 млн. т, прирост — 7,6 раза по сравнению с 1978 г.; добыча угля — 1,39 млрд. т, прирост — 2.3 раза по сравнению с 1978 г.: выра­ботка электроэнергии — 1132 млрд. кВч, прирост

— 4.4 раза по сравнению с 1978 г.; сплавка стали – 107,57 млн. т, прирост — 4,4 раза по срав­нению с 1978 г.: выпуск автомобилей — 1,59 млн. штук. прирост – 3,3 раза по сравнению с 1978 г.: цветных телевизоров    36.43 млн. штук, прирост— 70,4 раза по сравнению с 1978 г. Внешняя торговля продолжала стабильно расти. За 1997 г. были фактически использованы зарубежные ин­вестиции на сумму 64 млрд. долларов США, ва­лютный резерв Китая достиг 140 млрд. долларов. По этому показателю Китай вышел на второе ме­сто в мире. В настоящее время по производству основных видов продукции промышленности и сельского хозяйства, таких, как зерно, хлопок, масличные культуры, мясо, яйца, хлопчатобумаж­ная ткань, уголь, сталь, цемент, одежда, телеви­зоры и т. д., Китай вышел на первое место в мире. По мере укрепления базисной роли сельского хозяйства и повышения промышленной про­изводительности было в корне покончено с товар­ным дефицитом, мучившим страну долгое время. В соотношении между спросом и предложением была отмечена тенденция превращения рынка про­давца в рынок покупателя.

Быстрое развитие получили также образова­ние, наука, техника, культура, физкультура, спорт и здравоохранение, что заложило прочную основу для роста совокупной экономической мощи Китая. Успешное проведение экономической ре­формы на селе, главным содержанием которой стало введение системы семейного подряда, способ­ствовало развитию сельского хозяйства и нацио­нальной экономики в целом, дало импульс ре­форме в других областях. В городах стабильно осуществляется реформа финансовой, налоговой, валютной систем, систем внутренней и внешней торговли, планирования, сырьевых ресурсов, це­нообразования и оплаты труда, которая нацеле­на на введение режима современных предприятий и оживление их деятельности. Сформировалась первоначальная схема гармоничного  развития различных секторов экономики, ведущим из кото­рых является общественный. Продолжают расши­ряться внешние связи, сложилась архитектоника полноформатной, многоярусной открытости, ох­ватывающая особые экономические зоны, примор­ские открытые города и районы, открытые города вдоль реки Янцзы, приграничные и внутриконтинентальные открытые города. Одновременно с этим шаг за шагом развертывается перестройка политической системы, происходит дальнейшее со­вершенствование социалистической демократии и правопорядка в целях управления государством на правовой основе и строительства социалисти­ческой законодательной базы.

За истекшие 20 лет по мере углубления реформ в Китае в основном завершился этап экономи­ческого развития, характеризовавшийся товарным дефицитом и количественным ростом. Китайская экономика вступила в новый этап, который отли­чается оптимизацией хозяйственных структур и по­вышением качественных показателей народного хозяйства в целом.

С наступлением нового этапа, отличительны­ми чертами которого служат реформирование гос­предприятий — в первую очередь текстильной промышленности, ускорение темпов финансового макрорегулирования, приоритетное развитие элек­троники, информатики, сферы недвижимости и других отраслей, являющихся новыми источника­ми экономического роста, китайская экономика, несомненно, получит новый импульс развития и поднимется на новый уровень. Китай относит­ся к числу развивающихся стран. Цель, которую он преследует, заключается в том, чтобы в пос­ледние три года нынешнего века добиться эко­номического роста в среднем на 8 процентов в год, а в первом десятилетии следующего века — на 7 процентов. На этой основе прилагаются усилия к тому, чтобы к середине XXI века в основном осуществить модернизацию народного хозяйства и превратить Китай в могучую, демократическую, цивилизованную державу с уров­нем жизни среднеразвитой страны. Облик Китая претерпит тогда еще большие изменения. И наша страна, бывшая творцом многих исторических чу­дес, внесет новый вклад в развитие человечества.

За минувшие 20 лет проведения политики ре­форм и открытости по мере развития внешней торговли в КНР постоянно совершенствовалась структура экспортных товаров. В середине 80-х гг. от экспорта преимущественно продукции пер­вичной переработки Китай перешел в основном к экспорту готовых промышленных изделий.

Внешнеторговые успехи Китая в 1997 г. при­влекли внимание всего мира. Общая сумма им­порта и экспорта страны за год составила 325,1 млрд. долларов США, по этому показателю Ки­тай впервые вышел на 10-е место в списке круп­нейших торговых держав и районов, составляе­мом Всемирной торговой организацией. До этого он пять лет подряд занимал 11-е место в мире.

Внешнеторговый оборот Китая в 1997 г. уве­личился в 15,7 раза по сравнению с 1978 г. На­чиная с 1983 г. на протяжении 15 лет неизменно регистрируется в этой области рост. При этом экспорт составил 182,7 млрд. долларов, или в 18,7 раза больше, чем 20 лет назад; а им­порт — 142,4 млрд. долларов, или вырос в 13,1 раза. Активное сальдо внешней торговли достиг­ло 40,3 млрд. долларов. Для внешней торговли Китая характерны следующие особенности:

Экспорт растет быстро и стал важным сти­мулятором роста китайской экономики. В 1997 г. темпы роста внешней торговли Китая на 7 про­центов опережали прирост мировой торговли. Годовой рост экспорта составил 20,9 процента. Начиная с 1980 г. 1997 стал четвертым по счету го­дом с более чем 20-процентным приростом внеш­ней торговли наряду с 1987, 1994 и 1995 гг.

Импорт растет ровно и невысокими тем­пами. В 1997 г. темпы роста импорта в Китае оказались самыми низкими за период с начала 90-х гг. Это означает незначительный рост капи­таловложений, невысокий потребительский спрос, усиленное замещение импортных товаров отече­ственными, т. е. увеличение на рынке доли това­ров отечественного производства.

Гармонично развиваются обычная торгов­ля и торговля, основанная на обработке привоз­ного сырья. При этом удельный вес последней не­сколько повысился. В 1997 г. общая сумма им­порта и экспорта в обычной торговле Китая соста­вила 117 млрд. долларов, или 36 процентов объ­ема внешней торговли. Благодаря относительной стабильности торговой политики и благопри­ятным условиям торговля, основанная на обра­ботке привозного сырья, получила неуклонное и стабильное развитие. Объем ее импорта и экс­порта в 1997 г. составил 169,81 млрд. долла­ров, или 52,2 процента общего объема внешней торговли. Одновременно развиваются госпредприя­тия и предприятия с участием иностранного капи­тала. Госпредприятия продолжают сохранять до­минирующее положение в экономике. В 1997 г., сообразуясь с изменением государственной поли­тики и внешнеторговых условий, госпредприятия продолжали углублять реформу и довели общую сумму импорта и экспорта за год до 163,66 млрд. долларов, или 50,4 процента общей стоимости импортно-экспортных товаров страны. В 1997 г. на фоне некоторого сокращения договорных сумм иноинвестиций фактически использованные объ­емы значительно возросли. Одновременно быстро растут импорт и экспорт на предприятиях с уча­стием зарубежного капитала. Их годовой внешне­торговый оборот достиг 152,62 млрд. долларов. Их доля в общей стоимости импортно-экспортных товаров поднялась с 4,04 процента в 1986 г. до 46,9 процента.

Быстрыми темпами вырос импорт продук­ции первичной обработки. Произошло дальнейшее упорядочение структуры экспортных товаров. В 1997 г. импорт продукции первичной обработки составил 28,62 млрд. долларов США, а экспорт — 23,93 млрд. долларов США. Их доля во внешнетор­говом обороте снизилась с 53,5 процента в 1978 г. до 13,1 процента. Экспорт готовых промышлен­ных изделий достиг 158,77 млрд. долларов США, их доля в объеме внешней торговли выросла с 46,5 процента в 1978 г. до 86,9 процента.

Стратегия диверсификации внешнего рын­ка дала результаты. Сянган играет все большую роль во внешней торговле КНР. В настоящее время в число десяти крупных торговых пар­тнеров Китая входят Япония, Сянган, США, Европейский Союз, Республика Корея, Тайвань, Сингапур, Россия, Австралия и Индонезия. Об­щий объем торговли с ними составил 272,16 млрд. долларов США или 83,7 процента валового внеш­неторгового оборота страны. Экспорт, нацелен­ный на вышеназванные традиционные рынки. продолжает значительно возрастать. В то же время экспорт китайских товаров в Латинскую Америку, Африку и Океанию увеличивается еще быстрее, т. е. соответственно на 47,7, 24,9 и 22,1 процента.

Бурное развитие получил экспорт в различ­ных провинциях, автономных районах и городах центрального подчинения страны. Большие сдви­ги произошли в Этой области и во внутренних рай­онах, расположенных вдали от морского побе­режья. В 1997 г. темпы его роста в 16 провинциях. автономных районах и городах центрального под­чинения превысили 20 процентов, включая 6 при­морских провинций и автономных районов — Гуан-дун, Хайнань, Фуцзянь, Чжэцзян, Цзянсу и Гуанси, 10 внутренних — Шаньси, Внутреннюю Монголию, Хэйлунцзян, Цзянси. Хубзй, Гуйчжоу. Тибет, Ганьсу, Нинся и Синьцзян. По годовому объему экспорта первые десять мест заняли Гуан-дун, Шанхай, Цзянсу, Шаньдун, Фуцэянь, Чжэцзян, Пекин, Ляонин, Тяньцзинь и Хэбэй, которые вы­везли товары на общую сумму 162,19 млрд. долла­ров США, что составило 88,8 процента общего объема внешней торговли страны. Кроме того, пять особых экономических районов в Шэньчжэне, Чжухае, Сямэне, Шаньтоу и Хайнане за 1997 г. по­ставили на внешний рынок товары на общую сум­му 23,18 млрд. долларов США, что на 31 процент больше показателя предыдущего года.

Китай и в дальнейшем будет делать упор на повышение эффективности и прилагать усилия для расширения внешней торговли, продолжать совершенствование структуры импорта и экспорта, по-прежнему придерживаться стратегии повышения качества товаров и рыночной диверсификации, активно осваивать международные рынки; осуще­ствлять дальнейшее снижение общего уровня таможенных пошлин, добиваясь того, чтобы к 2005 г. на промышленные изделия они были снижены в среднем до 10 процентов. Начиная с 1998 г. Китай вновь прововодит льготную нало­говую политику в отношении оборудования, импор­тируемого для инвестиционных проектов, кото­рые поощряет и поддерживает государство. Он бу­дет, например, освобождать такое оборудование от таможенных пошлин и налога на добавленную стоимость, поощрять заимствование передовых технологий и основного оборудования. Китай намерен также углублять реформу внешней тор­говли и внешнеэкономических связей, совершен­ствовать систему посреднических услуг, предо­ставлять предприятиям еще большие права на ведение внешнеторговой деятельности, содейство­вать политическими средствами формированию обстановки равноправной конкуренции, активно участвовать в региональном экономическом сотрудничестве и глобальной многосторонней торговле.

В 1979 г. городок Шэньчжэнь, расположен­ный на границе с Сянганом, стал первым в Ки­тае особым экономическим районом. В тот же пе­риод Китай открыл миру свои двери. В 1980 г., спустя всего год после исторического 3-го пле­нума ЦК КПК 11-го созыва, было провозглашено создание первого в истории КНР совместного предприятия — Сянган-пекинской компании по

занято 17,5 млн. человек или 11 процентов общей численности трудоспособного населения помимо того, которое задействовано в аграрном секторе страны. Вот почему эти предприятия играют та­кую важную роль в решении вопроса трудоустрой­ства в густонаселенном Китае.

За период 1993 — 1997 гг. налоговые поступ­ления от деятельности совместных предприятий в Китае (исключая таможенные и земельные налоги) составили 210 млрд. юаней. К 1996 г. на их долю приходилось 12 процентов общего объема налоговых поступлений от промышленно-торгового сектора КНР.

Инвестиции иностранных бизнесменов в та­кие предприятия составили 13 процентов общего объема капиталовложений в основные фонды стра­ны.

На долю указанных предприятий приходит­ся 14 процентов промышленной продукции Ки­тая.

Ныне зарубежные инвестиции поступают в большинство отраслей китайской национальной экономики. Ежегодно растут объемы фактически использованных зарубежных средств. После бур­ного роста иноинвестиций, который был зареги­стрирован в последние годы, Китай начал упоря­дочение в этой области. Поставлены задачи на основе активного и рационального использования инокапитала поощрять зарубежные инвестиции в комплексное развитие сельского хозяйства, в ин­фраструктуру, комплексное освоение природных ресурсов, высоких и новых технологий, в цен­тральные и западные регионы страны. Используя меры, соответствующие международным нормам, принято решение упорядочить конкуренцию в стране, усилить деятельность по обслуживанию, контролю и управлению предприятиями с уча­стием иностранного капитала. В основе этой работы — совершенствование системы налогообло­жения, контроль над выполнением контрактов и защита интересов тружеников этих предприятий.

 

Глава 2. НА ПУТИ К ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА

 

Это могло быть просто случайным совпаде­нием, но 18 декабря 1978 г., в день открытия в Доме Собраний народных представителей 3-го пленума Центрального Комитета КПК 11-го созы­ва, 21 земледелец уезда Фэнъян провинции Аньхой подписал контракт о распределении полей среди крестьянских дворов. Теперь этот контракт хра­нится в Историческом музее Китая. Как манифест китайских крестьян об освобождении от бедности, он символизирует, что именно отсюда началась в Китае реформа на селе.

На 3-м пленуме ЦК КПК 11-го созыва был определен курс на реформу, которая началась с села. Широкие массы крестьян создали разные системы хозяйственной ответственности, в том числе систему подрядной ответственности кресть­янских дворов за сельскохозяйственное произ­водство, закрепляющая за крестьянскими дворами производственные задания. В 1980 г. началось распространение семейно-подрядной системы при одновременном упразднении народных коммун, сочетавших в себе административные и хозяй­ственные функции, было осуществлено выделение органов власти из структуры народных коммун. Одновременно были значительно повышены заку­почные цены на продукцию сельского хозяйства и подсобных промыслов. Благодаря внедрению семейно-подрядной системы ответственности на селе крестьяне перестали питаться из «общего котла», их производственная инициатива возросла. К 1984 г. в 5,69 млн. сельских производственных бригад действовали различные системы производственной ответственности. 183,979 млн. крестьянских дво­ров или 96,6 процента их общего количества были охвачены подрядной системой ответственно­сти. В 1982 — 1986 гг. ЦК КПК пять лет подряд издавал документы № 1, в которых провозглаша­лось, что семейно-подрядная система хозяйствен­ной ответственности крестьянских дворов будет сохранена на протяжении длительного времени. В 1984 г. валовой сбор зерновых в Китае достиг 407,3 млн. тонн или 400 кг на душу населения, что стало рекордным за всю историю развития сель­ского хозяйства страны и впервые выдвинуло Китай на уровень мировых производителей зерна. Среднедушевой сбор хлопка в Китае также пре­высил средний мировой уровень. Всего за 6 лет был сделан первый шаг в реформе на селе, про­гресс китайского крестьянства привлек внимание всего мира.

С наступлением 1985 г. начался второй этап сельской реформы в Китае. ЦК КПК, своевремен­но выдвинув стратегический лозунг «без сельского хозяйства нет стабильности, без промышленности нет богатства, а без торговли нет оживления», начал проводить на селе политику, нацеленную на сворачивание централизованных закупок про­дукции сельского хозяйства и подсобных хозяйств, внедрение системы контрактных заказов и упоря­дочение производственной структуры в целях уско­рения процессов коммерциализации, специализации и модернизации сельской экономики. Волна товар­ного хозяйства впервые размыла на селе непри­ступную крепость замкнутости. Китайское сельское хозяйство стало переходить от мелкотоварного производства к крупномасштабному, от традицион­ного сельского хозяйства к современному.

По мере развития товарного хозяйства на селе и возникновения в значительных количествах избыточной рабочей силы диверсификация стала развиваться ускоренными темпами в китайской де­ревне. Китайские крестьяне наконец освободились от оков, привязывавших их к земле. Это крупный шаг китайского села по пути индустриализации сельского хозяйства в результате изменения ха­рактера товарно-производственных и земельных отношений в деревне.

В процессе совместного развития сельского хозяйства, промышленности и индустрии услуг, а также перехода от натурального хозяйства к товар­ному, поселково -волостные предприятия (ПВП) удостоились того, чтобы играть ведущую роль. В 1987 г. валовая продукция ПВП, принадлежащих крестьянам, впервые превысила валовую про­дукцию сельского хозяйства. В 1988 г. валовая продукция ПВП достигла 649,5 млрд. юаней и сра­внялась с объемом валовой национальной про­дукции страны в 1978 г. В 1990 г. валютные посту­пления от экспорта ПВП составили 13 млрд. дол­ларов США или 23,8 процента от общих валют­ных поступлений всей страны. ПВП в китайских деревнях бурно развиваются, появилось много моделей организации ПВП, например, ПВП в юж­ной части г. Сучжоу, в г. Вэньчжоу и в дельте реки Чжуцзян. Такое развитие ПВП сродни бога­тому урожаю зерновых в 1984 г. Миллионы китай­ских крестьян без всяких колебаний принимают активное участие в индустриализации и впервые стали инициаторами товарного хозяйства.

Суть реформы в китайском селе заключается в переходе от натурального хозяйства к товарно­му. Это не только экономический и социальный процесс, но одновременно и процесс раскрепоще­ния сознания крестьян. Распространение семейно-подрядной системы ответственности убедительно свидетельствует о том, что она является эффек­тивной формой развития сельской экономики на нынешнем этапе и открывает широкие перспек­тивы для подъема и развития народного хозяй­ства страны. Как сказал Дэн Сянпин: «Реформа на селе, проводимая в течение нескольких послед­них лет, имеет революционное значение».

В процессе перехода сельского хозяйства на рельсы специализации и коммерциализации кре­стьяне все яснее осознают важность науки и техни­ки, испытывают стремление к ним. В марте 1985 г. в Китае началась реформа системы науки и тех­ники, был определен курс их развития, суть кото­рого выражалась в формуле: «Экономическому строительству необходимо опираться на науку и технику, научно-техническим работникам необ­ходимо работать на благо экономического строи­тельства». Этот курс предоставил научно-исследо­вательским организациям и научно-техническим специалистам благоприятные возможности для внедрения на селе научно-технических достижений и оказания крестьянам помощи в развитии сель­ской экономики. Для удовлетворения потребно­стей сельских производителей и в соответствии с задачами реформы экономической системы стра­ны в мае 1985 г. Государственный комитет по де­лам науки и техники КНР представил Госсовету КНР доклад «О сооружении ряда научно-техниче­ских объектов для содействия подъему местной экономики». В нем говорилось об освоении на селе ряда технических объектов, которые соответ­ствуют техническому уровню средних и малых предприятий и могли бы за короткое время обес­печить повышение экономической эффективности. Этот доклад был назван планом «Искра».

В середине и в конце 90-х гг. исходя из реальной ситуации развития сельского хозяй­ства в Китае, 10 министерств и госкомитетов КНР, в том числе Госкомитет по делам науки и техники, министерства сельского, лесного и вод­ного хозяйства Китая, разработали «Аграрную научно-техническую политику», которая была официально обнародована в начале 1998 г. В этом документе были намечены следующие цели разви­тия аграрной науки и техники на предстоящие 5 — 15 лет: быстрое повышение уровня развития сель­ского хозяйства в целях достижения передового международного уровня в области аграрной науки и техники; значительное расширение сферы рас­пространения агротехнологий для обеспечения ро­ста сельскохозяйственного производства на 50 про­центов и выше с помощью науки и техники; повышение уровня агротехнических специалистов, зна­чительное повышение научно-технического уровня крестьян; реформирование системы капиталовло­жений, увеличение их объемов; создание благо­приятных условий для развития агротехнологий.

Для реализации данных целей определены глав­ные направления дальнейшего развития агротех­нологий в Китае. Они связаны с достижением важ­ных прорывов в области биотехнических исследо­ваний, освоения информационной техники и дру­гих новых и высоких технологий, активным рас­пространением и комплексным использованием передовой прикладной техники, обеспечением при­менения научно-технических достижений для даль­нейшей индустриализации сельского хозяйства. развитием сельского хозяйства за счет совре­менной промышленности, обеспечением его про­должительного роста.

 

Глава 3. Экономическая политика и внешне-экономическая деятельность.

 

Китай прошел незаурядный 20-летний путь ре­форм и открытости и готовится ныне вступить в XXI век, который несет с собой много надежд. На рубеже веков китайский народ не только соби­рает плоды, но также высевает семена мечты и надежд.

Дэн Сяопин сказал: «Реформы и открытость являются преобразованием по всем направле­ниям, включая реформирование экономической и политической системы и реформы в других об­ластях. Открытость представляет собой расшире­ние связей со всеми странами мира». Его выска­зывания олицетворяют достижения китайского народа в продолжительном углублении реформ и открытости. Они являются также руководящей идеей в процессе строительства социализма с ки­тайской спецификой. На основе этой идеи:

— Система социалистической рыночной эконо­мики заменит систему плановой экономики, рыноч­ный механизм постепенно займет господствующее место в экономической жизни. В докладе на XV съезде КПК Цзян Цзэминь отметил: «Эконо­мика, базирующаяся на общественной собственно­сти, включает не только государственный и кол­лективный секторы, но и государственные и кол­лективные компоненты в экономике смешанных форм собственности». Эта теория будет способ­ствовать дальнейшему совершенствованию эко­номической системы Китая, мобилизации ини­циативы во всех направлениях, развитию различ­ных секторов экономики.

— Реформа на государственных предприятиях получит дальнейший стимул. Исходя из принципа «браться за крупные предприятия и давать простор мелким», некоторые рентабельные веду­щие предприятия будут преобразованы в круп­ные корпорации и объединения с высокой конку­рентоспособностью на международном рынке. Бла­годаря структурному упорядочению у слитых и обанкротившихся предприятий появится новый производственный потенциал.

— На основе высоких урожаев на протяжении ряда последних лет и значительных достижений в развитии сельского хозяйства в стране будет по­степенно фокусироваться на увеличении доходов крестьян и упорядочении структур сельскохо­зяйственного производства. На основе земледелия и при одновременном расширении диверсификации подъем сельского хозяйства будет осуществляться за счет внедрения достижений агронауки, развитие крупномасштабного производства сельхозпродук­ции и повышение ее коммерческой значимости.

— По мере осуществления реформы экономи­ческой системы будет ускорено проведение по­литической реформы, предполагающей принятие ряда мер, нацеленных на развитие демократии, укрепление правопорядка, разделение производ­ственных и административных функций, сокраще­ние административного аппарата, совершенство­вание системы демократического контроля, со­хранение стабильности и сплоченности. Постепен­но будет реализована концепция «управление го­сударством на законодательной основе».

— Борьба с разложением, поощрение честно­сти и неподкупности поставлены на правовой осно­ве. Необходимо не просто строго карать за нару­шения законов и дисциплины, коррупцию и разло­жение, но и принимать комплексные меры с целью упорядочения экономического развития, совершен­ствования правопорядка, усиления контроля за це­нами и общественным распределением, сочетать принцип неподкупности с преобразованием полити­ческой и экономической системы, утверждать в обществе благоприятный социальный климат.

— В области внешней торговли и внешнеэко­номического сотрудничества будет продолжаться претворение в жизнь курса «прочно закрепляться на каждом рубеже», расширение экспорта при со­хранении высокой экономической эффективности. Что касается влияния последствий финансового кризиса в ряде стран Азии, то Китай готов при­нять различные меры, включая укрепление управ­ления предприятиями, действующими в области экспорта, оптимизировать структуру экспортной продукции, совершенствовать систему возврата налогов на экспортные товары, всемерно расши­рять экспорт, надлежащим образом увеличивать импорт. Одновременно следует активно использо­вать иностранные капиталы, расширять сотрудниче­ство в области предоставления трудовых услуг. увеличивать инвестиции за рубежом.

По поручению Госсовета КНР председатель государственного планового комитета КНР Чэнь Цэиньхуа определил главные цели макрорегулирования и основные задачи экономического и социального развития Китая в 1998г.

Основные цели макро регулирования в 1998 году таковы:

  • экономический рост -8 про­центов;
  • рост капиталовложений в основные фонды   более 10 процентов;

удержание роста розничных цен на товары в пределах 3 про­центов, а цен на предметы наро­дного потребления – примерно на 5 процентов; .               .

  • сокращение бюджетного де­фицита на 10 млрд. юаней по сравнению с 1997 годом;
  • удержание объема денежной эмиссии в пределах 150 млрд. юаней;

– общий объем импорта и эк­спорта  в размере 345 млрд. дол­ларов США;

– удерживание естественного прироста населения в пределах ) 0,6 на тысячу человек; – уровень – зарегистрированной безработицы а городах – пример­но 3,5 процента. После рассмотрения и утверждения сессией  ВСНП вышеуказанных целей в соответствии с курсом «стремиться вперед при соблюдении стабильности» Китай будет претворять их в жизнь.

Основные задачи экономичес­кого и социального развития Ки­тая на 1998 год:

  • стабилизировать и упрочить базовое положение сельского хо­зяйства
  • всесторонне развивать сельскую экономику;

– повышать качество функци­онирования промышленности, активно культивировать новые сфе­ры экономического роста;

  • сохранить соразмерный рост капиталовложений в основные фонды, упорядочить и оптимизи­ровать их структуру;
  • далее развивать экономику открытого типа, повышать уровень внешней открытости;
  • усиливать управление бюд­жетными доходами и расходами, предотвращать и разряжать финансовые риски:
  • осуществлять стратегию образования и стратегию возмож­ного продолжительного развития;
  • усилить динамику возобновления трудоустройства, продолжить улучшение жизни народа.

Надлежит приложить силы, чтобы в нынешнем году числен­ность бедных на селе сократилась до 40 млн. человек (в настоящее время – 50 млн. человек). Объем производства стали достигнет 107 млн. тонн. электроэнергии -1200 млрд. кВт-ч, В 1998 году об­щий объем инвестиций в основ­ные фонды составит 2765 млрд. юаней, из которых на капиталь­ное строительство предназначе­но 1050 млрд. юаней. Реальный рост доходов, находящихся в не­посредственном распоряжении горожан, и рост чистого дохода сельских жителей составят при­мерно 4 процента.

Чэнь Цэиньхуа отметил, что план 1997 года успешно выпол­нен. В минувшем году в Китае продолжался быстрый рост наро­дного хозяйства. Валовой внут­ренний продукт страны 477.2 млрд. юаней, что на 8,8 процента больше, чем в предыдущем году, стабильными. Цены на рынке были в основном стабильными. Общий уровень розничных цен в стране повысился по сравнению с предыдущим годом на 0,8 процента

Произошли новые сдвиги в регу­лировании структуры, заметно ослабло торможение развития народного хозяйства со стороны его «узких мест». Сравнительно быстро росли бюджетные поступ­ления. В финансовой ситуации со­хранялась стабильность, возросла динамика реформы с упором на госпредприятия, по ряду важных аспектов достигнуты сдвиги. Сравнительно, быстро росла внеш­няя торговля, повысилось качест­во использования зарубежных ин­вестиций.

В экономической и социальной жизни Китая все еще существует ряд очевидных противоречий и проблем. Главные из них таковы: недостаточно высоки совокупные качество и эффективность наро­дного хозяйства. Остаются срав­нительно острыми противоречия, проистекающие из нерациональ­ной структуры народного хозяйст­ва. Экономический рост еще не­свободен от влияния экстенсивного хозяйствования. Уровень экономической эффективности предприятий по-прежнему довольно низок. К концу 1997г. потери убыточных предприятий функционирующих как хозрасчетные единицы, выросли по срав­нению с предшествующим годом на 11 процентов. В том числе убытки госпредприятий увеличи­лись на 8,2 процента. Хозяйствен­ная деятельность многих из них претерпевает трудности. Помимо тех. кто возобновил занятость, в конце 1997 года насчитывалось 4,8 млн. желающих вновь получить работу. В финансовых учреждени­ях относительно велик удельный вес не погашаемых кредитов. Не упорядочены отношения в рас­пределении доходов, несовер­шенны средства их регулирова­ния.

Чэнь Цзиньхуа отметил, что эти проблемы либо накапливались годами, либо возникли в ходе реформ. Надо содействовать тран­сформации экономической систе­мы и форм экономического роста. И прилагать максимум усилий для  решения проблем.

Успехи, достигнутые в торговой политике КНР, были обусловлены ходом реформ, начатых с конца 1978 года, в которых можно выделить два крупнейших этапа: первый (1978 – 1991гг.) был этапом «соединения плана с рынком», второй (с 1992г.) – функционирования официально провозглашенного курса создания рыночной экономики.

На первом этапе в экономике республики были сделаны первые шаги по осуществлению политики внешнеэкономической открытости. Направлениями ее реализации послужило расширение прав ведения внешнеэкономической деятельности провинциям, предприятиям, привлечение иностранных кредитов и прямых иностранных инвестиций, а также создание полигонов для адаптации рыночных механизмов на специально созданных экономических зонах. Этот период дал практике формирования внешнеэкономической политики в мире такое понятие, как «двухкоридорная», или «двухколейная» система, которая демонстрирует высокую степень вмешательства государства в тактические шаги проведения реформы. Высокая степень политического вмешательства в реформируемый процесс обеспечила мирную эволюцию перевоплощения состояния экономики в новое качество.

Второй этап реформирования, начавшийся в 1992 году, обогатил мировую практику хозяйствования таким понятием, как «китайский путь» вхождения в рынок. Провозглашенная на XIV съезде КПК политика необходимости ускорения процесса реформ базировалась на расширении внешних связей и модернизации. В развитии системы рынка особо выдвигалась необходимость формирования «единого открытого конкурентного и упорядоченного большого рынка». Особой мобильности наряду с товарами и услугами подвергалось развитие рынков капитала, недвижимости, рабочей силы, информационного потока. За это время директивным планированием до 14 видов была сокращена номенклатура товарных ценностей, куда входят продукты продовольственного комплекса, ряд нефтепродуктов, химические удобрения. Существенное сокращение получила доля материальных ресурсов (до10%), распределяемых непосредственно государством. Наряду с широко-масштабностью реформы, включающей валютную, финансовую, социальную и другую политику, радикальных сдвигов достиг внешнеэкономический комплекс, в котором совокупный объем внешней торговли $1 трлн. долл., что превышало уровень 1990 года более чем в 2 раза. Это обеспечило Китаю в мировом экспорте долю около 3% и позволило войти в десятку крупнейших экспортеров мира.

Тем не менее, национальные особенности страны не позволяют выбранной модели обеспечить высокий уровень экономического развития, в том числе полной реализации экспортной способности. Импортная политика Китая исходит из принципов необходимости защиты экономической независимости, в том числе национальной промышленности и ее экспортной составляющей. Последствия экспортной политики обусловливают наполнение импортной «корзины» страны.

В структуре импорта предпочтение отдается передовой технике, ключевому оборудованию, дефицитным материалам для строительства. Выбранная торговая политика страны в иерархии потребностей в импорте на самую низшую ступень ставит предметы первой необходимости. Однако проведенный анализ импортной политики Китая показывает, что благодаря стратегии и тактике урегулирования меняется структура импортных товаров. Так, например, если в 60-е годы доля товаров, обеспечивающих существование населения, составляла свыше 28% в импорте, то в 70-е годы их доля уже не достигала 20%, а доля средств производства в них превысила 80%. До 1960 года львиная доля комплектного оборудования поставлялась из СССР и стран Восточной Европы, а с 60-х годов – из западных стран. Так, была ввезена техника и технология для текстильной, нефтяной, химической, металлургической, горношахтной и электронной промышленности. Только на рубеже 1972-1979гг. на территории Китая начали функционировать импортируемые 367 объектов.

При сохранении более 80% средств производства в объеме импорта, качественные изменения произошли по статьям ввозимых наименований. От политики импорта всего технологического оборудования для функционирования объектов Китаем был сделан шаг на совместное предпринимательство и реконструкцию отечественных предприятии. Тем самым Китай все более наступательно продвигался к формам международного разделения труда. К настоящему периоду в импорте нефтяной продукции преобладает доля готовой промышленной продукции. Кроме того, зерно, растительное масло, сырая нефть поставлялись близлежащими партнерами по ценам, ниже мировых.

Последствиями отмеченного выше явилась активизация развития науки и техники. Стабильность импорта необходимых материальных ресурсов, транспорта и техники способствовала Расширению масштабов воспроизводства. Несомненно, строго регулируемый импорт потребительских товаров обеспечил потребность внутреннего рынка, тем самым повысив уровень благосостояния. С точки зрения модернизации Китая, политика импорта 8-ой пятилетки обусловила:

  • стимулирование развития промышленности сельского хозяйства;
  • ускорение процесса технической реконструкции, что создало новую структуру отраслей промышленности;
  • насыщение рынка потребительских товаров, а также его рациональное обновление.

Тем не менее, ограничителями для политики импорта служат введение единых валютных курсов женьминьби, их девальвирование и высокий уровень таможенной пошлины. К тому же недостаточное исследование возможностей интеграции внутренней и внешней торговли не позволяет занять китайским товаропроизводителям выгодные позиции. За это время Китай принял положение о таможенной пошлине, функционирующее на территории большинства государств мира; по 225 видам товаров сокращена импортная пошлина; на 7,8% снижен уровень таможенной пошлины; аннулированы импортные квоты и лицензии на фотоаппараты, телефонные аппараты и т.д. При этом были уменьшены таможенные тарифы на импорт легковых машин, а также изменены 2993 наименования сборов; урегулирована беспошлинная политика в отношении многих видов товаров, с целью приближения таможенной пошлины к мировому стандарту. Совершенствование применяемых в торговой политике нетаможенных мероприятий, наряду с вышеотмеченными дало новый импульс реформе системы импортной торговли. Сопоставление архитектоники рынка китайского импорта показывает, что интенсивно отвоевывается место Азии, доля которой составляет более 60% от совокупного импорта. Несмотря на абсолютный рост объемов импорта из Европы и США, их доля в общем объеме неуклонно снижается.

Объем внешней торговли в 1995 году достиг уровня $280 млрд., в том числе экспорт $149 млрд., а импорт $132 млрд., положительное сальдо торгового баланса -$16,7 млрд. Сравнивая эти показатели с прошлым периодом, можно заметить, что в китайском экспорте неуклонно растет доля промышленных товаров.

Особо высоко оценивая место региональных торговых связей, лидеры

Азиатско-тихоокеанского пространства преследуют цель закрепиться на мировых товарных рынках в качестве весомого участника. Первопричина этому -стесненность китайских капиталов и товаров в рамках внутренней экономики. Придавая особую значимость институциональным факторам в развитии внешней торговли, на рубеже 90-х годов Малайзия выдвинула инициативу сформировать в Юго-Восточной Азии международную торговую организацию ВАЭГ (Восточно-Азиатская экономическая группировка). Проект создания новой региональной группы активно спонсировался промышленной буржуазией, банками и промышленными кругами Малайзии. В последующие годы данная группировка была преобразована в Восточно-Азиатское экономическое сообщество (ВАЭС). Целесообразность такого формирования в немаловажной степени была обусловлена экспансионистской внешнеторговой политикой Японии, которая, создавая однобокую привязку к экспортируемой продукции и технологии, тем самым упрощала себе доступ к природным и трудовым ресурсам стран ЮВА. Однако последствия японской войны, в которой Япония считала своим историческим предназначением осуществлять руководящую политическую роль в регионе, являлись ограничительным фактором для усиления влияния ее в настоящее время. Пресса многих стран ЮВА неустанно подчеркивает, что Япония, поменяв формы установления ею контроля, не изменила своих истинных планов по отношению к окружающим странам. Между тем, понимая, что китайский капитал контролирует как экономику и торговлю, так и финансы и банки Малайзии, инициатива о создании ВАЭС не встретила единодушной поддержки в странах АСЕАН. Под давлением ряда государств сама Малайзия выступила за включение в данную группировку Японии. Отсюда можно сделать вывод, что не только вышеотмеченные факторы, но и крупномасштабная дипломатия способна сформировать общий курс международной торговой политики, изменить платформы отдельных государств.

 

Глава 4 «Внешняя политика Китая в 90-е годы».

 

К концу 80-х годов устранение практически всех противоречий в советско-американских и советско-китайских отношениях, а также бесконфликтность американско-китайских давали основание об исчезновении геополитической структуры «большого треугольника». Однако события на площади Тяньаньмэнь, привлекшие за собой обострение отношений КНР с США и другими странами западного мира, а также кардинальные изменения в СССР, закончившиеся его распадом, вновь заставили китайских руководителей  подумать о возрождении политики «треугольной отношений» как одному из возможных средств противодействия чрезмерному влиянию США на международной арене.

В целях усиления своих позиций перед лицом американского давления Китай был вынужден реанимировать политику , диктующуюся правилами игры в «большом треугольнике» Вашингтон-Пекин-Москва. Существование и функционирование структуры «треугольника» определяются прежде всего степени конфронтационности  и их силовым потенциалом. Логика «треугольник отношений» подразумевает, что две более слабые и/или пассивные стороны объединяются для «обороны» против более сильной и/или агрессивной стороны. Если в 70-х годах “наступающей” стороной была Москва, то с начала 80-х годов – и, особенно с конца 80-х – эта роль все больше стала переходить  к США . В новых условиях китайская сторона обратила особое внимание на укрепление сотрудничества с более слабой из сторон, то есть с СССР. Укрепление отношений с Москвой могло бы способствовать усилению международных позиций Пекина, а также росту экономического и военного потенциалов КНР. Таким образом, возникла основа для сближения двух сторон на базе неантагонистического противостояния доминированию США в регионе и в мире в целом.

Свою специфику на характер развития отношений между Москвой и Пекином на рубеже 80-90-х годов как в КНР, так и в СССР приобрели значительное влияние силы, выступавшие против многих важных направлений официального курса в области внешней и внутренней политики двух стран. В КНР это проявилось в ходе и после подавления студенческих выступлений на площади Тяньаньмэнь, когда среди китайского руководства усилились позиции консервативных сил, а также роль “наведшей порядок” армии. Это создало основу для постановки задачи укрепления модернизации вооруженных сил КНР. Результатом тяньаньмэньских событий в Пекине стало и состояние определенной политической изоляции КНР на международной арене. Предпринятые против КНР санкции западных стран в сочетании с инициативой сторонников антикапиталистического пути Китая, выступавших против “чрезмерно активного” сотрудничества со странами Запада, объективно вели к усилению ксенофобии в китайской внешней политике в отношении государств Запада.

В СССР в этот период времени также наблюдалось усиление позиций реакционных представителей военно-промышленных кругов и партийно-административной номенклатуры, выражавших неприятие “проамериканского” курса М. Горбачева, как “подрывавшего национальную безопасность”, а также его “антисоциалистической” внутренней политики, в том числе программы снижения военных расходов и конверсии военного производства. В качестве альтернативы они предлагали более тесное сотрудничество с “социалистическим Китаем” и максимально полное использование опыта этой страны во внутренней политике.

Чрезмерная роль политико-идеологического фактора в советско-китайских отношениях рубежа 80-90-х годов привели к тому, что они стали развиваться не по всему спектру обычных межгосударственных отношений, но в русле, определявшимся лидерами консервативного крыла. Заинтересованность КНР в развитии контактов с представителями советской партийной номенклатуры и военного руководства объяснялось не только соображениями идеологического или политико-стратегического характера (воспрепятствовать дальнейшей экспансии “буржуазной идеологии” и “мирной эволюции” социалистических стран к капитализму, уменьшить давление на Пекин со стороны Запада, ослабить международную изоляцию КНР после событий на площади Тяньаньмэнь), но и стремлением к быстрому обновлению вооруженных сил Китая. На этом настаивали сторонники быстрой модернизации и укрепления китайских вооруженных сил в лице военных и партийных леворадикалов, по-прежнему рассматривавших мировую политику в военнно-силовых категориях. Активное военное сотрудничество СССР и КНР в сочетании с тесными связями консервативных партийных кругов двух стран грозило вылиться в случае победы августовского путча в формирование военно-стратегического квазиальянса Москвы и Пекина, что было чревато непредсказуемыми последствиями для всей системы международных отношений. В прессе, которая поддерживалась силами, попытавшимися организовать переворот в августе 1991 г. , стала популярной позиция что “обе страны по раздельности противостоят одному и тому же врагу”, и это представлялось основой для “всеобъемлющего взаимодействия”.

Провал августовского путча, отстранение от политической власти в России коммунистической партии, победа в Москве антикоммунистических и в то время западных затормозили процесс сближения Москвы и Пекина. Тем более, что в то время российские власти, охваченные прозападным “романтизмом”, в своих отношениях с Пекином стремились не отходить от установленных США и Западной  Европой стандартов, старательно подчеркивали расхождения с китайским руководством в подходах к правам человека, а Китай в системе российских внешнеполитических приоритетов ставился после США, стран Западной Европы, Японии и Южной Кореи.

Тем не менее в декабре 1991 г. Китай заявил о признании стран СНГ, А в 1992 году китайским руководством было принято решение по стимулированию отношений между странами СНГ, в том числе и Казахстаном и КНР. В целях активизации этого сотрудничества, Китай уже использовал уже имевшиеся контакты со станами СНГ, но еще в составе СССР,  в первую очередь по линии военно-промышленных связей. Кроме того были предприняты усилия по налаживанию и укреплению прямых торгово-экономических связей между отдельными предприятиями и органами местной власти стран, что стало шагом по формированию новой базы отношений.

 

Глава 5. «Казахстано-Китайские отношения».

 

Большой прогресс за последние годы достигнут в казахстанско-китайских отношениях. Китай одним из первых признал независимость Казахстана. Были установлены между ними дипломатические отношения. В Пекине и Алматы открылись посольства. Налажено транспортное сообщение по воздуху, железной дороге, автотрассам, то есть созданы необходимая база и предпосылки для развития и углубления двустороннего сотрудничества.

Важнейшим событием в истории двухсторонних отношений стал визит Н. А. Назарбаева в КНР осенью 1993 года, в ходе которого была подписана “Совместная декларация об основах дружественных взаимоотношений между Республикой Казахстан и Китайской Народной Республикой”.

С начала сотрудничества между странами принято более 30 документов, регулирующих их взаимоотношения в различных сферах общественной жизни. Заметно проявило себя торгово-экономическое сотрудничество. Объем товарооборота между Казахстаном и Китаем за 10 месяцев 1995 года достиг уровня почти 300 млн. долл. США, что на 17 % больше по сравнению с тем же периодом предыдущего года. Во время последних переговоров руководители обеих стран отмечали, что уровень торговли может быть доведен до 500 млн. долл. США. [1] Поскольку примыкающие к границе Казахстана приграничные районы Китая, в отличие от восточных приморских его районов (где находятся специальные экономические зоны), меньше   от политики реформ и внешней открытости, они проявляют растущую заинтересованность в сотрудничестве с Казахстаном. Вместе с тем на казахстанский рынок начинают выходить производители и из глубины Китая, из его центральных, северных, северо-восточных, южных развитых районов. Казахстан и Китай имеют богатые природные ресурсы, взаимодополняющие экономики, удобные транспортные коммуникации в этом заключается большой потенциал для дальнейшего развития взаимовыгодных отношений. [2]

Состояние отношений между Китаем и Казахстаном вполне обосновано оценивается политическим руководством и общественностью двух стран как положительное и имеющее большие перспективы. Об этом свидетельствуют дружественные связи, мирное сотрудничество, взаимное уважение суверинитета, утверждение политического взаимопонимания, желание достичь консенсуса по любому существующему вопросу. Хорошая договорно-правовая база, создающая условия для развития сотрудничества в различных сферах деятельности. “Хотя мы часто ссылаемся на традиции и исторические глубокие корни нашего добрососедства, заслуживает внимание то, что сегодня мы с Китаем имеем принципиально новые отношения на всех направлениях”.*

В настоящий момент в Казахстане впервые за историю соседства было достигнуто соглашение о границе между Китаем и Казахстаном. Об этом следует заметить хотя бы потому, что Казахстан стал первым среди граничащих с Китаем государств, подписавших всеобъемлющие соглашение о границе.

Впервые китайское правительство дало гарантии безопасности Казахстану. Впервые пять стран расположенных вдоль границы, достигли соглашения по мерам военного доверия в районе границы и сокращению войск. Можно без преувеличения констатировать, что заслуга в улучшении двусторонних связей принадлежит Президенту Республики Казахстан Н. А. Назарбаеву и Председателю КНР Цзян Цзэминю. Главами двух государств заложен прочный фундамент для стратегического сотрудничества в перспективе.

 

 

 

Заключение.

 

  • Во-первых строить сегодняшние и тем более завтрашние отношения с Китаем на путях борьбы с «китайской угрозой» было бы серьезной ошибкой. Но и не замечать тенденции к превращению КНР во все более мощную державу тоже неверно. Оптимум находится где- то посредине.
  • Во-вторых, Не следует концентрировать усилия на выталкивание Китая на обочину мирового развития. Это в лучшем случае не принесет желаемых результатов, а в худшем – приведет к конфликту посерьезнее холодной войны. Наоборот серьезный учет – что не всегда означает безусловное принятие растущих претензий КНР играть адекватную ее потенциальную роль в мировой политике и экономике может привести к вполне органичному вхождению Китая в формирующееся современное мироустройство на основе взаимоприемлемых компромиссов. Что однозначно не принесет положительных результатов в построении отношений с Пекином, так это политика откровенного давления и диктата, как впрочем и бесхребетная «политика умиротворения» .
  • В-третьих, что касается Казахстано-Китайских отношений, то следует развивать нормальные дружеские связи, берущие свое начало с древнейших времен. Также следует делать упор на экономические отношения между странами. Это касается в первую очередь нефтяного сотрудничества, реализации соглашения в данной области, подписанного Казахстаном и Китаем в сентябре 1997 года, ведь не даром его назвали контрактом века.

 

 

 

 

 

Список использованной литературы

 

 

  1. Китай-Пекин. Синьсин 99 год.
  2. Я. М. Бергер. Переход к рынку в КНР: Общество, Политика, Экономика. М,94 год.
  3. Китай: Общество, Политика, Экономика. Сборник. М,1991 год.
  4. П. Мозиас. Варианты развития экономической ситуации в АТР: перспективы для России и Китая // Новая и новейшая история. – 1993 год. — №5 – стр. 8-16
  5. О. Остоухов. Внешняя политика Китая в годы реформ и перспективы ее развития. // Мировая экономика и международные отношения. – 1999 год — №3 – стр. 5-15
  6. М. М. Ауэзов. Цена пограничного спора Китая и Казахстана. // XXI век. – 1999 год – 6 мая –стр. 11
  7. К. Султанов. Казахстан – Китай: стратегическое партнерство будет развиваться. // Казахстанская правда. – 1999 год – 19 мая – стр. 3

 

 

 

  1. К. Султанов. Казахстан – Китай: стратегическое партнерство будет развиваться. // Казахстанская правда. – 1999 год – 19 мая – стр. 3

1$, 5$, 10$ ... Тәуелсіз KzNews жобасына қолдау көрсету