Китай как арена политической борьбы между заподом и советским союзом

0
2

ПЛАН

Введение

ГЛАВА 1. Краткая история формирования КНР.

  • Китайское государство до образования Китайской Народной Республики Синьхайская революция 1911 г. и падение монархии.

1.2. Государственный строй гоминьдановского Китая.

1.3. Образование и развитие Китайской Народной Республики.

1.4. Деформация государственного строя КНР в период “большого скачка” и “культурной революции” (1958- 1976 гг.).

Глава 2.   равновесие в Азиатско-тихоокеанском регионе геополитическом треугольнике СССР США Китай

2.1. СССР – КНР: от договора о дружбе 49 года до конфронтации 60-х годов.

2.2. Антисоветский китайско-американский альянс.

ГЛАВА 3. Современные политические позиции китая сша и стран СНГ.

3.1. Влияние Китая на Азиатско-тихоакеанский регион.

3.2. Принципы геополитики КНР.

Заключение

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Введение

Актуальность данной работы. Наполеон Бонапарт сказал о Китае: «Там лежит гигант. Пусть спит! Когда он проснется, он потрясет мир»[1]. Похоже, этот дракон начинает просыпаться. Китай уже вошел в круг держав, которые определяют основополагающие векторы развития геополитических полей и сил. Он превращается в один из главных полюсов мировой экономики. Есть все признаки формирования «Большого Китая» – Китайского общего рынка, куда войдут кроме него Тайвань, Гонконг, Сингапур, Макао. Ощутимый прогресс наблюдается и в военной сфере. На мировую арену выходит мощная супердержава с четвертью населения земного шара на стратегически важном геополитическом пространстве. Тезис о «Китайской угрозе» сейчас почти так же популярен, как в свое время боязнь «руки Москвы». Ни один из стратегов в мировых центрах власти не может игнорировать китайский фактор, разрабатывая и осуществляя политические проекты по проблемам безопасности.

Центральноазиатские государства бассейна Каспия (для древних и средневековых китайцев «Западный край») – часть «Большой» Центральной Азии. В свое время ООН приняла географическое деление Азии с запада на восток на Западную, Центральную и Восточную, исходя из геополитической традиции. В 1904 г. британский геополитик Х.Макиндер определил внутреннюю Евразию от Волги примерно до Лены и от Ледовитого океана почти до Персидского залива как «Осевой регион», а впоследствии (1919) как «Хартлэнд» (Сердце Земли). Он труднодоступен с акваторий Мирового океана, но контролирует подступы ко всем важнейшим регионам современного мира. На Х. Макиндера непосредственно оказал теоретическое (и, главное, практическое; но это особая тема) влияние классик русской геополитики ген. А.Е.Снесарев. Тот включил в состав Средней Азии российский Туркестан, Синьцзян (Китайский Туркестан), Индию, Афганистан, Иран и Тибет. Генерал Снесарев определил Большую «Среднюю Азию» как «ключ к мировой политике»[2] (на карте она и впрямь напоминает ключ к английскому замку). Он еще в 1906 г. предвидел, что Англия утратит свои позиции как сверхдержава, а Китай, напротив, приобретет.

Возможности современного Китая на мировой арене превосходят возможности всех прежних китайских империй. Со второй половины ХХ в. Китай все шире использует противоречия сверхдержав, а их собственные взаимоотношения стали зависеть от отношений с КНР. На первый и поверхностный взгляд, соперничать со сверхдержавами и их блоками КНР не могла и не может. Сверхдержавы должны активно присутствовать как центры силы во всех основных регионах мира (их девять). Но если учитывать не самый высокий уровень экономического, научно-технического и военного развития КНР, то можно понять, почему КНР на Западе склонны считать если и сверхдержавой, то «региональной». Однако вдумчивые геополитики находят такой подход несерьезным. Причина расхожих ошибок в оценке возможностей Китая – оценка элементов его потенциала разрозненно и по формальным показателям. Но оценить Китай и его возможности можно только в их едином комплексе и только в глобальном контексте.

Во-первых, Азия – крупнейшая часть света по территории, населению и ресурсам. Экономически Азия менее развита, чем Запад (хотя положение стремительно меняется в ее пользу), но без ее населения и ресурсов развитость Запада немыслима в принципе. «Эпицентр» третьего мира, обозначенный в свое время «дугой нестабильности» (очертившей бассейн Индийского океана) на 2/3 – Азия. Пресловутые «всего три региона» Азии, где Китай непосредственно и активно присутствует, – это Дальний Восток, Юго-Восточная Азия, Средний Восток. Через Синьцзян и Тибет Китай имеет доступ и в Южную Азию. Если установить геополитический циркуль в Синьцзяне, то его ножки найдут опору в Юго-Восточной Азии и на Среднем Востоке, параллельно давно и хорошо известной кризисной «дуге Бжезинского»[3].

Хронологические рамки. На юге Азии Китай с 60-х гг. поддерживает все более крепнущие отношения с Пакистаном – теперь, как и Китай, ядерным государством (КНР оказала определенное содействие если не разработке, то испытанию пакистанского ядерного оружия). Через Пакистан Китай получил доступ в регион Среднего Востока. Там с середины 70-х гг. КНР поддерживает отношения со странами – членами Организации Экономического Сотрудничества (ОЭС) на месте бывшего Багдадского пакта (СЕНТО) – Турцией, Ираном и Пакистаном. В 1992 г. к ОЭС присоединились пять среднеазиатских республик СНГ и Афганистан. В последнее время при участии Пакистана Китай пошел и на установление отношений с руководством талибан в Кабуле. После перехода США к «гуамской доктрине» Р.Никсона и роспуска существовавших ранее проамериканских военных блоков Китай начал углублять двусторонние соглашения с бывшими членами этих блоков, выстраивая из этих отношения своего рода «цепь» или «кольцо».

Отношения Китая со странами сопредельных регионов для него приоритетны прежде всего потому, что это его геополитический «шельф» в мировом «океане». Известно, сколь ревниво относится КНР к разделу сфер влияния на нефтеносном континентальном шельфе в Юго-Восточной Азии и зоне южных морей. Но за много веков до возникновения экономического интереса к ресурсам морского дна Китай осознавал значение «шельфа» сухопутного. Центральная и Южная Азия – обширная зона некогда знаменитого Великого Шелкового пути – Западный край (Сиюй). Ближним Западным краем считались территории современных Синьцзяна и Тибета, позднее (в ХУШ в.) присоединенных к Китаю. Более отдаленный Западный край включал территории государств вплоть до берегов Каспийского и Аравийского морей – Среднюю Азию, Иран, Индостан. Это территории современных государств ОЭС образца 1992 г. С древнейших времен до конца ХХ в. отношения Китая с дальним «Западным краем» были как минимум слабыми и едва прослеживались. Однако ускорившееся развитие КНР в последнее двадцатилетие и выход ее в мировые лидеры изменили здесь положение вещей. Теперь из трех крупнейших и сильнейших центров развития мировой экономики (американского, европейского и восточноазиатского) именно последний в лице Китая (и в меньшей мере его соседей) интенсивно осваивает эту часть света.

Библиография, источники, монографии, работы общетеоретического характера. СССР первым в мире признал существование этой новой страны и установил с ней дипломатические отношения 3-го октября 1949 г. Советское государство с первых дней оказывало широкую помощь молодой республике в экономической и культурной областях. Первостепенную роль в упрочении международного положения КНР и развитии советско-китайских отношений сыграл Договор о дружбе, союзе и взаимной помощи, подписанный 14 февраля 1950 г. С тех пор отношения между двумя великими странами развивались очень быстро. Даже в Конституции КНР в 1954 г. тезис о дружбе с СССР был утвержден как один из основных.

Во многих центральных и местных издательствах СССР началось широкое издание переводной китайской литературы. Переводились не только хорошо известные современные писатели-классики (Лу Синь “Родное село”, Дин Лин “Солнце над рекой Сангань”, Лао Шэ “Рассказы”, Мао Дунь “Перед рассветом”, Го Мо-Жо “Рассказы”), но и писатели, творчество которых было еще мало представлено в зарубежных переводах: Чжао Шу-ли “Регистрация брака”, Ма Фын и Си Жун “В горах Люйляна”, Цао Мин “Движущая сила” и др. Издавались не только художественная литература, но и произведения политической, научной литературы, а также книги самой разнообразной тематики (Мао Цзе-дун “О диктатуре народной демократии”, Лю Да-нянь “История американской агрессии в Китае”, У Чжуан-да “Тайвань”, Хуан Бо-цинь “Основные черты тектонического строения Китая” и др.).

Период 1950 – начало 1960-х гг. был расцветом дипломатических и культурных отношений СССР и КНР. Развитие культурных связей двух великих стран также достигло больших успехов. Книга, как и другие средства массовой пропаганды, сыграла важную роль в упрочении двусторонних культурных связей между СССР и КНР.

Данный период, представлявший собой расцвет издания китайской книги в СССР, ознакомил советского читателя с многовековой историей народа КНР. По данным “Ежегодника книги СССР”, в общей сложности в 1949–1990 гг. в СССР было издано 1133 названия китайских книг, отражавших почти три десятка тематических направлений.

В 1950 – начале 1960-х гг., т.е. в период расцвета дружбы между двумя странами, было выпущено 877 названий китайских книг по 23 тематическим разделам. Китайские книги, изданные в этот период, составляют 77% от общего числа изданной китайской литературы в СССР в 1949–1990 гг. Они представляли наибольшее количество тематических направлений литературы за 42 года.

К сожалению, советско-китайские отношения в 60-х гг. постепенно ухудшались. Культурное сотрудничество между СССР и КНР прекратилось в 1967 г. Об этом красноречиво свидетельствует статистика издания китайской книги в эти годы. Эти цифры свидетельствуют о неуклонном ухудшении отношений между двумя странами, следствием чего стало и резкое падение китайского книгоиздания в СССР. Улучшение отношений между двумя странами началось с 80-х годов, и это дало новый импульс развитию культурных книгоиздательских отношений между СССР и КНР. В работе использовалось множество монографий, в частности, Масленников В. «Китай: политико-экономический очерк.» М., 1946 , Овсиенко И.Х. Китай: экономико-географический обзор. М., 1959 , Гудошников Л.М. Политический механизм Китайской Народной Республики. М., 1974 ,Софронов М.В. Китайский язык и китайское общество. М., 1979  40 лет КНР. М., 1989  и многие другие. Хотелось бы отметить монографию Кравцовой М.Е. «История культуры Китая.» С-Питербург 2000, которая довольно полно и интересно освещает вопросы культуры Китая. Из источников которые опубликованы на русском языке в самом Китае это   энциклопедия Нового Китая. М., 1989, Китай после культурной революции М.1979, История культуры Китая СПб Лань 1999. Из западных авторов это- Фицджеральд.С.П. Китай. Краткая история культуры. 1998.  Настоящая публикация (кн.1и 2) – новое, существенно дополненное издание избранных трудов академика В.М.Алексеева, в котором представлены работы, посвященные истории китайской литературы, проблемам перевода, а также образцы научно-художественных переводов конфуцианской классики, поэзии и прозы.

Самую   свежую   html-версию   антологии,  содержащую  полный  текст  с китайскими   оригиналами,   фонетической    транскрипцией,    гиперссылками, комментариями,  биографическими  сведениями об авторах, литературоведческими статьями о китайской классической поэзии, образцами каллиграфии и еще многим другим,   можно   найти   на  интернет-сайте  по  адресу: http://baruchim.narod.ru.

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА 1. Краткая история формирования КНР.

 

1.1 Китайское государство до образования Китайской Народной Республики Синьхайская революция 1911 г. и падение монархии

 

После подавления восстания ихэтуаней количество подпольных революционных организаций продолжало расти, не прекращались и стихийные выступления крестьян. В 1905 г. произошло объединение революционных организаций страны в Союзную лигу (Тунмын хуэй), ядром которой явилось Общество возрождения Китая. Программой Союзной лиги стали три принципа, разработанные великим китайским революционером Сунь Ятсеном: национализм (свержение Цинской династии и восстановление независимости Китая), народовластие (учреждение республики) и народное благоденствие (осуществление уравнительного землепользования).

1906-1908 гг. были периодом революционного подъема, в ходе которого Союзная лига усилила свое влияние среди народных масс. В революционное движение были вовлечены солдаты и офицеры новых, т. е. по-европейски обученных войск. Революция началась восстанием революционных солдат и офицеров в Учане в октябре 1911 г. Восстание быстро перекинулось во все провинции Южного и Центрального Китая. На севере страны, менее развитом в промышленном отношении, власть осталась в руках цинского правительства. Цины обратились за помощью к генералу Юань Шикаю, бывшему губернатору столичной провинции Чжили, беспринципному политикану и карьеристу, находившемуся в то время не у дел. Юань Шикай был назначен главнокомандующим всеми императорскими вооруженными силами, а в начале ноября стал премьер-министром императорского правительства.

В то же время на юге сформировалось временное революционное правительство, а в декабре 1911 г. на конференции представителей 17 революционных провинций временным президентом республики был избран вернувшийся в Китай из эмиграции Сунь Ятсен.

В результате ряда политических маневров был достигнут компромисс, финалом которого было отречение Цинов. Однако и Сунь Ятсен был вынужден уступить Юань Шикаю президентский пост.

10 марта 1912 г. собрание представителей провинций, объявившее себя Национальным собранием, приняло Временную конституцию республики, предложенную Сунь Ятсеном. Для полуфеодального Китая эта конституция была прогрессивным документом. Она провозглашала принципы равноправия всего населения и неприкосновенности личности, свободы собраний, печати, вероисповедания, тайны переписки, права принесения жалоб на действие чиновников и т. д. В качестве высшего органа законодательной власти Конституцией предусматривался парламент в составе нижней палаты и сената. Сунь Ятсен полагал, что конституция будет ограничивать диктаторские поползновения Юань Шикая. Однако этот расчет не оправдался.

На выборах в парламент в декабре 1912 – феврале 1913 гг. большинство мест получил Гоминьдан (Национальная партия), созданный в результате преобразования Союзной лиги. Лидер новой партии Сун Цзяожэнь готовился стать премьер-министром.

Для того чтобы свести на нет Сияние парламента, Юань Шикай прибегнул к политическому террору. По его распоряжению за три недели до открытия парламента был убит Сун Цзяожэнь. Юань Шикай, подавив восстание, принял меры для укрепления личной власти. Путем угроз и подкупов он провел через парламент свою кандидатуру в качестве постоянного президента. Парламент был распущен, 14 мая 1914 г. была объявлена новая Временная конституция, предоставившая президенту диктаторские полномочия. Кабинет министров становился ответственным уже не перед парламентом, а перед президентом. Отменялись многие демократические институты. В конце 1915 г. было официально объявлено о восстановлении монархии. Накануне этого акта диктатор принял так называемое “21 требование”[4] Японии, направленное на превращение Китая в японскую колонию. Все это усилило оппозицию диктатуре Юань Шикая. На юге началось новое антиюаньшикайское восстание.

Диктатор был вынужден сделать заявление об отказе от монархии, но это не остановило восстания. Вскоре после смерти Юань Шикая в 1916 г. власть оказалась в руках северокитайских милитаристов – генералов, установивших военную диктатуру на подвластных им территориях. Но революционный Юг не признал власти северных генералов. В сентябре 1917 г. в Гуанчжоу (Кантон) сформировалось военное правительство защиты республики во главе с Сунь Ятсеном. Октябрьская революция в России придала новый импульс борьбе китайского народа за национальное освобождение и социальную справедливость.

В Китае она отозвалась “движением 4 мая”, положившим начало новому этапу освободительной борьбы. 4 мая 1919 г. в Пекине состоялись многолюдные демонстрации против политики капиталистических держав в отношении Китая и, в частности, против решения Парижской мирной конференции, санкционировавшей захват Японией провинции Шаньдун.

В 1921 году с помощью Коминтерна была создана Коммунистическая партия Китая. С целью объединения всех антиимпериалистических сил страны коммунисты в 1923 г. приняли решение о вступлении в партию Сунь Ятсена (возрожденный Гоминьдан) при условии сохранения организационной и идейной самостоятельности. Это вступление было оформлено в январе 1924 г. на 1 съезде Гоминьдана, ставшего, таким образом, организационной формой единого национального антиимпериалистического фронта.

В апреле 1924 г. Сунь Ятсен выступил с “Общей программой строительства государства”, в которой изложил свои конституционные взгляды, выразившиеся в идеях о “трех периодах” и “пяти властях”. Строительство государства он разделил на три периода: военное правление, политическая опека и конституционное правление. В первый из этих периодов, по мысли Сунь Ятсена, все государственные учреждения должны контролироваться военной администрацией, одновременно военную силу намечалось использовать для объединения страны. В период политической опеки население под руководством правительства организует самоуправление. Конституционное правление наступает с организацией самоуправления во всех уездах страны созданием правительства “пяти властей”[5], после чего следует созыв Национального собрания.

Выдвигая идею “пяти властей”, Сунь Ятсен выступил поборником принципа разделения властей, но при этом к законодательной, исполнительной и судебной властям он добавил экзаменационную и контрольную власти. Введение этих видов властей он не связывал только с китайской традицией – системой экзаменов для поступления на государственную службу и институтом цензората. Он считал, что экзаменационная система “восполняет пробелы, свойственные избирательной системе”[6] для отбора наиболее достойных кандидатов на государственные посты.

В 1926 году начался поход революционных сил Юга против северных милитаристов. Доход закончился победой южан и взятием Пекина. Однако в 1927 г. произошел разрыв Гоминьдана с компартией. Ставший после смерти Сунь Ятсена фактическим лидером Гоминьдана, Чан Кайши совершил 22 апреля антикоммунистический переворот.

 

1.2. Государственный строй гоминьдановского Китая.

 

В феврале 1928 г. на четвертом пленуме ЦИК Гоминьдана было образовано новое Национальное правительство, считавшееся общекитайским. “Органический закон Национального правительства” 1925 г. оставался в силе, в него были внесены лишь некоторые изменения. В том же году были приняты законы об организации палат (юаней) правительства, воплощавших суньятсеновскую схему пяти властей, которые, однако, не были созданы единовременно, а учреждались постепенно. Так, в 1928 г. была учреждена законодательная палата, в 1930 г. – экзаменационная, а в 1931 г. – контрольная.

В 1931 году функции политической опеки Гоминьдана были оформлены государственным документом, названным Временной конституцией периода политической опеки. В соответствии с этой Конституцией национальному съезду Гоминьдана предоставлялось право осуществлять власть от имени Национального собрания. Все другие высшие органы государства были поставлены под контроль ЦИК Гоминьдана, которому было предоставлено право назначать национальное правительство. Чан Кайши не удалось добиться учреждения для себя поста президента республики, он стал председателем национального правительства.

Введение конституционного правления являлось в период антияпонской войны одним из важнейших демократических требований различных слоев населения страны. Стремясь ослабить политический нажим, гоминьдановцы назначали новые и новые даты введения конституционного правления. Наконец 25 декабря 1946 г. Национальное собрание составом, сформированным десятилетие назад, приняло Конституцию Китайской Республики. Она формально вошла в силу через год и поэтому обычно именуется Конституцией 1947 г. В этой Конституции были отражены многие институты, сформировавшиеся в период политической опеки. Вместе с тем вводился отсутствовавший в тот период пост президента страны, одновременно упразднялась должность председателя национального правительства. Срок полномочий Национального собрания устанавливался в шесть лет. Кроме того, выборными органами становились Законодательная палата и Палата контроля (последняя путем непрямых выборов). Предусматривалось и создание выборных органов самоуправления.

В 1947 году в контролируемых Гоминьданом районах страны проводились выборы депутатов Национального собрания, членов Законодательной и Контрольной палат, тогда же были назначены Экзаменационная палата и Палата юстиции.

Первая сессия Национального собрания, открывшаяся в марте 1948 г., еще до избрания главы государства, приняла “Временные правила на период национальной мобилизации для подавления мятежа”, которыми отменялись некоторые важнейшие положения Конституции, а президенту предоставлялись чрезвычайные диктаторские полномочия. Президентом был избран Чан Кайши. Однако гоминьдановский режим был уже накануне падения – не прошло и полутора лет после первой сессии Национального собрания, как Конституция 1947 г. осталась ограниченно действующим основным законом на территории лишь одной провинции Тайвань.

 

1.3. Образование и развитие Китайской Народной Республики

 

Китайская Народная Республика образовалась в результате длительного революционного процесса, который первоначально развивался в отдаленных сельских местностях. Новое государство сначала объединило освобожденные районы, которые назывались Советскими (Сувэйай цюй). С первых лет своего существования они находились под руководством Компартии, но в течение ряда лет не имели общих органов власти, управления и суда. Лишь в 1931 г. такие органы были созданы на состоявшемся в ноябре 1931 г. в Жуйцзине (провинция Цзянси) Всекитайском съезде Советов. Съезд образовал Центральный исполнительный комитет (ЦИК) и Совет народных комиссаров (СНК) Китайской Советской Республики (КСР). Оба эти органа могли издавать законы. Одновременно был образован Верховный суд. Местными органами власти провозглашались Советы депутатов, которые формировали исполнительные комитеты. В нороосвобожденных и прифронтовых районах вся власть сосредоточивалась в руках революционных комитетов. Местными судебными органами в Советских районах Китая являлись судебные отделы местных советских правительств (так обычно называли исполнительные комитеты).

На 1 Всекитайском съезде Советов был утвержден проект Основной конституционной программы КСР. В окончательном виде она была принята на II Всекитайском съезде Советов в 1934 г., провозгласив “демократические свободы для трудящихся”, национальное равноправие, равноправие мужчин и женщин, а также право всех народов Китая на самоопределение вплоть до государственного отделения и создания самостоятельных государств. Была безоговорочно признана независимость Внешней Монголии.

Неблагоприятная военная обстановка, сложившаяся для Красной Армии Китая в южной части страны, потребовала перебазирования вооруженных сил коммунистов в Северо-Западный Китай, которое завершилось в 1936 г. На границе провинций Шэньси, Ганьсу и Нинся в староосвобожденном районе, где власть коммунистов установилась до прихода основных сил Красной Армии, была создана главная революционная база – Пограничный район Шэньси-Ганьсу-Нинся. Наступил следующий этап китайской революционной войны против японских захватчиков.

В сентябре 1945 г. завершилась длившаяся восемь лет война китайского народа против японских захватчиков. Решающую помощь китайскому народу в победном завершении антияпонской войны оказал Советский Союз. Главной революционной базой коммунистов стал Северо-Восток Китая (Маньчжурия). Во вспыхнувшей вновь гражданской войне (1946-1949 гг.) Гоминьдан потерпел поражение.

В 1948-1949 гг. в важнейших экономических, политических и культурных центрах страны была установлена революционная власть, главной опорой которой стала Народно-освободительная армия Китая (НОАК) (такое наименование приняли в период новой гражданской войны вооруженные силы китайских коммунистов). Главной формой революционной власти были военно-контрольные комитеты (ВКК) НОАК, которые назначались непосредственно фронтовыми военными и политическими органами. ВКК были весь период военного контроля главными органами власти на местах. Им были подчинены все другие местные органы, в том числе и правительственные, при них формировались военные трибуналы, приговоры которых обычно обжалованию не подлежали. ВКК издали большое количество нормативных актов, регулировавших различные стороны жизни в освобожденных городах.

Китайская Народная Республика была провозглашена 1 октября 1949 г. по решению пленарной сессии Народного политического консультативного совета Китая (НПКСК), принявшей на себя функции Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП) и сыгравшей роль Учредительного собрания республики.

В 1952 г. в Китае был завершен восстановительный период. К концу его было не только восстановлено промышленное и сельскохозяйственное производство в стране, но и превзойден его довоенный уровень. Правящая партия коммунистов взяла курс на широкомасштабное плановое экономическое строительство. В 1952 г. ЦК КПК разработал генеральную линию на переходный период, предусматривавшую “строительство социализма” в стране. Основные положения генеральной линии КПК на переходный период вошли в государственный документ самого высокого ранга – Конституцию КНР. Предложение о подготовке проекта конституции было внесено в ЦНПС высшим органом правящей партии через Единый народно-демократический фронт в начале 1953 г.

После принятия Конституции 1954 г. была сформирована новая система государственных органов, принят ряд нормативных актов, которыми государственно-правовая система приводилась в соответствие с Конституцией, и пр.

 

1.4. Деформация государственного строя КНР в период “большого скачка” и “культурной революции” (1958- 1976 гг.).

 

“Большой скачок” – название массовой политической кампании, организацией которой ставилась задача многократного увеличения экономической мощи Китая в кратчайший исторический срок (“три года упорного труда – десять тысяч лет счастья”). “Большой скачок” был провозглашен в 1958 г., однако его предтечей явились две других кампании, начавшиеся годом раньше: “борьбы против правых буржуазных элементов” и “исправления стиля”. Заостренная вначале против руководства некоммунистических партий и старой университетской профессуры, первая кампания вскоре была перенесена в ряды КПК и государственные учреждения. “Правых элементов” и сторонников “иностранных шаблонов” находили везде. Приклеивание ярлыка “правый элемент” влекло увольнение с работы, исключение из вуза, иногда и высылку.

“Большой скачок” как политическая кампания был направлен на выполнение утопической задачи многократного увеличения в короткий срок производства важнейших видов промышленной продукции за счет мобилизации трудовых ресурсов, увеличения продолжительности рабочего времени и сокращения заработной платы. Одновременно в сельском хозяйстве стала проводиться “коммунизация” деревни, в ходе которой произошло укрупнение ранее созданных сельскохозяйственных производственных кооперативов. Появившиеся в результате этого укрупнения народные коммуны взяли на себя полномочия местных органов власти.

В коммунах обобществление распространилось даже на предметы бытового назначения, не говоря уже о приусадебных участках и домашнем скоте и птице. Одновременно произошло изменение и в оплате труда: были ликвидированы трудодни, главной формой обеспечения стало питание в общественных столовых. Период “большого скачка” и коммунизации связан с упадком роли представительных органов. На селе они были практически ликвидированы. На других уровнях выборы вообще не проводились с 1958 по 1964 г. Несостоятельность политики “большого скачка” выяснилась быстро, и уже в начале 60-х гг. началась политика “урегулирования”, в ходе которой произошло возвращение к разрушенной в период “большого скачка” системе управления экономикой, восстановлению и укреплению элементов хозрасчета на предприятиях, принципов материальной заинтересованности работников. Был подвергнут серьезному пересмотру и вопрос о народных коммунах, произведено их разукрупнение, введены в их деятельность элементы хозрасчета и пр. Крестьянам были возвращены приусадебные участки, мелкий сельхозинвентарь, разрешено ведение личного хозяйства.

Наиболее деструктивная кампания тех лет (“пролетарская культурная революция”), продолжавшаяся с 1966 по 1976 г., означала левоэкстремистский переворот, в ходе которого были подвергнуты слому конституционная система государственных органов и уставная система организаций и комитетов КПК. В самом начале она носила характер проработки на страницах печати ряда литераторов и ученых. Затем к ней были подключены отряды молодежи: хунвэйбины (“красногвардейцы” или “красные охранники”) из числа учащихся школ и вузов и цзаофани (“бунтари”) из других слоев населения. Умело направляемые лидерами “культурной революции” и поддерживаемые воинскими частями, эти отряды были брошены на погром местных и некоторых центральных государственных, партийных органов, профсоюзных и молодежных организаций, администраций учебных заведений, научно-исследовательских институтов и пр. Вооруженной поддержкой хунвэйбинов и цзаофаней руководили специальные “комитеты поддержки левых”, создававшиеся при командовании больших военных округов по всей стране и имевшие подчиненные им структуры в нижестоящих военных округах и гарнизонах. Военные составили и костяк порожденных “культурной революцией” новых органов власти – так называемых ревкомов, которые первоначально заменили собой не только местные народные правительства (СНП не созывались), но и местные парткомы и комитеты всех общественных организаций, которые практически прекратили свое существование. Репрессии затронули многие миллионы людей. Карательные функции в период “культурной революции” осуществляли объединенные под военным контролем специальные органы, “комиссии по искоренению контрреволюции”, “органы (комитеты, отделы, штабы) пролетарской диктатуры” или просто “органы диктатуры”.

 

Глава 2.   равновесие в Азиатско-тихоокеанском регионе геополитическом треугольнике СССР запад Китай

 

2.1 СССР – КНР: от договора о дружбе 49 года до конфронтации 60-х годов

 

Двойственная политика Сталина, использовавшего для достижения своих целей в Китае и гоминдан, и КПК, имела плачевные результаты для китайских коммунистов. 1927 – Чан Кайши стал преследовать коммунистов и левые элементы в своём движении, снял коммунистов со всех ответственных постов, в результате чего влияние КПК было практически сведено к нулю.

1929 – попытка ослабить контроль русских на КВЖД. В итоге – вторжение советских войск в Манчжурию, возвращение позиций. 1932 – оккупация Манчжурии японцами и угроза с их стороны остальной части Китая заставили китайских коммунистов и гоминдан снова стать партнёрами в интересах победы над захватчиками. Этот «единый фронт» образовался, по-видимому, с благословения русских, готовых поддержать любой союз, который мог бы помешать дальнейшему проникновению японцев в глубь материкового Китая. Но в дальнейшем, когда мощь «держав оси» стала казаться неодолимой, Сталин не постеснялся умиротворить японцев, продав им в 1935 году КВЖД и признав в 1941 японское марионеточное государство Маньчжоу-Го. На протяжении большей части мировой войны русские были слишком заняты своими делами в Европе, чтобы проводить активную политику в Китае. Когда война начала приближаться к концу и окончательное поражение Японии стало неминуемым, Сталин поспешил использовать союз военного времени для достижения советских целей на ДВ. В 45 году в Ялте он вырвал у Рузвельта и Черчилля (в обмен на обязательство участвовать в войне против Японии) гарантию сохранения статус-кво Внешней Монголии, обещание, что весь Сахалин будет отдан России, гарантию обеспечения русских прав на порт Дайрен, Порт-Артур и на КВЖД, а также обещание передать России Курильские острова. Эта сделка была заключена без консультации с китайцами, будь то националисты или коммунисты. Сталина удовлетворяло находившееся тогда у власти националистическое правительство, и он даже посоветовал «китайским товарищам» после войны отказаться от самостоятельных попыток прийти к власти. Тем не менее, Мао сумел за поразительно короткое время провести наступление, разгромить гоминдан и в 49 году провозгласил образование 1-го коммунистического государства на ДВ – КНР.

Так у СССР появился соперник, с интересами которого в дальнейшем пришлось считаться. 1 октября 49 года – образование КНР. 2 октября 49 года – её официальное признание правительством СССР. Таким образом, Сталин номинально становился главой 1/3 населения мира. В декабре 49 года Мао Цзэдун приезжает с официальным визитом в Москву, который продлился 2 месяца. 14 февраля 50 года – подписание договора о дружбе, союзе и взаимопомощи. Происходит раздел сфер влияния на ДВ:

  1. Манчжурия и КВЖД – Китаю (также имущество, захваченное у японцев);
  2. Порт-Артур также отошёл Китаю (возвращение должно было состояться в конце 52 года);

3.Дальний. Гражданское управление передавалось Китаю. Договор не предусматривал никаких изменений в статусе порта, превращённого русскими в военно-морскую базу;

4.Синьцзяно отошёл Китаю, однако был подписан договор о создании смешанных сообществ под руководством советских специалистов по эксплуатации нефтяных месторождений;

  1. Внешняя Монголия. Китай признал независимость данного региона.

Со стороны партийной верхушки СССР наблюдалось стремление к превращению Китая в очередной сателлит Советского Союза, наподобие стран ВЕ. Китаю была обещана значительная экономическая помощь, в которой он очень нуждался. Страну также наводнило бесчисленное количество советских специалистов (проводники советского влияния), (только около 25000 человек въехало в Китай в связи с договором о дружбе, союзе и взаимопомощи) якобы для помощи в создании тяжёлой индустрии. 1950 – начало войны между Сев и Юж. Кореей. СК (Северная Корея) – форпост советского влияния в тихоокеанском регионе. Война во многом была развязана благодаря желанию Сталина ослабить растущее влияние Китая на страны региона, создание ему в противовес нового единого сателлита, безропотного проводника советской внешней политики. Война быстрой не получилась, как это планировал Сталин. Наоборот, он даже был вынужден просить помощи у Мао, который и спас положение. В итоге, что СК, что ЮК остались в своих прежних границах.

Но эта война была первым столкновением двух полюсов, процесс биполяризации мира начал набирать обороты. Март 53 – смерть Сталина. Мао на похороны не поехал. Смерть его неизбежно повлекла за собой коренной пересмотр всех без исключения аспектов советской политики и, в частности, открыла перед китайцами возможность поставить свои взаимоотношения с Россией на более равноправную основу.

Одним из поводов для разногласий, возникших позднее между русскими и китайскими коммунистами, было нежелание последних присоединить свой голос к голосу Хрущёва, обличавшего Сталина. Они продолжали с уважением вспоминать о Сталине даже тогда, когда его имя было уже почти полностью стёрто в советских летописях. Хотя всё же трудно поверить, что Мао Цзэдун искренне чтил память Сталина, ведь слишком много раз последний пытался вставлять ему палки в колёса.

1954 – встреча Мао и Хрущёва в Пекине. Получение Китаем дополнительного долгосрочного кредита на сумму 520 млн р., ликвидация «смешанных обществ», твёрдое обещание русских «к 14 мая 55 года покинуть Порт-Артур и Дайрен».

Резкий сдвиг в пользу китайцев. Престиж и удельный вес Китая внутри «лагеря социализма» значительно повысился, русские были практически вытеснены со всех позиций в пограничных областях (за исключением Монголии и Кореи). 1954 год – выход Китая на международную арену. Совещание в Женеве по Корее и Индокитаю.

1954 – 55 гг. – новая серия конфликтов между СССР и Китаем по поводу влияния на народы Азии. 1950 – Китай силой захватил контроль над Тибетом, а в апреле 54 года правительство Индии заключило с Пекином соглашение, предусматривавшее отказ Индии от дальнейшего влияния на тибетские дела. Июнь 1954 г. – визит Чжоу Энь-лая (премьер-министр) в Дели, затем Неру в Пекин. Договор о совместных консультациях по азиатским проблемам. Попытки Китая взять на себя руководящую роль в Азии наиболее ярко проявились на состоявшейся в апреле 1955 года в Бандунге (Индонезия) конференции стран Азии и Африки.

Советское правительство тревожила мысль о падении их влияния в Азии, и это вскоре проявилось в их усилиях улучшить отношения между СССР и Индией. В июне 55 года Неру прибыл с официальным визитом в Москву, где ему был оказан такой почётный приём, какого ещё не удостаивался здесь ни один из государственных деятелей из некоммунистических стран.

Таким образом, за 3 года, истекшие со дня смерти Сталина в 53 году и до 20 съезда советской компартии в 56 году, в отношениях между Москвой и Пекином произошёл ряд важных изменений.

1.Сразу после смерти Сталина руководство СССР усиленно старалось умиротворить Китай и убедить его в истинной доброжелательности к нему России.

2.Положение Китая в мировом коммунистическом движении значительно повысилось

3.Китай сразу же начал претендовать на руководство народами Азии.

4.Китай сразу же после вхождения в соцлагерь начал проводит политику, основанную в первую очередь на националистических устремлениях (Азия для азиатов), что и предвосхитило последующий конфликт между ним и СССР.

Осудив сталинизм, Хрущёв вместе с тем вёл себя так, как будто он и его партия могли по-прежнему диктовать законы, обязательные для всего коммунистического движения.

1957 год – конфликт внутри КПК, недовольство политикой Мао. 1957 год – приезд Мао в Москву на празднование сорокалетия Октября. Чтобы понять отношение китайцев к встрече 57 года важно вспомнить, кроме того, что китайские лидеры не располагали никакими иными возможностями воздействовать на всё коммунистическое движение в целом, кроме этой встречи Коминтерна и Коминформа уже не существовало. Единственными официально действующими организациями были ОВД, носившее в первую очередь военный характер и СЭВ, являвшийся чисто европейской организацией. Приезд в Москву – решительная попытка отвоевать себе право на участие в разработке международной коммунистической стратегии.

14 – 16 ноября 1957 года – совещание 12 правительств (правящих) коммунистических партий. Совещание приняло Декларацию объёмом в 5 тысяч слов, излагающую взгляды руководителей партий на современное международное положение вообще и на взаимоотношения между коммунистическими партиями в частности (СССР, Китай, Польша, Чехословакия, ГДР, Венгрия, Румыния, Болгария, Албания, Северная Корея, Северный Вьетнам, Монголия). Эта Декларация была первым из двух документов, вокруг которых разгорелся позднее китайско-советский спор, поэтому следует вкратце сказать о характере подобных документов и об их роли в политической жизни коммунистического мира. Появление таких документов обусловлено, по-видимому, чисто коммунистической потребностью в «единстве», а также убеждением, что можно и нужно непрестанно выступать с заявлениями о совместных согласованных целях.

Что касается экономической помощи, то Китай считал, что высокоразвитые государства должны помогать менее развитым. 1949 – 1957 – Китай получил от России кредиты на общую сумму 220 млн. USD. В 58 – 59 году количество советской помощи резко возросло. К этому времени оказание помощи Китаю легло тяжким бременем даже на такую мощную экономику как русская. По словам Хрущёва, русские строили в Китае больше современных заводов, чем у себя. Во второй половине 58 года вызов руководящему положению Советского Союза в коммунистическом мире принял совершенно иную, новую форму. Во главу угла была поставлена концепция «народных коммун»[7] (внедрённая в Китае) как наиболее эффективная форма кратчайшего пути построения мирового коммунизма. Эти чрезмерные претензии сопровождались всё усиливавшимся прославлением Мао, якобы внесшего оригинальный вклад в марксистскую философию. И это по прошествии менее чем 10 лет после прихода к власти. Коммунизм и время его достижения были теми темами, о которых русские при всех своих достижениях в области промышленности за последние 40 лет едва осмеливались упоминать, да и то в самых туманных выражениях.Прежде китайцы были вынуждены [Тайваньский пролив]*[8] признавать экономическое превосходство русских и мириться с решающим правом СССР распоряжаться основными богатствами лагеря коммунизма. Теперь же они утверждали, что не пройдёт и нескольких лет, как Китай догонит в своём развитии остальные страны коммунистического лагеря и все они вместе вступят в коммунизм.

1959 год (январь) 21 съезд КПСС, на котором китайцы были поставлены на место. Идея коммун была полностью раскритикована Хрущёвым. 1959 – внутренний кризис в КПК, в рядах КПК широко распространилось недовольство, порождённое нападками на «правых» в 58 году, провалом народных коммун и политики «большого скачка», а также неурожаем 1958 года. В 58 году впервые стало также очевидным, что китайцы стремятся воздействовать на советскую политику в международных делах. Старания Мао сорвать попытки Хрущёва достичь соглашения с Западом придали конфликту крайне острый характер. Хрущёв хотел придать концепции «мирного сосуществования» своё собственное, особое толкование, приветствуя личные контакты с лидерами западных держав, и в частности США.

Далее всплывает вопрос о предоставлении СССР Китаю ядерного оружия как своему союзнику. Но насколько известно, китайцы не получали от русских никакой помощи ядерным оружием. Это обстоятельство служило одной из главных причин трений между обеими державами.

1959 – подавление тибетского восстания. СССР дистанцировался от Китая, стараясь сохранить дружеские отношения с Индией, ухудшение отношений с Китаем. Лето – осень 59 – попытка китайцев занять 2 региона на границе с Индией. Ещё более сильное ухудшение отношений между Китаем и Индией, Китаем и СССР, явно стремившимся не дать впутать себя в это дело. Стремление отмежеваться от китайских военных акций. Может не случайно китайцы спровоцировали конфликт, когда было объявлено о предстоящей поездке Хрущёва в США. Но Хрущёв поехал.

29 сентября 1959 года – визит Хрущёва в Пекин по случаю празднования десятилетия китайской революции. Взаимные осуждения двух сторон, отношения портились. «Правда» поместила коротенькие информации о советско-китайских переговорах, по которым можно было судить как ухудшались взаимоотношения между двумя странами.

1 октября «Правда» утверждала, что беседа Н.С. Хрущёва и Мао Цзэ-дуна была «сердечная и дружеская», 2 октября она была «сердечная», а 3 октября газета просто сообщила о том, что такая беседа состоялась.

Пункты разногласий:

1.Экономические отношения. Китай всё ещё принадлежит к «неимущим» странам мира, СССР – наоборот.

2.Военные отношения. СССР обладает ядерным оружием, Китай – нет.

3.Дипломатические отношения: Китай является «неудовлетворённой» державой в этом смысле (о. Тайвань, коммунистическое правительство Китая не имело доступ в ООН, не имела статус великой державы).

  1. Разный возраст революций. Китайский коммунистический режим всё ещё возглавляется людьми, которые руководствуются, главным образом, истинно революционными побуждениями, которые достигли власти и влияния в результате гражданской войны.

5.Мао – революционер первой волны, Хрущёв – представитель партийной номенклатуры.

6.Вопросы идеологии: Пекин – ярый противник политики ревизионизма.

7.Организационные вопросы: СССР – лидер социалистического блока. Стремление китайцев оспорить это лидерство. Стремление Хрущёва предотвратить превращение СССР в промышленную базу и арсенал коммунистического движения. Стремление СССР в споре с Китаем избежать каких либо обязательств по отношению к мировому (мирному) движению. Этого в своё время очень боялся Сталин.[9]

К концу 59 года в странах коммунистического лагеря, очевидно, уже мало кто из сколько-нибудь ответственных деятелей не отдавал себе отчёта в быстром ухудшении китайско-советских отношений. Они были свидетелями расхождений во взглядах, выявившихся на совещании 57 года, а в 58 году им, по-видимому, стало ясно, какими диаметрально противоположными были мнения сторон о китайских коммунах и «большом скачке». В 59 году они должны были понять, что и русские не одобряют позиции Китая в Индии и состоявшаяся в конце 59 года встреча Мао с Хрущёвым не способствовала улучшению взаимоотношений между Китаем и СССР.

В начале 60 гг. китайский министр иностранных дел Чэнь* (Гэнь)* И охарактеризовал позицию своего правительства следующим образом: «Китай готов без колебаний присоединиться к международным обязательствам, с которыми он согласен. Но ни одно международное соглашение, достигнутое без официального участия КНР и не подписанное её представителем, не может, конечно, накладывать на Китай какие-либо обязательства»[10].

Данная политика Китая мешала русским добиться соглашений с Западом, главным образом в вопросах разоружения. Хрущёв в сентябре 60 года возглавил делегацию на Ассамблее ООН, где затронул вопрос о китайском представительстве лишь несколькими словами. В практических соглашениях в середине 60 гг. отношения между Китаем и СССР резко ухудшились. Произошло сокращение советской помощи Китаю. В 60 объем советского экспорта в Китай упал до 84,8%, в 61 до 38,1%. В 59 стоимость поставленного Китаю Советами оборудования составляла 600 млн. долларов, а в 61 лишь 108 млн. Бытует мнение, что русские осознали какую непомерную ношу взял на себя СССР и то, что у Китая мало перспектив как-либо рассчитаться с СССР. Всё было бы не так плохо, если бы Китай не стал разыгрывать из себя доброго дядюшку, дав кредиты размером 1,7 млрд. долларов, ровно половину того, что получил от СССР. На состоявшемся 6 июня банкете китайский премьер-министр Чжоу Энь-лай высказал перед делегатами точку зрения Пекина на ситуацию. Он заявил, что американское мнимое миролюбие разоблачено.

В ходе сессии китайский делегат, вице-председатель Всекитайской федерации профсоюзов Лю Чан-шэн, более подробно изложил китайскую позицию по вопросам войны и мира. Он заявил, что когда коммунисты толкуют о предотвращении войны, они имеют ввиду мировую войну и в этом случае правильно говорить, что можно помешать империалистам развязать войну. Все же другие виды воин – воины между империалистами и колониальными народами, а также гражданские воины в капиталистических странах – неизбежны. Что касается перспектив разоружения, то китайцы поддерживали подобные предложения, но с существенными оговорками. «Безусловно немыслимо, – сказал Лю Чан-шэн, – чтобы империализм согласился с предложением о всеобщем и полном разоружении. «Действительной целью таких предложений было стремление поднять народы на сопротивление империализму и изолировать империалистический блок, руководимый США.»[11]

В действительности позицию китайцев можно изложить следующим образом: хотя многое из того, что говорят «ревизионисты» об изменчивом характере капитализма, усилении коммунистического лагеря, освобождении колониальных народов, мощи современного оружия и т.д., может быть и верно, однако было бы ошибкой стремиться к соглашению с капиталистическими странами и отказываться от революционной борьбы.

Первый случай открытого выступления Китая против советской линии произошёл в феврале 60 г. в Москве, на совещании стран ОВД. Совещание состоялось в период, когда проводимая Хрущёвым кампания по разрядке напряжённости во взаимоотношениях СССР и западных держав. Хрущёв меньше всего хотел, чтобы кто-то вылил ушат холодной воды на его оптимистические планы, и существует предположение, что русские руководители очень неохотно пригласили китайского наблюдателя.

Таково было положение дел в канун всемирного совещания коммунистических лидеров – 1-го за тот период, когда начался спор между Москвой и Пекином. Расхождений китайской и русской точек зрения (даже в идеологическом плане) углубились как никогда. Отношения между правительствами были также чрезвычайно натянуты. Истинное значение Совещания 81-й компартии ноября 60 г. в Москве заключается в том, что ни русским, ни китайцам не удалось, несмотря на нескончаемые дискуссии и участие в них на Совещании многих из лучших теоретиков коммунистического движения, урегулировать свои разногласия ни в идеологических, ни в организационных вопросах. Некоторые партии, например, французская, польская и итальянская, встревоженные китайским вопросом решительно встали на сторону Хрущёва.

Наиболее примечательной чертой 60 г. Совещания явилось то, что советской точки зрения пришлось пойти на многие уступки китайской точки зрения. 61 же год с точки зрения развития отношений между СССР и Китаем не был насыщен событиями. В 61 г. они разошлись по своим углам и обдумывали сложившуюся обстановку. Конфликт между ними продолжался по вопросу Албании. Несмотря на декларации о дружбе и единстве ещё в 61 г. китайский журнал «Хунци» дал понять, что по некоторым вопросам в Москве не удалось договориться. В 61 г. ЦК партии Китая дал оценку работы китайской делегации как удовлетворительную. 6 января на собрании видных партийных работников Хрущёв дал обзор Московского совещания. Он изложил советскую точку зрения на мировую стратегию, которая отличалась от точки зрения китайцев.

В конце 60 г. китайцы признали, что их страну постиг ряд небывалых «стихийных бедствий», в результате которых более или менее серьёзно пострадало свыше 50% посевных площадей в Китае. В апреле после затянувшихся переговоров, появилось сообщение, что между русскими и китайцами достигнута договорённость о товарных поставках на 61 г., что русские согласились предоставить Китаю рассрочку за 60 г. из-за «стихийных бедствий»[12] и СССР обещал поставить Китаю заимообразно 500 тыс. тонн сахара без начисления процентов. В июле русские дали понять, что задолженность Китая составляет 320 млн. долларов.

21 февраля через 10 дней после появления статьи в «Правде», ЦК КПСС направил ЦК КПК письмо, предлагая провести двухстороннюю встречу в верхах. 23 февраля это письмо было передано Мао советским послом в Пекине Червоненко. Мао сообщил, что принимает предложение. Однако в китайских газетах появились всё более яростные выпады в сторону СССР. После наступления некоторого спокойствия, оно было нарушено резким письмом китайских коммунистов. Письмо содержало резкие выпады, главным образом за то, что СССР не видит значения в борьбе угнетённых народов Азии, Африки и Латинской Америки.

Письмо китайцев от 14 июня представляет собой резкое наступление на советскую политику по всему фронту.

Таким образом, в 50.60-е годы в Азиатско-тихоокеанском регионе (АТР) существовало хрупкое равновесие в геополитическом треугольнике СССР. США.Китай. Был военный союз СССР – Китай против США, крайне необходимый Китаю в силу ограниченности собственных финансовых и технологических ресурсов и крайней отсталости главных секторов хозяйства. Но с 1965 года внешнеполитический курс КНР стал жестко антисоветским, что уже в середине семидесятых привело к сближению Пекина с Вашингтоном. Главная причина в том, что Китай увидел в США возможный источник миллиардных инвестиций и новейших технологий, а США сделали ставку на КНР в своей «охоте на русского медведя»[13]. Конфликт Китая с СССР признан одной из величайших побед американской дипломатии. Ряд экспертов считает, что именно этот конфликт перегрузил СССР расходами на подготовку к «обороне на два фронта» и надорвал экономику страны.

 

2.2 Антисоветский китайско-американский альянс

 

В 1972 году антисоветский китайско-американский альянс был закреплен визитом в КНР президента США Никсона. В 1977 году председатель подкомиссии США по контролю над вооружениями Г.Джексон выступил за незамедлительные поставки Пекину крупных партий американского оружия. Дэн Сяопин в ответ заявил, что США и Китай, находясь в оппозиции к СССР, имеют «идентичные глобальные интересы». В 1978 году Китай заключил договор о «мире и дружбе» с Японией. В 1979 году США и КНР установили официальные дипломатические отношения. Кульминацией китайско-американского альянса против СССР стала китайско-вьетнамская война 1979 года, которая началась сразу после поездки Дэн Сяопина в США, а также активное участие Китая в американской игре против СССР в Афганистане. Средней Азии, Казахстане.

В 1982 году между США и Китаем разгорелся конфликт вокруг поставок американского вооружения Тайваню. Одновременно США подняли вопрос о нарушении прав человека в Китае. В КНР и за ее пределами активизировались диссидентские группы, в качестве главных спонсоров которых выступили небезызвестный фонд Сороса, а также финансируемый правительством США «Национальный фонд поддержки демократии». После событий на Тяньаньмэнь в 1989 году США объявили Китай врагом демократии и цивилизованного мира и, нарушив договор 1982 года, начали еще активнее вооружать Тайвань.

Таким  образом, 21-е февраля 1972 года вошло в историю (если анализировать всерьез) одной из роковых дат, с которой пошло возрождение амбиций США по завоеванию мирового господства. Начавшие с того момента разыгрывать «советскую карту», США и Китай поставили СССР в труднейшее геополитическое положение. Китай, главные города и промышленные центры которого перед тем фигурировали как первейшие цели на картах потенциальных атомных ударов США, освободился от страха перед «бумажным тигром», США теперь сосредоточили огонь «холодной войны» только на СССР и национально- освободительных движениях. В сущности, СССР и тогда, будучи во вражде с Китаем, – самим фактом своего существования – обеспечивал Китаю «зонтик» от американских ядерных атак. Китай сегодня отмечает 30-летие никсонова визита как свою великую дипломатическую победу.

С середине 70-х годов советско-китайское противостояние достигло качественно нового уровня. СССР был назван китайскими представителями «главным источником войны»[14]. Это объяснялось тем, что США заявили об «уходе из Азии», а это создавало дополнительные возможности для усиления советского влияния в регионе. Начался процесс сближения Китая со странами Запада и США.

В первой половине 20-го века со времена нападения объединенной армии восьми государств на Пекин китайский народ страдал от притеснений со стороны западных держав, в частности, США. А после того, как разразилась война на Тихом океане в 1941 году, США и Китай заключили антифашистский альянс. Успешное двустороннее взаимодействие в войне впервые в истории свидетельствовало о том, что отношения Китая и США играют важную роль в защите регионального и глобального мира.

По окончании войны Китая против японских захватчиков США провозгласили антикоммунистическую стратегию и оказали поддержку блоку во главе с Чан Кайши в гражданской войне. В течение более 20 лет после провозглашения Нового Китая США настаивали на враждебной политике сдерживания КНР, они проводили военную и экономическую блокаду Китая, поддерживали власти на Тайване в стремлении занять законное место КНР в ООН. В 50-е годы войска обеих стран вели ожесточенную борьбу друг с другом на Корейском полуострове. В конце концов китайский народ одержал великую победу.

В 1968 году Ричард Никсон был избран президентом США. Для вывода страны из болота войны во Вьетнаме и в условиях политики экспансии СССР он начал процесс урегулирования отношений с КНР. Начатая с 1971 года «пинг-понговая дипломатия» между КНР и США и тайная поездка Генри Киссинджера в Китай послужили прелюдией к новым отношениям между двумя странами. В 1972 году визит Р. Никсона в КНР завершился успехом – две страны подписали Шанхайское коммюнике. После прихода к власти Джимми Картера КНР и США в декабре 1978 года заключили Коммюнике об установлении дипломатических отношений. 1 января 1979 года китайско-американские отношения были официально нормализованы, что открыло новую страницу в истории двусторонних отношений. С 25 января по 4 февраля того же года главный архитектор китайской политики реформ и открытости Дэн Сяопин совершил визит в США, что вызвало сенсацию в США, где распространился небывалый «китайский бум». Нормализация китайско-американских отношений началась параллельно с проведением в КНР политики реформ и открытости, эта политика придала мощный импульс содействию отношений с США. В 80-х гг. по мере расширения Китаем связей с внешним миром изо дня в день активизировались контакты с США в политической, экономической, научно-технической и культурной областях. Однако в эти годы китайско-американские отношения развивались неспокойно. Между двумя странами постоянно возникали споры вокруг тайваньского вопроса, двусторонней торговли, прав на интеллектуальную собственность и других проблем. В марте 1979 года конгресс США принял закон об отношениях с Тайванем, противоречивший духу китайско-американского коммюнике об установлении дипломатических отношений и вмешивавшийся во внутренние дела Китая. Согласно этому закону США в дальнейшем продолжали продажу оружия Тайваню, с чем решительно боролась китайская сторона. 17 августа 1982 года китайское правительство и американская администрация опубликовали совместное Коммюнике о поэтапном решении вопроса продажи США оружия Тайваню. Коммюнике от 17 августа, Шанхайское коммюнике и коммюнике об установлении дипломатических отношений совместно заложили прочную основу для долговременного, стабильного и здорового развития китайско-американских отношений. В конце 80-х — начале 90-х годов произошли самые бурные потрясения и глубокие изменения в международной обстановке после второй мировой войны.

При коренных переменах в Восточной Европе и распаде СССР разгорелись всякого рода антикоммунистические и антикитайские утверждения в США и на Западе. В 1989 году американское правительство объявило об экономических санкциях против Китая, прервав взаимные визиты на высоком уровне. В 1993 году Билл Клинтон после своего прихода к власти стал увязывать вопрос прав человека с предоставлением Китаю «статуса наибольшего благоприятствования»[15] в торговле, что максимально ухудшило китайско- американские отношения. Шанс выхода отношений между Китаем и США из тупика нашелся в ноябре того же года на неформальном саммите Организации азиатско- тихоокеанского экономического сотрудничества /АТЭС/ в Сиэтле, в ходе которого председатель КНР Цзян Цзэминь и президент Б. Клинтон провели их первую встречу. Цзян Цзэминь подчеркнул, что обе стороны должны обращать свои взоры во весь мир и уделять внимание будущему, чтобы поддерживать тем самым здоровые и стабильные китайско-американские отношения, а также вывести спокойный, стабильный и безопасный мир в 21-й век. Б. Клинтон в свою очередь выразил намерение американской стороны улучшить отношения с Китаем.  Под воздействием встречи на высшем уровне в Сиэтле правительство Б. Клинтона в 1994 году выдвинуло политику контактов с Китаем. В том же году возобновились межправительственные визиты на высоком уровне, односторонне прерванные США три года назад. Вашингтон одновременно объявил об отделении вопроса прав человека с предоставлением Китаю «статуса наибольшего благоприятствования». Однако развивающиеся китайско-американские отношения в 1995 году потерпели новую неудачу — в мае вопреки решительным возражениям китайского правительства американская администрация откровенно согласилась на поездку Ли Дэнхуэя в США, что заморозило отношения двух стран на самой низшей точке на протяжении 16 лет после установления дипотношений между ними. Правительство КНР выразило решительный протест по данному вопросу. Резкая реакция со стороны КНР дала американской администрации понять о серьезности и щекотливости тайваньского вопроса. В октябре 1995 года в рамках 50-летнего юбилейного торжества ООН Цзян Цзэминь и Б. Клинтон провели официальную встречу в Нью-Йорке. Цзян Цзэминь подчеркнул основную политику на урегулирование китайско- американских отношений на основе «углубления доверия, сокращения трений, развития сотрудничества и пресечения конфронтации»[16], подтвердив позицию КНР по тайваньскому вопросу. Б. Клинтон указал на важность налаживания с КНР «конструктивных контактов», вновь подтвердив политику одного Китая. Эта встреча сыграла важную роль в выведении китайско-американских отношений в правильное русло развития.

После переизбрания Б. Клинтона в 1996 году официальные Пекин и Вашингтон приняли важные решения об обмене визитами на высшем уровне. С 26 октября по 3 ноября 1997 года председатель КНР Цзян Цзэминь совершил государственный визит в США, это была первая официальная поездка главы КНР в США за последние 12 лет. В ходе визита была опубликована совместная китайско-американская декларация, определяющая цели, принципы и руководящие курсы на развитие китайско-американских отношений в 21-м веке. С 25 июня по 3 июля 1998 года Б. Клинтон посетил КНР. Обе стороны уточнили направления и рамки развития межгосударственных отношений в следующем столетии. Во время визита Б. Клинтон впервые открыто высказался за политику «трех нет» в отношении Тайваня. К концу 20-го века в США возродился «новый интервенционизм», что бросает вызов китайско-американским отношениям. В мае 1999 года конгресс США обнародовал документ, в котором содержалась клевета на КНР по поводу «похищения ядерных секретов». Особенно после того, как НАТО во главе с США во время бомбардировок Косово нанесла удары по посольству КНР в СРЮ, китайско-американские отношения вновь зашли в тупик. Благодаря встрече Цзян Цзэминя с Б. Клинтоном в октябре 1999 года в Окленде /Новая Зеландия/ двусторонние связи начали выходить из «тени бомбардировок посольства»[17]. В ноябре того же года две страны подписали соглашение о вступлении КНР в ВТО. В 2000 году китайско-американские отношения были восстановлены и получили стабильное развитие. На саммите тысячелетия ООН и неформальном саммите АТЭС состоялись встречи глав обоих государств.

Между странами восстановлены диалог в области безопасности и военные связи. Конгресс США принял законопроект о постоянных нормальных торговых отношениях с КНР. В ходе «холодной войны», которая длилась 40 лет, Китай и США постепенно пошли с враждебности на нормализацию связей. В начале, середине и конце 90-х годов эти отношения трижды испытали перемены, тем не менее развиваются в заданном направлении. Развитие этих отношений на протяжении почти 50 лет наталкивает на следующие мысли: Во-первых, перелом в отношениях объясняется в основном политической независимостью Китая, его бурным экономическим развитием, повышением статуса на международной арене и укреплением стратегической роли в отношениях между державами. Политика реформ и открытости Китая дала историческую возможность всестороннего развития двусторонних отношений. Во-вторых, мышление «холодной войны» о том, что идеология определяет размежевание политических сил, ведет лишь к противоречию и даже конфликту. Между обеими странами имеются многие общие интересы.

 

ГЛАВА 3. Современные политические позиции китая сша и стран СНГ

 

3.1 Влияние Китая на Азиатско-тихоакеанский регион

 

Так что на деле происходит в Пекине в июне 1998 года? Распространяя свое влияние на юг АТР, Китай не может не считаться со все еще значительными антикитайскими настроениями в регионе. Но одновременно Пекин нуждается в американских инвестициях. А потому, играя на растущем антиамериканизме в странах АТР и всячески стремясь поплотней втянуть эти страны в орбиту своей экономики, Китай стремится сгладить разногласия с США. И уже слишком многие, по принципу «кому выгодно», всерьез обсуждают движущие силы того альянса сил, который вызвал азиатский финансовый кризис с его волной антиамериканизма.

Но становится все более ясно, что в политике сближения с США инициатива почти полностью переходит к Китаю. И руководствуется Пекин в ней прежде всего генеральной идеей воссоздания Срединной империи. С присоединением Гонконга начато осуществление вековой мечты китайцев – восстановление исторической китайской гегемонии от «Корейского полуострова до Средней Азии, от Восточно-Китайского моря до Персидского залива». И речь не о сохранении коммунизма, а о возрождении «китаизма». И потому, как бы красиво ни говорил Клинтон о правах человека в Пекинском университете, он должен был подчиниться требованию китайцев о торжественной встрече на площади Тяньаньмэнь.

В США понимают, что если китайско-американские отношения пойдут по нисходящей, то Штаты очень скоро потеряют и шансы остаться в АТР, и, кроме того, сам необъятный китайский рынок, со всеми отсюда вытекающими стратегическими позициями в XXI веке. Но одновременно понимают, что сближение с Китаем должно дополняться «сдерживанием», а потому расширяют японо-американский военный договор.

А Япония, очень уставшая от патронажа США, тоже стремится улучшить экономические отношения с Китаем. Но понимает, что в одиночку экспансии Китая противостоять не сможет, а потому ищет возможности втянуть в свою «союзную» орбиту Россию. На фоне столь неоднозначных отношений между Китаем и США отношения Москвы и Пекина в последние годы часто называли безоблачными. Особенно памятуя о совместных заявлениях лидеров двух стран о стратегическом партнерстве и схожести взглядов на мир, встречах в «галстуках» и без оных. России, особенно в период жестких дискуссий о расширении НАТО на Восток, казалось, что возвращаются времена, когда пелось «русский с китайцем – братья навек».

Но, похоже, Китай считает иначе. В конце 97-го во время визита Б.Ельцина в Китай (кстати, с российской стороны очень помпезного) Пекин заявил, что российско-китайское сотрудничество ни в коем случае не направлено против третьей стороны – США. А во время последнего визита в Москву премьер Госсовета Ли Пэн недвусмысленно заявил, что главным приоритетом внешней политики Китая является стратегическое сотрудничество с США. Кроме того, избранный в марте на пост премьера Госсовета Чжу Жунцзи, как известно, относится к России без всяких ностальгических дружеских чувств.

На фоне растущих связей Китая с Западом и 50-миллиардного китайско-американского торгового оборота российско-китайские 6 млрд. долларов выглядят весьма убого. И, видимо, не только погруженность во внутриполитические и экономические вопросы, но и тоскливое понимание крайне проблемного положения дел в российско-китайских отношениях объясняют и молчание российских дипломатов, и пустую трескотню российских СМИ по поводу пекинского визита главы США.

 

3.2. Принципы геополитики КНР.

 

Запад с рубежа 90-х все активнее стремится поставить под свой контроль нефтегазовые месторождения Каспийского бассейна. Несмотря на всю активность и все возможности США и Западной Европы, Китай небезуспешно конкурирует с ними и здесь. По трассам Шелкового пути интенсивно прокладываются китайские железные дороги и трубопроводы. КНР жизненно заинтересована в нефтегазовых месторождениях Казахстана и Туркмении – интенсивно растущая экономика Китая нуждается во все большем количестве энергетического сырья и других полезных ископаемых, а также электроэнергии. Соответствующие месторождения КНР для этого далеко недостаточны, хотя Китай наращивает нефтедобычу в Синьцзяне.

В то время как США уделяют большое внимание зоне бывшего Шелкового пути и объявляют регион зоной ответственности своего Центрального оперативного командования («тени» бывшего блока СЕНТО), Китай воздерживается от военно-политических демонстраций, но укрепляет связи с регионом по принципу «твердо в деле, мягко в обращении»[18].

Запад обеспокоен усилением солидной группы развивающихся стран и Китая как альтернативного глобального центра. В Китае хорошо знают суть доктрины Бжезинского: для сохранения мировой гегемонии США необходимо не допускать преобладания какой бы то ни было державы в пределах Старого Света – прежде всего в Евразии. Видя в КНР главное препятствие на пути к мировой гегемонии, США стараются противопоставить ей Монголию и Казахстан, Индию и Узбекистан.[19] Но у всех этих стран сохраняются проблемы с соседями. А Китай обычно с каждой парой своих соседей имеет отношения лучшие, чем у них друг с другом. Хотя в 90-е гг. и утверждали, что современный мир однополярен и сверхдержава в нем только одна – США, данный вывод опрометчив. КНР – самый независимый на сегодняшний день постоянный член Совета Безопасности ООН, что показали югославские события 1999 г. КНР гибко встраивается в существующий миропорядок. Официально не входя ни в мировую «семерку», ни в мировую «восьмерку»[20], Китай умело их эксплуатирует. Наверное, правы те, кто считают США главным «партнером» КНР в ХХ1 в. Но что понимает под этим сам Китай? Объективно в мире существуют не меньше 6-8 «полюсов» – центров силы, и КНР стремится строить свой миропорядок на этой основе.

С 80-х годов КНР умело действует в ряде треугольников двусторонних отношений. Китай гибко встроился, во-первых, в тандем сверхдержав, во-вторых – в пространство «трех миров», в-третьих – трех достаточно различных частей развивающегося мира – Азии, Африки, Латинской Америки. В «семерке» промышленно развитых стран свой треугольник обозначен Трехсторонней комиссией; с 1981 г. КНР имеет с нею особые отношения. В древнекитайской «Книге Перемен» предусмотрена модель мировой гармонии – восьмиугольник из трех треугольников. Китай способен выстроить не один такой восьмиугольник.

Для Китая характерна давняя и принципиальная традиция нейтралитета. Но еще в 1909 г., за сорок лет до образования КНР генерал Елчанинов сформулировал принцип «сильное нейтральное государство свободно в своей политике»[21].

Трехтысячелетний опыт позволил Китаю много раньше Запада понять, что «влияние важнее власти». Это не стремление к прямому и силовому геополитическому контролю, а к органичному, естественному, точно дозированному и направленному воздействию на ключевые точки регионов и стран, государств и общественных систем. В Средние века эта вполне современная стратегия называлась цзинцзи – сокращенная форма от «цзинши цзиминь» (управление миром, помощь народам). Метод осуществления этой стратегии – увэй (фэйгун), или «недеяние» (т.е. ничего такого, что прямолинейно, грубо, примитивно, легко бросается в глаза). Иносказательно этот метод мудро назван «цзими» (ненатянутые поводья). Его суть – не диктат, а дипломатичная направляющая подсказка, сделанная к месту и вовремя. Древнейший принцип китайской стратегии – «побеждать не сражаясь», гибко действовать приемами сотрудничества и борьбы всеми мыслимыми средствами. Хорошо разработанные принципы стратегии позволяют Китаю не прямо, но косвенно – через влияние на Казахстан и в целом Центральную Азию – если сказать словами цитированного выше Х. Макиндера, «контролировать весь мир». В этом деле руководство КНР ни в чем не полагается на волю случая и ничего не пускает на самотек.

 

Заключение

 

Хотя, по всей видимости, официальные данные об экономическом росте в Китае завышены, его успехи за последние годы все равно остаются весьма значительными. Для того, чтобы и далее преуспевать в развитии, Пекину необходимо задуматься о передислокации сельских трудовых ресурсов в сторону более перспективных отраслей.

Значение Китая для мировой экономики трудно переоценить. Теперь, после того, как сенат США проголосовал за установление долговременных торговых отношений с КНР, перед Пекином открылся путь во Всемирную Торговую Организацию. Эта структура, сегодня объединяющая 136 стран, занимается определением правил международной торговли и контролем над их соблюдением участниками рынка. Данное событие, безусловно, должно в еще большей мере подстегнуть экономический рост азиатского гиганта.

Экономика Китая привлекает прямые иностранные инвестиции в значительных объемах, причем до 40% от общего экспорта страны приходится на продукцию совместных предприятий. Кроме того, в последнее время бизнесмены КНР активно осваивают пространство Интернет, тысячами создавая компании online. Пекин громко заявляет о том, что экономика Китая покрыла все рекорды развития в мировой истории. Согласно официальным данным за период с 1978 по 1998 гг. рост китайской экономики составил в среднем 8% в год. Однако на самом деле реальный вклад Китая в мировой экономический рост может быть более скромным, чем это кажется на первый взгляд.

В первую очередь, многие экономисты высказывают опасения относительно того, что официальная статистика может быть завышена. Среди этих скептиков – Роберт Саммерс и Алан Хестон, создатели Penn World Table, гигантской международной базы данных, в которой хранится информация о более чем 150 странах. По мнению Саммерса и Хестона, официальные данные об объемах потребления и величине инвестиций в КНР за период с 1980 по 1993 гг. необходимо уменьшить на 30% и 40% соответственно. В недавнем исследовании Элвина Янга, экономиста чикагского университета, применяется другой подход. Янг берет официальные данные за основу и затем проводит их корректировку. Так, он обнаружил, что инфляция в несельскохозяйственном секторе систематически занижалась в период с 1978 по 1998 гг., что соответствует 2.5 % ежегодного роста. Он также показал, что за те же самые 20 лет официальные данные об увеличении производительности на 3% в год были завышены примерно в два раза. И, хотя экономический рост Китая продолжает поражать даже с учетом этих корректировок, Янг указывает на еще один момент, который должен отрезвить тех, кто верит в очередное азиатское экономическое чудо. Говоря о китайской экономике, обычно обращают внимание на рост ее экспортного потенциала и промышленной мощи, на бурное развитие ее свободных экономических зон и на успехи в предпринимательстве online. Тем не менее, будущее страны во многом зависит от того, насколько успешными окажутся реформы Пекина в области сельского хозяйства. Сегодня в этой отрасли работает около половины трудоспособного населения КНР. Однако, с учетом того, что она создает всего 18% ВВП страны, очевидно, что сельское хозяйство не в состоянии обеспечить полноценным трудом и заработком всех живущих в сельской зоне. Таким образом, рост уровня жизни простого населения Китая в значительной мере определяется успехами государства по передислокации трудовых ресурсов из сельского хозяйства в промышленность.

В некоторых аспектах современная ситуация в Китае напоминает положение дел в экономике США более чем сто лет назад. Америка превратилась из сельскохозяйственной республики в крупнейшее в мире индустриальное государство за период между Гражданской войной Севера и Юга и началом Первой Мировой войны. Так, в соответствии с данными специалиста по экономической истории Стюарта Брючи, за период с 1870 по 1900 гг. значение промышленности в экономике страны выросло с 43% до 65%, тогда как доля сельского хозяйства сократилась с 57% до 35%. В 1870 году в сельском хозяйстве было занято до 53% трудоспособного населения США; к 1910 году их доля сократилась до 31%. На вновь построенных заводах и фабриках работали вчерашние фермеры и иммигранты, им приходилось существовать в ужасных условиях городских трущоб, однако с ростом промышленности число рабочих мест росло.

Сегодня перед Китаем стоит та же самая проблема. За годы реформ Пекин уже снял ряд барьеров, ограничивавших подвижность рабочей силы. Например, до 1984 года китайским крестьянам было запрещено покидать их деревни для того, чтобы найти работу где-то в другом месте. В 1999 году этот запрет был снят, и более 100 миллионов сельских жителей покинули свои родные места, отправившись на заработки в большие города. Однако, по мнению ряда экономистов, до создания свободного рынка трудовых ресурсов все еще необходимо снять ряд ограничений. Так, авторы недавнего отчета о положении дел в Китае, в частности указывают на то, что работникам-переселенцам по-прежнему нельзя получить постоянное разрешение на проживание в городе, что не позволяет им работать на большинстве предприятий. Они также не могут воспользоваться услугами в области здравоохранения или образования, доступными только для постоянных жителей городов.

В наши дни большинство экономистов, исследующих проблемы развития, считают, что его ключевыми компонентами являются экспортная ориентация экономической политики и открытость границ. Однако для Китая секрет успешного роста может крыться в реформах агропромышленного комплекса, должных не только повысить эффективность этой отрасли, но и перевести часть трудовых ресурсов из сельского хозяйства в промышленность.

 

 

 

 

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. Бетин Л.Е. Под знаком «ветра и потока». М.,1982.
  2. Борисов О.Б. Внутренняя и внешняя политика Китая в 70-ые годы. Политический очерк. – М; 1982
  3. Бурханов К.Н. Китай между прошлым и будущим. – Алматы, 2001
  4. Вопросы истории Китая. По ред.Юрьева Ф. М.,1981.
  5. Гельбрас В.Г. Экономическая реформ в КНР: очерки, наблюдения, размышления. М., 1990
  6. Государство и общество в Китае. М.,1978.
  7. Гудошников Л.М. Политический механизм Китайской Народной Республики. М., 1974
  8. Декларация о создании Шанхайской организации сотрудничества. / Шанхай, 15 июня 2001.
  9. Дэн Сяопин. Хронология мировых событий. – Пекин, 1998
  10. Ефимов Г.В. Очерки по новой и новейшей истории Китая. М.,1951.
  11. Загорский А.В. Япония и Китай. М.,1991.
  12. Иванов П.М. Австралия и Китай. М.,1984.
  13. Идрисов Е. Новые рубежи сотрудничества. «Казахстанская правда», 4 января 2002 года.
  14. История Китая. М., 1998
  15. История культуры Китая СПб Лань 1999.
  16. Карен А. Китай. // Панорама, 1999. – №5
  17. Карен А. Культурная революция в Китае. // Панорама, 1999. – №5
  18. Китай .Из-во «Синьсин» 1999.
  19. Китай : история, культура и историография. М.,1977.
  20. Китай 1998. Под ред. Цинь Ши, изд. «Синьсин», 1998
  21. Китай после культурной революции М.1979.
  22. Китай. Факты и цифры. Из-во «Сиьсин» 1999.
  23. Китай: история в лицах и событиях. Под ред. Тихвинского С.Л.М.,1991
  24. Китай: традиции и современность. Сборник статей. М., 1976
  25. Лубо-Лесниченко Е. Китай на шелковом пути. М.1994.
  26. Масленников В. Китай: политико-экономический очерк. М., 1946
  27. Назарбаев Н. Критическое десятилетие. – Алматы, 2003, с.109-219.
  28. Овсиенко И.Х. Китай: экономико-географический обзор. М., 1959
  29. Перечень казахстанско-китайских документов за январь 1992 – январь 1997. – Алматы-Пекин, 1997 г.
  30. Политика КНР на современном этапе: реалии и перспективы.Алматы 2004
  31. Рахимов Р. Внешняя политика КНР. / «Саясат». Информационно-аналитический журнал. / № 12, 2002.
  32. Революционный восток. №2 Журнал Научно-исследовательской ассоциации при Коммунистическом университете трудящихся Востока им. И.В.Сталина М. 1927г.
  33. Русско-китайские отношения в ХХ веке.Том V,книги 1,2. 1946-1978 гг.,1949-февраль 1950 гг.Документы и материалы. М. Памятники исторической мысли. 2005г.
  34. Синьдзян Китая . СУАР Из-во «Учжоу чуаньбо». 1999.
  35. Советский энциклопедический словарь. – М., 1989.
  36. Советы в Китае. Сборник материалов и документов Вводная статья Е.Иогансон и О.Таубе. Перевод с нем.яз. М. Партиздат 1974г.
  37. Совместное коммюнике об установлении дипломатических отношений между РК и КНР. – 3 января, 1992 г.
  38. Соглашение о культурном сотрудничестве между РК и КНР. – Пекин, 10 августа, 1992 г.
  39. Софронов М.В. Китайский язык и китайское общество. М., 1979

    40 лет КНР. М., 1989

  40. Социальная структура Китая. XIX – первая половина ХХ века. – М., «Наука», 1990.
  41. Страна Хань. Ленинград. 1959.
  42. Токаев К.К. Внешняя политика Казахстана в условиях глобализации. – Алматы, 2000
  43. Токаев К.К. Под стягом независимости. Очерки о внешней политике Казахстана. – Алматы, 1997
  44. Цзян Цзэмин. Китай и Казахстан на пути к добрососедству. Пекин, 1999
  45. Эльдур Т.А. Казахстан и Китай – культура, экономика, стратегия. – Алматы, 2003
  46. Энциклопедия Нового Китая. М., 1989
  47. Это КНР. Изд. «Синьсин». – Пекин, 1999.
  48. «Китайская народная республика». Справочник
  49. Богомолов А.0. Тихоокеанская стратегия США и АСЕАН.М 1999.-176
  50. Бжезинский 3. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы. М.:Международные отношения,1998.
  51. http://baruchim.narod.ru.

 

 

[1] Бетин Л.Е. Под знаком «ветра и потока». М.,1982.

[2] Бурханов К.Н. Китай между прошлым и будущим. – Алматы, 2001

 

[3] Вопросы истории Китая. По  ред.Юрьева Ф. М.,1981

[4] Ефимов Г.В. Очерки по новой и новейшей истории Китая. М.,1951.

[5] Социальная структура Китая. XIX – первая половина ХХ века. – М., «Наука», 1990.

[6] Карен А. Китай. // Панорама, 1999. – №5

[7] Китай после культурной революции М.1979.

[8] Рахимов Р. Внешняя политика КНР. / «Саясат». Информационно-аналитический журнал. / № 12, 2002.

[9] Борисов О.Б. Внутренняя и внешняя политика Китая в 70-ые годы. Политический очерк.  – М; 1982

[10] Дэн Сяопин. Хронология мировых событий. – Пекин, 1998

[11] Дэн Сяопин. Хронология мировых событий. – Пекин, 1998

[12] Китай. Факты и цифры. Из-во «Сиьсин» 1999

[13] Русско-китайские отношения в ХХ веке.Том V,книги 1,2. 1946-1978 гг.,1949-февраль 1950 гг.Документы и материалы. М. Памятники исторической мысли. 2005г.

[14] Русско-китайские отношения в ХХ веке.Том V,книги 1,2. 1946-1978 гг.,1949-февраль 1950 гг.Документы и материалы. М. Памятники исторической мысли. 2005г.

[15] Рахимов Р. Внешняя политика КНР. / «Саясат». Информационно-аналитический журнал. / № 12, 2002.

[16] Российско-Тайваньские отношения и их роль в развитии азиатско-тихоокеанского региона / Сб. докладов. М., 1997 стр.78

[17] Богомолов А.0. Тихоокеанская стратегия США и АСЕАН.М 1999.-176

[18] Лубо-Лесниченко Е. Китай на шелковом пути. М.1994.стр. 67

[19] Бжезинский 3. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы. М.:Международные отношения,1998. -256с.

[20] Богомолов А.0. Тихоокеанская стратегия США и АСЕАН.М 1999.-176

[21] Русско-китайские отношения в ХХ веке.Том V,книги 1,2. 1946-1978 гг.,1949-февраль 1950 гг.Документы и материалы. М. Памятники исторической мысли. 2005г.с 398