Великая отечественная вторая мировая война

0
5

Тема: Великая отечественная вторая мировая война

ПЛАН

Введение

ГЛАВА 1. НАЧАЛО ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

  • Первый этап борьбы в Европе.
  • Война в Африке и Азии. Итоги первого этапа войны.

Глава 2. АГРЕССИЯ ФАШИСТСКОЙ ГЕРМАНИИ ПРОТИВ СОВЕТСКОГО СОЮЗА. АНТИФАШИСТСКАЯ КОАЛИЦИЯ

  • Начало великой отечественной войны.
  • Антигитлеровская коалиция.
  • Коренной перелом в ходе войны.
  • События на втором фронте.
  • Тегеранская конференция.

ГЛАВА 3. ПОБЕДА СССР И ДРУГИХ СВОБОДОЛЮБИВЫХ

НАРОДОВ НАД ФАШИСТСКИМИ АГРЕССОРАМИ.

  • Открытие второго фронта.
  • Последний этап войны.
  • Потсдам послевоенное устройство мира.
  • Капитуляция Японии.

Заключение

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Введение

Эта тема будет всегда актуальна, только рассматривать её необходимо с различных точек зрения. В современное время многое изменилось. Поменялись границы государств и стран. Но, тем не менее, угроза войны и терроризма всегда продолжает маячить над миром. Потсдамская конференция показала всему миру, что возможно решение любых проблем путем действенных переговоров. Решать вопросы с позиции силы невозможно, при наличии в мире атомного оружия. Поэтому Республика Казахстан, выступает за мир и ядерное разоружение.

«Четыре десятилетия огромные ядерные арсеналы были основ­ными аргументами в глобальном противостоянии двух сверх держав. В то время достижение ядерной безопасности увязыва­лось, главным образом, с процес­сом увеличения ядерного потен­циала.

Вот уже 10 лет как мир пере­стал быть блоковым. Но пробле­ма ядерной безопасности не ре­шилась сама собой даже после уничтожения значительной части ядерного арсенала распавшейся сверх державы.»[1]

«К сожалению, на рубеже ты­сячелетий наша планета не стала более безопасной, ни в обычном, ни в ядерном контексте.

А сама ядерная угроза пере­росла своё прежнее двухмерное измерение и, подобно поражен­ному радиацией организму, стала быстро мутировать, приобретая новые и новые формы.

Сегодня нам важно уяснить, почему фундаментальные сдвиги последнего десятилетия, снизив ядерную угрозу в плане глобаль­ного ядерного конфликта, в то же время способствовали возникно­вению новых измерений «ядер­ной реальности»».[2]

Актуальность темы данной работы связана,  прежде всего, с тем, что одной из отличительных черт в международных отношениях двадцатого столетия являются стремление современного мирового сообщества ликвидировать очаги напряженности, военные конфликты решить спорные вопросы путем переговоров, в которых посредниками выступают межправительственные международные организации. Тема создание Лиги наций после первой мировой войны безусловна актуально ещё потому, что многие проблемы, которые решались почти 90 лет назад по сей день не решены приемниками этой организации.

Международные организации как феномен возникли недавно, хотя их фундамент был заложен в древние века. Однако сами организации не появлялись до ХIХ века, когда они начали формироваться среди политических структур власти. В этот период происходило становление и образование государств. Возрастала потребность международного общения, что привело к созданию постоянно действующих межгосударственных структур. Одними из первых примеров таких организаций являются Всемирный телеграфный союз (1865 г.), Всемирный почтовый союз, созданный в 1874 г., и еще раньше, в 1815 г., была образована Центральная комиссия навигации по Рейну.

Актуальность темы данной работы также обусловлена огромной важностью процессов происходящих в  странах Азии, Европы и Америки. Как подчеркивает президент нашей страны Н. А. Назарбаев: « Весь исторический опыт развития человеческой цивилизации свидетельствует, что изначальным из всех необходимых условий, в рамках которых осуществляется поступательный и устойчивый рост государства, является безопасность его нации и сохранение государственности. Мало завоевать свободу и независимость, их надо отстоять и закрепить, передать нашим потомкам. Это является первым стратегическим приоритетом развития Казахстана до 2030 года. Приоритетность безопасности очевидна: если страна не сохранит ее, у нас попросту не будет возможности говорить о планах устойчивого развития. Ретроспективный взгляд на зарождение и развитие государства наших предков наглядно подтверждает гот факт, что они вели исторически трудную и жестокую борьбу во имя потомков для сохранения своей государственности»[3]. Справедливость этих слов нашего президента очевидна. И это мы можем увидеть на примере независимого развития стран Азии и Африки.

Актуальность темы исследования. Биполярный мир уходит в прошлое. Складывающейся многополюсной  международной структуре присуща, однако, опасность возникновения  региональных конфликтных ситуаций, подобных той, которая сложилась в Европе 1930-х гг. В самой Европе контуры международных гарантий,  способных  заменить устаревшие  способы   обеспечения  безопасности,  еще   не определились. Эти обстоятельства позволяют по-новому взглянуть  на  опыт  европейской  дипломатии,  в том  числе середины 1930-х гг.

Выявляемые при этом закономерности, помимо важного значения в современное время  в теоретическом плане работа, имеет несомненную практическую значимость, служит дополнительным аргументом в пользу необходимости дальнейшего углубления и изучения темы.

Практика свидетельствует, что в обществах, социально и политически структурированных, с развитыми демократическими традициями и публичной политикой, к которым относится большая часть стран Западной и Центральной Европы, превалирующее влияние на политическое действие оказывают, как правило, общенародные и социальные групповые интересы и только потом – партийные и личные. Организация, ставшая предшественником ООН – Лига Наций. Эта организация была создана после первой мировой войны по инициативе стран – участников Антанты. Целью ее создания было развитие международного сотрудничества и предотвращение мировых трагедий, таких, как первая мировая. У истоков создания организации были главы двух ведущих мировых держав – премьер министр Англии и президент США Вудро Вильсон. Предложения о необходимости создания такой международной организации были высказаны и поддержаны ими еще во время боевых действий. А в 1919 году, во время Парижской мирной конференции в Версале, был подписан Устав Лиги Наций.

ГЛАВА 1. НАЧАЛО ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

1.1.Первый этап борьбы в Европе.

Разгром Польши и «странная война». Рано утром 1 сентября 1939 г. две германские армии – «Север» и «Юг» – вторглись в Польшу. В тот же день рейхстаг под неистовую овацию фашистских депутатов принял закон о присоединении Данцига к Германии. Англия и Франция, стремясь остановить дальнейшее усиление Германии, на­рушившей все обещания, данные Западу, 3 сентября, после двух ультиматумов, на которые не последовало ответа, объявили войну Германии.

Польша, однако, не получила реальной помощи от Англии и Франции. Ее буржуазное правительство за ка­кой-нибудь месяц до этого отказалось от предлагавшейся ему на случай войны помощи СССР. В итоге война шла при большом неравенстве сил. 57 немецким дивизиям противостояла только 31, танкам-кавалерия, немцы безраздельно господствовали в воздухе. Польское прави­тельство не только не организовало сопротивления, но уже 18 сентября бежало в Румынию, бросив и предав свою страну. Разрозненные, хотя и упорные бои вели от­дельные воинские части и народ в  Познани, кре­пости Модлин; основная часть армии, поливаемая огнем с воздуха, сражалась и погибала в клещах, сомкнувших­ся вокруг Варшавы. Поражение определилось уже 17 сен­тября, а последнее сопротивление было сломлено 1 ок­тября. «Польша развалилась, как карточный домик»,— писали современники. Причиной этой «сентябрьской катастрофы,  была реакционная, классовая политика правительства Польши и правящих кругов западных стран.

В создавшихся условиях, когда германские армии, за­няв Польшу, приблизились к советской территории, СССР использовал советско-германский договор о ненападении от 23 августа 1939 г., чтобы укрепить свои границы. Вос­соединение Западной Украины и Западной Белоруссии с советскими Украиной и Белоруссией; ослабление в ре­зультате конфликта 1939-1940 гг. и условий Московского мира угрозы со стороны Финляндии, которая все больше превращалась в гитлеровский плацдарм; установление советской власти в трех прибалтийских республиках и присоединение их к СССР; воссоединение Бессарабии, насильственно отторгнутой от него еще в 1918 г., – таковы были действия Советского правительства с сен­тября 1939 г. по март 1940 г., укреплявшие его безопас­ность и позволившие получить передышку перед нападе­нием Германии[4].

В течение всего этого времени Англия и Франция вели «странную войну». Они не воспользовались возможностью ударить в тыл немецким войскам и вообще не вели бое­вых действий за исключением редких перестрелок. Подго­товка к военным действиям шла также вяло. Пропаганда распространяла мнение, что немцы не нападут, война так и не состоится. Однако все попытки западных держав продолжить мюнхенский курс на сговор с Гитлером было обречены на провал: Гитлер вовсе не собирался идти на соглашение, а «умиротворение» привело лишь к новым катастрофам.

Молниеносная капитуляция. «Новый порядок» в Ев­ропе. 9 апреля 1940 г. Германия» повернув свои армии на запад, внезапно напала на Данию и Норвегию и тем са­мым положила конец «странной войне». Сознавая огра­ниченность своих ресурсов, Гитлер ставил своей целью достижение «молниеносных побед», и эта тактика имела успех. Дания была оккупирована за 2—3 дня почти без сопротивления—жители Копенгагена приняли даже марш оккупантов по улицам столицы за киносъемки. Норвегия, пытавшаяся оказать сопротивление на се­вере страны, где высадились английские войска, капи­тулировала уже к 1 мая. Почти без передышки гитлеров­ские войска нанесли и последующие удары: 9—10 мая началось вторжение во Францию, Люксембург, Голлан­дию и Бельгию. Люксембург был занят без сопротивле­ния, Голландия подверглась жесточайшим бомбардиров­кам и сдалась 14 мая, Бельгия, проиграв крупное сраже­ние за Фландрию, капитулировала 28 мая 1940 г.

Чем объяснить столь быстрое падение всех этих госу­дарств? Внезапность, перевес в технике, превосходство немецкой тактики—все это играло роль. Но решающим фактором была позиция правящих кругов. Значительная их часть пошла по пути прямого предательства, коллаборационизма (сотрудничества с врагом). Так, например, военный министр Норвегии Квислинг оказался немецким агентом (отсюда возник синоним слову «предатели»— «квислинги»). Колебания, отсутствие единства, страх перед собственным народом, неготовность, нежелание крупных держав вести войну всерьез—все это было ре­зультатом узкоклассовой позиции буржуазия и главной причиной «молниеносной капитуляции». Постепенно ги­бельность подобного курса начала осознаваться ив пра­вящих кругах. Так, возглавивший в мае 1940 г. прави­тельство Англии У. Черчилль, несмотря на свои консервативные взгляды, приступил к энергичным мерам по оборот страны. Но следующая же операция — разгром Франция в мае–июне 1940 г.—показала, что в буржуазных верхах все еще преобладала прежняя капитулянтская политика.

Стремительным ударом немцы совершили «разрез серпом»—вышли к Дюнкерку, отделив английские силы от французской армии и сбросив их в море. Англичане эвакуировались, потеряв всю технику и понеся большие жертвы. Они были изгнаны с континента, Дюнкерк стал одним из крупнейших их поражений. Затем немцы про­рвались к Парижу. Французское правительство бежало в город Тур. Лишенная руководства армия развалилась на глазах. Уже через 9 дней после начала наступления немецкие войска заняли Париж, объявленный открытым городом. После ожесто­ченной дискуссия в правительстве, в ходе которой правые запугивали тем, что в случае сопротивления и мобилиза­ции народа к власти прядут коммунисты, во главе ка­бинета встал престарелый маршал Петэн, который принял решение о капитуляции страны. Он обратился по радио к населению и армии с требованием сложить оружие. 2 июня 1940 г. было подписано перемирие с гит­леровцами.

Согласно условиям перемирия Франция делилась на две зоны — северную, оккупированную немцами, и менее развитую Южную с центром в курорт­ном городке Виши, где осталось якобы независимое, а на деле марионеточное правительство «могильщика Фран­ции» Петэна.

Другими последствиями перемирия были полное разоружение, огромная контрибуция, угон рабочей силы в Германию, режим жестоких репрессий, полное господ­ство гитлеровцев и коллаборационистов.

Правда, в правящих кругах Франции нашлись искрен­ние патриоты, не желавшие мириться с поражением, во главе которых встал генерал де Голль. В дни падения Франции он вылетел в Лондон, затем образовал там ко­митет «Сражающаяся Франция» и начал формировать армию. Однако предстояло пройти еще долгий путь, пока эти силы смогли участвовать в военных операциях. Отпор оккупантам в стране возглавила Компартия, призывавшая к сопротивлению уже 24 июня 1940 г. и начав­шая поднимать на борьбу демократические силы нации.

Поражение Франции позволило Гитлеру вести мас­сированные воздушные налеты на Англию (так называе­мая «битва за Англию» осенью 1940 г.), а также продол­жить молниеносную войну—теперь уже на востоке Ев­ропы. Помогая Италии, которая поспешила воспользо­ваться разгромом Франции, чтобы вступить в войну (июнь 1940 г.). В сентябре 1940 г. подписанием военного пакта был оформлен откры­тый союз Германии, Италии и Японии.

К концу первого этапа войны (1939—1941) в Европе установился так называемый «новый порядок». Он харак­теризовался полным единоличным господством «Великой Германии», потерей независимости странами континента, часть которых была прямо оккупирована гитлеровцами, часть превращена в марионеточные государства (Слова­кия, Хорватия, «государство Виши», Сербия, Черного­рия), а другие—а сателлитов (Венгрия, Румыния, Бол­гария, Финляндия) и зависимых «нейтралов» (Швеция, Испания), или младших партнеров (Италия). Огромные размеры приняло ограбление Европы в пользу герман­ской военной машины, захват германскими монополиями сырья, предприятий и т. п., что привело к обнищанию и голоду населения оккупированных стран. Но наиболее характерной чертой «нового порядка» был кровавый по­литический террор. Европа покрылась виселицами и конц­лагерями. Унижение человеческого достоинства, надруга­тельство над национальной культурой, физическое истребление миллионов людей, зверства и садистские вытки.—в таком отвратительном обличье выступал гер­манский империализм.

1.2.Война в Африке и Азии. Итоги первого этапа войны.

Уже на первом этапе воина распространилась и на Аф­рику. Италия, вступив в воину, начала вторжение в ко­лонии Англии – Кению, Британское Сомали, Судан, а также двинула армии из своей колонии Ливии в Египет. Хотя контрнаступление англичан имело некоторый успех, а народ Эфиопии, взявшись за оружие, изгнал оккупан­тов из своей страны (апрель 1941 г.), главная угроза – Египту и Суэцкому каналу – не была снята к концу этапа. Немцы послали итальянцам помощь-войска ге­нерала Роммеля и, опустив с воздуха целую армию, окку­пировали остров Крит, что позволило немецко-итальянскому флоту в значительной мере контролировать Среди­земное море. Япония также воспользовалась пораже­ниями западных государств. Она оккупировала француз­ский Индокитай и приготовилась к нападению на Индо­незию.

К концу периода положение западных держав было тяжелым. Фашистский блок повсюду наступал. США стояли вне войны. Однако, если правительства капитули­ровали, оказавшись неспособными защитить интересы своих стран, то народные массы начали подниматься на борьбу, увлекая за собой и часть буржуазных правящих кругов. Движения Сопротивления стали формироваться во Франции, Италии, Греции, Норвегии, Югославии и других странах. Повсюду в первых рядах шли комму­нисты.

В результате начал меняться характер войны. Она становилась все более народной, антифашистской и спра­ведливой со стороны борющихся против гитлеровской Германии стран. Однако подлинное спасение и оконча­тельное изменение характера войны пришло с вступле­нием в борьбу Советского Союза.

Глава 2. АГРЕССИЯ ФАШИСТСКОЙ ГЕРМАНИИ ПРОТИВ СОВЕТСКОГО СОЮЗА. АНТИФАШИСТСКАЯ КОАЛИЦИЯ

2.1. Начало великой отечественной войны.

22 июня 1941 г. и изменение характера войны. Напа­дение фашистской Германии на Советский Союз готови­лось давно и было центральным звеном во всех гитлеров­ских планах завоевания мирового господства. Конкрет­ный план нападения, разработанный к декабрю 1940 г., носил название «Барбаросса» (по имени германского им­ператора-завоевателя XII века). Вместе с сопровождавшими его другими секретными документами, высказыва­ниями и директивами этот план воплощал наиболее же­стокие и человеконенавистнические цели фашизма. Пре­дусматривались «молниеносная война» и уничтожение ос­новных сил Красной Армии с взятием Москвы через 1,5— 2 месяца после начала военных действий, причем предпи­сывалось ни в коем случае не допустить отступления бое­способных частей «на широкие просторы России». Гитле­ровцы самонадеянно рассчитывали, что внутренний строй СССР — Советы, национальные отношения, колхозы—­окажется непрочным.

Фашистские директивы заранее разрешали насилие, полный произвол в обращении с пленными и граждан­ским населением, особо свирепое и неукоснительное ис­требление советских партийных и политических руководи­телей, снабжение германского хозяйства за счет ограбле­ния страны, обрекающего миллионы людей на смерть от голода. Что касалось будущего, то предусматривалось превращение России в аграрный и сырьевой придаток Германии, уничтожение индустриальных центров, рус­ской культуры, физическое истребление 30 млн. славян, германская колонизация.

Несмотря на бредовый характер этих планов, нападе­ние Германии представляло огромную опасность в силу его внезапности и других временных преимуществ гит­леровцев. Совершенно ясно, что отпор этим планам, за­щита суверенитета, чести и достоинства Советской страны, разгром и уничтожение фашизма являлись зада­чей, решаемой в интересах всего человечества, высшей, справедливой целью.

Несмотря на отход советских войск под натиском фа­шистских армий, потерю значительной части территории и промышленности, советский народ разрушил планы

Гитлера в первые же месяцы войны. Не было «психоло­гического паралича», как в Польше или Франции. Вместо всеобщей паники немцы столкнулись с всеобщим упор­ным, героическим сопротивлением в Бресте, Севастополе и многих других пунктах. Расчет на непрочность совет­ского, национального, колхозного строя полностью про­валился. Неожиданным для немцев фактором стали дей­ствия партизан. К Декабрю 1941 г. Гитлер потерял чет­верть своих сил в россии. Битва под Москвой (декабрь 1941—январь 1942) стало началом коренного по­ворота в ходе весны, первым крупным поражением гит­леровцев, оно  рассеяло миф о непобедимости гитле­ровской армии и планы молниеносной войны, а это озна­чало, что вступают в долговременные бои, что дало преиму­щества СССР и других антигитлеровских держав.

2.2. Антигитлеровская коалиция.

Отпор, оказанный советским народом, воодушевил народы других стран. Резко усилилось влияние трудя­щихся масс на правительства. Выросла заинтересован­ность в союзе с СССР и в правящих кругах западных стран. На этой основе возникла коалиция государств, выступивших против фашистского блока.

Создание антигитлеровской коалиции. Уже в день на­падения гитлеровской Германии на СССР, 22 июня t941 г., правительство Черчилля в Англии, а 24 июня 1941 г. правительство Рузвельта в США заявили, что они окажут русскому народу вею возможную помощь в войне. 12 июля 1941 г. было подписано соглашение с Англией о взаимной помощи и поддержке, а также незаключении сепаратного мира с Германией. Это был первый офици­альный документ в процессе оформления коалиции. В июле I94! г. СССР заключил соглашение с Польшей и Чехословакией (в лице эмигрантских правительств этих стран, находившихся в Лондоне) о взаимопомощи, создании на территории СССР польской и чехословацкой армий. Последовал также ряд других переговоров и со­глашений.

Важным моментом в создании коалиции явилось вступление в войну Соединенных Штатов. Утром 7 де­кабря 1941 г. Япония обрушила удары с воздуха и с воен­ных кораблей на главную военно-морскую базу США Перл-Харбор (Гавайские острова). Здесь были сосредо­точены основные американские силы в Тихом океане:

90 кораблей и 387 самолетов. Нападение оказалось со­вершенно неожиданным для командования базы и пра­вительства в Вашингтоне, несмотря на то, что ими было получено немало предупреждении. В результате США по­несли тяжелые потери, авиация была уничтожена напо­ловину на земле, не успев взлететь, пострадало 19 круп­ных и много мелких кораблей, погибло 5 тысяч американ­цев, а главное, США были одним ударом почти на 2 года вытеснены с тихоокеанского театра военных действий. 8 декабря США объявили войну Японии, а 11 декабря Германия и Италия объявили войну Соединенным Шта­там.

Одновременно с ударом по Пёрл-Харбор японцы на­чали наступление на британские колонии. Они захватили Гонконг, несколько позже Малайю, Сингапур—круп­нейшую базу Англии, также оказавшуюся совершенно не готовой к отпору. В результате и Англия вступила в войну с Японией. Пёрл-Харбор и последующие события показали полный провал политики «невмешательства» на Дальнем Востоке.

В мае—июне 1942г. были подписаны два важных политических документа, оформившие союз. Дого­вор с Англией, заключенный на 20 лет, содержал обя­зательство «военной и другой помощи всякого рода», а также общих действий в послевоенный период «в тесном и дружеском сотрудничестве» во имя мира, безопасности и экономического процветания, без стремления к терри­ториальным приобретениям. Соглашение с США вклю­чало обязательство снабжения СССР оборонными мате­риалами, принципы дальнейших расчетов по этим по­ставкам и провозглашение необходимости развития эко­номических отношений между двумя странами вообще. Оно означало распространение на СССР так называе­мого закона о ленд-лизе (передаче взаймы и в аренду оружия и военных материалов), принятого США в марте 1941 г.

В англо-советском и американо-советском коммю­нике, опубликованных после подписания соглашений, го­ворилось: «была достигнута полная договоренность в отношении неотложных задач создания второго фронта в Европе в 1942 г.»[5]. Это было первое официальное обя­зательство западных держав открыть второй фронт.

Таким образом, сотрудничество трех стран, являвшихся ядром антигитлеровской коалиции, приобрело конкрет­ные очертания. В августе 1943 г. СССР установил дипло­матические отношения и с Комитетом де Голля.

Характер коалиции: различия и единство. Создание и сохранение коалиции стран, имевших столь различное общественное устройство, было сложным и трудным про­цессом. Различны были цели войны. Если СССР пресле­довал задачу не только разгрома Германии, но и иско­ренения фашизма вообще, установления демократиче­ского мира, то США и Англия стремились лишь осла­бить Германию как конкурента, не собирались бороться за демократизацию общественного строя освобождаемых от нацизма государств, опасаясь прихода к власти ле­вых сил.

Реакционные круги на Западе продолжали делать ставку на взаимное ослабление СССР и Германии. Об этом открыто заявляли в первые же дни Отечественной войны американские изоляционисты, английские консер­ваторы. Предсказывали, что СССР продержится лишь несколько месяцев. За спиной СССР с согласия офици­альных властей то и дело велись глубоко секретные пе­реговоры с представителями фашистской Германии — зондировались возможности сговора.

Союзнический долг не выполнялся и в других отноше­ниях. Снабжение СССР было крайне медленным и недо­статочным. Из всей суммы американской помощи, ока­занной по ленд-лизу воюющим против Германии стра­нам—46 млрд. долларов— СССР получил только 10,8 млрд. Хотя Советская страна вынесла на своих пле­чах основные тяготы войны и понесла наибольшие жертвы, промышленная продукция, поставленная ей со­юзниками за годы войны, составила только 4% к разме­рам собственно советской промышленной продукции за те же годы. Особенно остро стоял вопрос о втором фронте, поскольку Англия и США не выполнили свое обязательство, задерживали высадку войск в Европе, перенося ее на начало 1943 г., конец 1943 г., весну 1944 г. В результате СССР один на один выдерживал чудовищ­ный натиск 170 немецких дивизий (к 1943 г.—с союз­никами Германии—от 240 до 268 дивизий).

Западные державы пытались выдать за «второй фронт» свои операции на второстепенных участках, преж­де всего в Северной Африке. Однако эти действия не шли ни в какое сравнение с главным театром войны в Совет­ском Союзе. Операции в Северной Африке отвлекли только 11 дивизий противника.

Несмотря на все трудности и противоречия антигит­леровская коалиция оказалась жизненным и прочным делом. Все попытки гитлеровцев внести раскол между союзниками закончились крахом. Прочность коалиции базировалась на общей заинтересованности стран-участ­ниц в выполнении ближайшей задачи—победы над гит­леровской Германией, на стремлении народов к уничто­жению фашизма, на решающей роли СССР в военных действиях.

Программа будущего мира была сформулирована на встрече Рузвельта и Черчилля в августе 1941 г. и полу­чила название Атлантической хартии. Хотя цель искоре­нения фашизма не была в ней сформулирована доста­точно ясно и в целом она носила общий, нечеткий харак­тер, СССР присоединился к ней, поддерживая такие провозглашенные в ней принципы, как отказ от терри­ториальных захватов, право каждого народа на свою форму правления, экономическое сотрудничество всех стран и др. Затем хартию подписали другие правитель­ства. В январе 1942 г. была опубликована Декларация, в которой 26 стран, назвавших себя «объединенными на­циями» подтвердили свое присоединение к хартии. Это было началом создания будущей Организации Объеди­ненных Наций (ООН).

2.3.Коренной перелом в ходе войны.

Международное значение разгрома немецко-фашистских войск под Сталинградом и Курском. Сталинград­ская битва положила начало коренному перелому в ходе Великой Отечественной войны и всей второй миро­вой войны. Два ее этапа, оборонительный (с июля 1942г.) и наступательный (с 19 ноября 1942 г.), закончившиеся победой 2 февраля 1943 г., длились 6,5 месяцев. В от­дельные, моменты в ней участвовало 2 миллиона человек, более 2/тыс. танков и до 2 тыс. самолетов. Колоссальны

были потери фашистской Германии и ее союзников. Враг потерял 1,5 млн. человек убитыми, ранеными и плен­ными, что составило около четверти сил фашистского блока, действовавших в СССР. Эти потери и капитуля­ция 22 окруженных дивизий фон Паулюса вызвали по­трясение в гитлеровском рейхе, объявившем трехдневный траур, а также в Румынии и Италии, потери, которых были столь же невосполнимы.

Советская Армия окончательно захватила в свои руки стратегическую инициативу, что было закреплено в ходе Курской битвы. В июле—августе 1943 г. Началось массовое изгнание оккупантов: очищение Левобережной Украины и Крыма, форсирование Днепра, снятие бло­кады с Ленинграда, выход на государственную границу в марте—апреле 1944 г. Вместо лозунга «жизненное пространство» гитлеровцы стали выдвигать лозунг «кре­пость Европа», что означало их переход к обороне. Во всем мире резко изменились взгляды на мощь Совет­ского Союза, появилась уверенность в победе.

2.4.События на втором фронте.

Под влиянием Сталинграда и Курска в новый этап вступило движение Сопротивления. Под руководством коммунистов, самоотверженно боров­шихся с оккупантами, партизанские Отряды стали преоб­разовываться в крупные объединения и регулярные ар­мии. В ряде стран возникли широкие союзы всех анти­фашистских партий; И групп, ‘получавшие название на­родного или национального фронта. Освобождались от врага целые области и создавались органы управления — зачатки будущих демократических правительств. Подоб­ный перелом произошел в Польше, Чехословакии, Юго­славии, Франции, Италии.

В связи с этим изменились и усложнились задачи компартии, многие из которых стали достаточно зрелыми, опытными и вплотную подошли к завоеванию ведущей роли в своих странах. В таких условиях руководство из одного центра — Коминтерна — перестало быть необхо­димым. Коминтерн сыграл важнейшую историческую роль, способствовав распространению марксизма-лени­низма, выработке правильной и единой тактики комму­нистического движения. Но в новых условиях требова­лись и новые организационные формы. В мае 1843 г. Коминтерн принял решение о самороспуске. Контакты между компартиями поддерживались теперь уже иными методами, прежде всего путем регулярных совещаний.

Это было показателем роста влияния компартий в своих странах, перехода их на новый, высший этап борьбы за массы и руководство массами. Роспуск Коминтерна на­носил также удар по версии о «руке Москвы», которая использовалась реакцией, чтобы разжигать противоречия в антигитлеровской коалиции.

Изменение обстановки, вызванное советскими побе­дами 1943 г., привело к отходу от Германии ее союзни­ков. Осознание того факта, что Гитлер тянет в пропасть, и стремление выйти из войны проявилось в Болгарии, Румынии, Венгрии, Финляндии. Турция, которая обе­щала Гитлеру выступить против СССР и придвинула войска к границе, после Сталинграда решительно отка­залась от этого намерения.

Критическое положение сложилось в Италии. Осенью 1942 г. поход итало-германских войск на Египет, воз­главленный немецким генералом Роммелем, был остановлен, так как Гитлер не мог дать подкреплений; все было брошено против Советского Союза. Затягивая от­крытие второго фронта США и Англия получили воз­можность создать двойное превосходство своих сил в Северной Африке, тройное и четырехкратное по технике. В октябре 1942 г. они начали наступление с двух сторон: англичане под командованием Монтгомери—из Египта, американцы под командованием Эйзенхауэра—из Ма­рокко и Алжира, где были высажены крупные силы. Им удалось зажать войска Роммеля в тиски, разгромить его 11 дивизий и, сбросив остатки армии в море, закончить войну в Африке в мае 1943 г. (см. атлас, с. 9). Эта победа была достигнута под решающим влиянием дей­ствий на советском театре войны.

Потеряв большую часть своих вооруженных сил сна­чала под Сталинградом и Курском, а затем в Африке, режим Муссолини оказался в тяжелом положений. В стране поднималось широкое антифашистское движе­ние. Начались раздоры в правящих кругах. Часть бур­жуазии стремилась освободиться от фашистского пра­вительства, чтобы поскорее выйти из войны. Под влия­нием этой группировки в июле 1943 г. король дал Мус­солини отставку. Арестованный при выходе из дворца, он был, затем выкраден германской разведкой, доставлен на север Италии и пытался восстановить там, на небольшой территории свой режим. Одновременно началась ок­купация Северной Италии германскими войсками. Однако это не могло изменить хода событий: фашистский режим пал, новое правительство в Риме заключило пере­мирие, и англо-американские войска, перебравшись из Африки в Италию, начали медленное продвижение на север страны. Италия вышла из войны, ее окончатель­ное очищение от фашизма было лишь делом времени.

Перелом наступил и в войне с Японией. Как и Турция, Япония собиралась начать нападение на Советский Со­юз после ожидавшегося падения Сталинграда. В Маньч­журии у границ СССР сосредоточивалась миллионная армия. К середине 1942 г. японские захваты простира­лись на огромную территорию—до берегов Австралии, границ Индии, аляски и острова Эллис (см. атлас, с. 10—11). Полный провал и поражение гитлеровцев в России серьезно изменили положение. Воспользовавшись отвлечением гитлеровских армий, США создали большой перевес военно-морских и воздушных сил, и перешли в контрнаступление в юго-западной части Тихого океана, а Англия начала отвоевание Бирмы, причем им помогали австралийские части, а также широко развернувшиеся национально-освободительные движения в Китае, Корее, Вьетнаме и других странах Азии.

Переломной в войне с Японией явилась битва за остров Гуадалканал, которая не случайно совпала со временем Сталинградской битвы—конец 1942—нача­ло 1943 г. В целом же ряд крупных морских сражений 1942—1943 гг. вызвал переход японцев к обороне и от­ступлению. Таким образом, и в войне на Тихом океане начался решающий поворот.

2.5. Тегеранская конференция.

События 1943 г. означали, что наметились контуры победы. В связи с этим встал вопрос о встрече на выс­шем уровне.

Тегеранская конференция. Конференция трех дер­жав — СССР, США и Англии, происходившая в Тегера­не с 28 ноября по 1 декабря 1943 г., была первой встре­чей глав правительств—И. В. Сталина, Ф. Руз­вельта и У. Черчилля. Ее нередко называют вер­шиной сотрудничества в антигитлеровской коалиции. Действительно, принятые ею решения показали, что возросло влияние СССР и необходимость считаться с его позицией.

Главным решением конференции было конкретное определение сроков и масштабов открытия второго фронта в Европе—высадка англо-американских войск во Франции к началу лета 1944 г. Вопрос этот вызвал значительные разногласия. У. Черчилль настаивал на высадке на Балканах, с тайной целью перерезать путь вступления советских войск в Европу, не допустить их революционного влияния на соседние с СССР государ­ства. Однако в конце концов, союзники приняли требо­вание СССР, понимая, что задержать советское наступ­ление не в их силах, и опасаясь, что освобождение Европы произойдет без них.

На конференции обсуждался вопрос о будущем Гер­мании. Советский принцип полного искоренения нациз­ма был принят. Предложение Ф. Рузвельта о раз­деле Германии на пять государств с выделением, кроме того, ряда районов под международный контроль и Черчилля о разделе Германии на три государства были переданы на рассмотрение специальной комиссии, но советская делегация подчеркнула, что СССР—против какого-либо раздела.

ГЛАВА 3. ПОБЕДА СССР И ДРУГИХ СВОБОДОЛЮБИВЫХ НАРОДОВ НАД ФАШИСТСКИМИ АГРЕССОРАМИ.

3.1. Открытие второго фронта.

Открытие второго фронта и военные действия на Западе. Роль движения Сопротивления. К лету 1944 г. Советская Армия не только освободила оккупиро­ванной советской земли, но и вышла на государствен­ную границу на протяжении 400 км. Советский Союз заявил, что он не ограничится очищением от врага своей территории, но поможет европейским народам сокру­шить гитлеризм и завершить разгром гитлеровской во­енной машины. Это заставило Англию и США поторо­питься с открытием второго фронта, выполнить данные в Тегеране обязательства. В ночь на 6 июня 1944 г. под руководством американского генерала Эйзенха­уэра началась крупнейшая десантная операция—вы­садка после массированной бомбардировки англо-аме­риканских войск на побережье Нормандии (Франция). Превосходство сил союзников в этой операции было полным, к октябрю 1644 г. высадилось 2,5 млн. человек. Германия оказались, наконец, между двумя фронтами, причем фронт на Западе приковал около 70 немецких дивизий.

В дальнейшем освобождении Европы большую роль сыграли движения Сопротивления, в ряде стран превра­тившиеся в серьезную силу.

Освобождение Франции (к сентябрю 1944 г., окраин­ных районов—к апрелю 1945 г.) происходило в усло­виях, когда в стране с новой силой развернулись дейст­вия партизан, равноценные, по заявлению Эйзенхауэра, действиям 25 дивизий. Париж был освобожден 23 авгу­ста 1944 г. восстанием внутренних сил, подготовленным компартией и другими участниками Сопротивления. 10 сентября 1944 г. Французский Комитет Националь­ного освобождения, возглавленный де Голлем, куда во­шли и коммунисты, переехал в Париж и был признан СССР, Англией и США в качестве временного прави­тельства Франции.

В Италии союзные войска, высадившиеся на юге страны еще в 1943 г., медленно продвигались на север, оккупированный немцами. Компартия Италии сумела мобилизовать солдат развалившихся частей, рабочих и другие слои населения, собрать оружие и создать вну­тренние вооруженные силы численностью свыше миллио­на человек. Она организовала крупные забастовки на оккупированной территории. В освобожденных партиза­нами районах создавались комитеты национально­го освобождения, которые брали власть в свои руки. Тяжелой зимой 1944—1945 гг., в условиях холода, голода и немецких расправ, компартия подготовила Апрель­ское восстание 1945 г., освободившее страну от окку­пантов. В ходе восстания был захвачен и казнен парти­занами главарь итальянского фашизма Муссолини.

Восставшие освободили пять провинции, совершали чу­деса героизма, за оружие взялись 462 тыс. партизан и патриотов, создававших гарибальдийские отряды. Это был поистине всенародный патриотический подъем. Западные державы вынуждены были смириться с тем, что в итоге освобождения страны в правительство во­шли коммунисты.

Партизанская борьба развернулась в Албании, ко­торая была очищена от немецких оккупантов к концу ноября 1944 г. Здесь, как и в соседней Греции, гитле­ровские войска поспешно отступали на север, боясь быть отрезанными советским продвижением на Балка­нах. В результате Греция также была освобождена силами собственного народа, создавшего под руковод­ством   коммунистов   Национально-освободительный фронт и народно-освободительную армию. В ночь на 4 октября 1944 г. в Греции высадились англий­ские войска.

В самой Германии военные действия Англии и США также сопровождались реакционными политическими мероприятиями; Воздушное наступление союзников вы­звало разрушение ряда немецких городов, но многие заводы германских монополий не подверглись бомбар­дировкам. Союзники, особенно Англия, сочувствовали возникшему еще в июле 1944 г. заговору против Гитле­ра, рассчитывая на приход к власти умеренных буржу­азных элементов, с которыми можно будет заключить мир еще до вступления в Германию советских войск (покушение заговорщиков на Гитлера 20 июля 1944 г. не удалось, руководители заговора были казнены).

Партизаны активно действовали в Бельгии и Гол­ландии, но и здесь англо-американские войска не стре­мились опереться на них. Медлительность действий союзников способствовала тому, что немцы сумели в декабре 1944 г. совершить опасный прорыв фронта в Арденнах, на стыке английских и американских частей. Спасло положение лишь срочное обращение Черчилля к советскому командованию и ускоренное советское на­ступление на Висле, оттянувшее немецкие дивизии с запада. Это показало, что и после открытия второго фронта СССР продолжал играть решающую роль в войне. Последняя волна американо-английского наступ­ления развернулась в феврале—апреле 1945 г., когда завершилось освобождение Люксембурга, Бельгии, Голландии, западной части Германии, и союзные армии подошли к Эльбе.

3.2. Последний этап войны.

На последнем этапе войны, в Европе отчетливо про­явился классовый характер стратегии и политики за­падных держав, стремившихся поддержать буржуазные элементы, монополии, восстановить на освобождаемых территориях капиталистические порядки. С другой сто­роны, ярко выступили такие факторы, как роль народ­ных масс, подлинный патриотизм и самоотверженность компартий.

Большой вклад в Сопротивление внесли советские люди, бежавшие из концлагерей и немецкой неволи, оказавшиеся на чужой территории. Так, во Франции, где к концу 1943 г. насчитывалось до 25 тыс. советских граждан, во всех 20 лагерях, где они были размещены, возникли комитеты Сопротивления, а с 1944 г. начался массовый приток в партизанское движение русских, бе­жавших из лагерей. Смешанные и чисто русские отряды («Родина», «Донбасс», «Катерина» и др.) уничтожили сотни гитлеровцев, пустили под откос десятки воинских эшелонов, участвовали в освобождении многих городов Франции. Беспредельную храбрость проявили погибшие на французской земле Василий Порик, Миссак Манушьян и другие самоотверженные борцы из Советского Союза.

Такая же картина наблюдалась в Италии, где про­славился Федор Поэтан (Полетаев), героически погибший в бою; где целые подразделения русских шли в атаку на фашистов с русским «ура!». Военнопленные, бежавшие из лагерей, участвовали в партизанском дви­жении Норвегии и ряда других стран. «Восточные ра­бочие» в Германии сотрудничали с немецкими антифа­шистами. Русские сыграли большую роль в организации подполья в концлагерях, вооруженных восстаниях кон­ца войны в Бухенвальде и Маутхаузене, сорвавших фашистский план уничтожения заключенных. Эта широ­кая совместная борьба была ярким проявлением проле­тарского интернационализма.

Решающая роль Советской Армии в разгроме фа­шистской Германии. Решающую роль в окончательном разгроме гитлеризма сыграли действия Советской Армии.

В 1944—1945 гг. на восточном фронте развернулись операции грандиозного размаха. Они шли по трем основным направлениям.

На юго-западном направлении происходило изгна­ние оккупантов и местного фашизма в Румынии (рево­люция 23 августа 1944 г., свергнувшая диктатуру Антонеску), Болгарии (восстание 9 сентября), Югославии (освобождение Белграда совместно с югославской ар­мией 20 октября 1944 г.), Чехословакии (навстречу со­ветским освободителям здесь поднялись два -восста­ния—словацкое в октябре 1944 г. и пражское в мае 1945 г.), Венгрии (день освобождения—4 апреля 1944 г.). Повсюду приход Советской Армии означал помощь демократическим силам стран Восточной Евро­пы, освобождение переплеталось с народно-демократи­ческими революциями. Вступление советских частей в Австрию привело к освобождению Вены (13 апреля 1945 г.) и развитию наступления в Южную Германию, на Дрезден.

На северо-западе вынуждена была капитулировать союзница Германии Финляндия (сентябрь 1944 г.). Со­ветские войска вступили в Восточную Пруссию и, оста­вив в тылу Кенигсберг, продолжали стремительное на­ступление через Данциг и Штеттин к Ростоку, где встретились с англичанами (2 апреля 1945 г.).

На центральном направлении шло освобождение Польши (июль 1944—январь 1945 г.) и продвижение в центральную Германию. К 25 апреля было завершено окружение Берлина: советские части встретились на Эльбе с англо-американскими войсками. В ходе начато­го советскими войсками штурма Берлина погибли мно­гие гитлеровские руководители и сам фюрер. Берлин пал 2 мая 1945 г., а 8 мая немцы подписали безогово­рочную капитуляцию. 9 мая 1945 г. наступил долго­жданный День Победы.

Невиданный размах и темпы военных действий, демократическая политика СССР в освобожденных странах, колоссальный рост престижа и могущества Советской державы заставили реакцию умолкнуть и по­могли сохранить коалицию до конца войны. Несмотря на различия в классовых интересах и стратегии сотруд­ничество трех государств выдержало испытания. Это отчетливо проявилось на важнейших конференциях союз­ников в 1945 г.

3.3. Потсдам послевоенное устройство мира.

0кончание войны и переход к миру требовали от государств—участников антигитлеровской коалиции ясного определения своего отноше­ния к возникшим перед союзниками пробле­мам и их скорейшего решения. Нужно было, прежде всего, окончательно согласовать поли­тику в отношении Германии, в том числе от­носительно ее границ, а также стран—сател­литов гитлеровского рейха. Ждали своего разрешения вопросы, обусловленные продол­жением военных действий против Японии. Не терпела дальнейших отлагательств, проблема послевоенного устройства. Наконец, необхо­димо было предпринять шаги по урегулирова­нию все более открыто проявлявшихся разно­гласий между СССР и западными державами, и найти новые пути и формы продолжения между ними сотрудничества, в котором так нуждалась Европа, да и мир в целом. Решение этих задач могло быть найдено лишь за столом переговоров, где пред­стояла, как можно было судить по постоянно возраставшим трудностям, острая и упорная борьба.

Идея проведения нового совещания  руководителей СССР, США и Великобритании, получившего впоследствии название встречи «большой тройки», исходила от У. Чер­чилля. Он высказал эту мысль в конце апреля 1945 года после смерти Ф. Рузвельта в переписке с Г. Трумэном[6].

18 мая 1945 г. У. Черчилль сообщил советскому послу в Лондоне Ф. Гусеву, что ведет переписку с Г. Трумэном об организации встречи глав правительств трех держав и что ввиду большого количества возникших после победы важ­ных вопросов придает ей «исключительно важное значение»[7].

Вслед за этим, формально инициативу по созыву конфе­ренции взял на себя Г. Трумэн. Как видно из его письма матери от 3 июля 1945 г., он шел на это без особой охоты, понимая, однако, что такая конференция необходима и не­избежна. Подготовить встречу было поручено специальным представителям американского президента Дж. Дэвису и Г. Гопкинсу. В результате поездки в конце мая 1945 года Дж. Дэвиса в Лондон, а Г. Гопкйнса — в Москву и дальней­шего обмена мнениями между СССР, США и Англией были согласованы основные вопросы, касавшиеся проведения встречи «большой тройки». По предложению У. Черчилля, долго подбиравшего со словарем в руках подходящее наименование для  встречи в верхах трех держав, она получила название «мероприятие ,,Терминал»», в переводе с английского — «конечный пункт». В представлении англий­ского премьера оно означало «последнюю станцию на сов­местно пройденном с СССР пути, то есть, по существу, конец сложившегося в годы войны сотрудничества.

Местом проведения новой конференции был избран, по предложению И. В. Сталина, Берлин. Это не было случай­ным. Берлин был столицей поверженной гитлеровской Гер­мании и являлся в глазах народов всего мира олицетворе­нием агрессии и мракобесия. Поэтому проведение здесь кон­ференции глав государств-победителей было  глубоко символичным, олицетворяя крах фашизма и победу анти­гитлеровской коалиции. Поскольку в самом Берлине, сильно разрушенном войной, не оказалось подходящего места, Конференцию было решено провести в Потсдаме, сравнительно небольшом городке в окрестностях Берлина. В прошлом Потсдам был резиденцией прусских королей. Его дворцы, парки, здания не пострадали в ходе войны, что создавало благоприятные условия для проведения здесь конференции.

Местом проведения конференции трех держав стал дворец Цецилиенгоф представляющий собой почти прямой четырехугольник с небольшим внутренним двором, в центре которого накануне конференции была выложена из красной герани семиметровая звезда, сохранившаяся до сих пор. Для проведения пленарных заседаний был, избрав Большой зал, расположенный в центральной части дворца.

C целью обеспечения безопасности конференции, были созданы три кольца охраны — внешнее, среднее и внутрен­нее. Внутреннее кольцо было разбито на три сектора—по одному для каждой из делегаций. На переходах между сек­торами были установлены шлагбаумы, как на границах. Форма советской охраны была пограничная. В каждом сек­торе был свой комендант. Комендантом советского сектора назначили наркома внутренних дел генерала Круглова.

В результате большой работы, проделанной советской стороной, к середине июля 1945 года все было готово к прие­му высоких гостей. Советский Союз обеспечил самые благо­приятные условия для плодотворной работы конференции.

16 июля 1945 г. над главным входом во дворец Цецилиенгоф были подняты государственные флаги СССР, США и Англии—сюда прибывали главы государств.

Во всех трех столицах шла активная подготовка к кон­ференции. Англичане считали, что очередную встречу руко­водителей трех держав необходимо провести как можно скорее, чтобы использовать наличие своих больших воору­женных сил в Европе и занятие ими ряда районов, которые входили в советскую зону оккупации Германии и Австрии, для прямого давления на Советский Союз. У. Черчилль спешил и ввиду предстоящих в начале июля парламентских выборов в Англии. Поэтому английское правительство уже 25 мая 1945 г. направило государственному департаменту США длинный список вопросов, которые оно предлагало обсудить в Потсдаме. Однако он выглядел, даже по призна­нию буржуазных авторов, по существу, как «каталог обви­нений» против Советского Союза[8]. Поэтому американцы высказались за то, чтобы их «перегруппировать» и порабо­тать над их формулировками. 30 июня 1945 г. исполняющий обязанности государственного секретаря Дж. Грю подгото­вил для американского президента собственные предло­жения.

7 июля 1945 г. посол А. Гарриман вручил наркому иностранных дел СССР памятную записку с перечнем воп­росов, которые хотел бы обсудить президент в Потсдаме. Вслед за этим передали свои соображения и англичане.

Что касается срока созыва конференции, то американцы всячески стремились приурочить его к моменту испытания первой атомной бомбы, которое намечалось на середину июля 1945 года, в расчете оказать прямое давление на со­ветскую сторону.

В итоге длительного обмена мнениями между тремя державами созыв конференции был намечен на 16 июля 1945 г.

15 июля 1945 г. Г. Трумэн в сопровождении 53 человек на корабле «Аугуста», эскортируемом крейсером «Фила­дельфия», прибыл в Антверпен. В тот же день президент и его окружение тремя самолетами С-54 были доставлены в Берлин на аэродром Гатов, где его встречали представите­ли трех держав и целая армия журналистов. После привет­ствий и обхода роты почетного караула Г. Трумэн напра­вился в Бабельсберг, в свою резиденцию, получившую наз­вание «малый Белый дом». 15 июля 1945 г. прилетел и У. Черчилль.

Во второй половине дня 16 июля 1945 г. в Берлин поездом прибыл И. В. Сталин. Его сопровождал В. М. Молотов  По прибытии в Берлин они сразу же отправились в Бабельсберг. 7 июля 1945 г. в 17 часов после краткого вступительного слова главы советской делегации состоялось официальное открытие конференции.

Вопрос о Германии стоял очень остро Западные державы были за расчленение Германии. Советское правительство не поддерживало в принципе програм­му расчленения Германии. Все это, естественно, не могло не повлиять на позицию западных держав, в столицах которых на протяжении вой­ны был подготовлен ряд конкретных планов раскола Гер­мании. Учитывая отрицательную позицию советской стороны, англичане и американцы стали более осторожно выступать со своим требованием раскола Германии.

В ответ на телеграмму американского представителя в ЕКК Д. Вайнанта о заявлении Ф. Гусева 26 марта 1945 г. он получил 29 марта из Вашингтона следующее указание: в связи с позицией, занимаемой советской стороной отно­сительно расчленения Германии, в дальнейшем «ограни­читься изучением этого вопроса и уклоняться от принятия окончательных решений»[9] по нему. Тем самым, как спра­ведливо отмечает по этому поводу историк ГДР Гельмут Нефф в своей работе «Заря свободы» (Берлин, 1960), Со­ветский Союз фактически снял с повестки дня вопрос о рас­членении Германии.

Со всей ясностью позиция Советского Союза была еще раз сформулирована от имени Советского правительства И. В. Сталиным 9 мая 1945 г. В своем обращении по случаю Дня Победы он заявил, что Советский Союз «не собирается ни расчленять, ни уничтожать Германию»[10].

Это заявление не оставляло никаких сомнений о поли­тике Советского Союза в германских делах. Как правильно отмечает Ф. Мосли, принимавший участие в работе Комите­та по изучению проблемы расчленения Германии в качестве советника американского представителя, «Советское пра­вительство официально заняло позицию против политики расчленения», с чем, безусловно, не могли не считаться и западные державы.

Одновременно советские представители выступили за то, чтобы снять положение о расчленении Германии из доку­мента о безоговорочной капитуляции Германии. Который был подписан в таком виде 8 мая 1945 г. в Берлине, и не включать его в Декларацию о поражении Германии. 10 мая 1945 г., как отмечает Ф. Мосли, американский представи­тель в ЕКК Д. Вайнант был вынужден после переговоров с советскими представителями предложить госдепартаменту взять обратно свои указания ему о необходимости включения положения о расчленении Германии в декларацию о ее поражении. По словам Ф. Мосли, в тот день «Вайнант подтвердил госдепартаменту, что правительства Великобритании и Советской России согласились в том, что термин «рас­членение» не должен появиться в подготовительном доку­менте о капитуляции»[11], как того добивалась советская сторона. Соответствующие указания из Вашингтона были наконец, даны.

Текст декларации был изменен с учетом требований советской стороны. В нем не было теперь никакого упоми­нания о расчленении Германии. 12 мая 1945 г. этот проект был окончательно одобрен ЕКК. «Так термин «расчлене­ние» исчез как из военного документа,— отмечает Ф. Мосли,—так и из союзной декларации, опубликованной 5 ию­ня 1945 г.»[12].

Таким образом, благодаря позиции СССР за годы войны тремя державами не было принято ни одного совместного документа по германскому вопросу, который предусмат­ривал бы ее расчленение.

Наиболее надежную гарантию против возрождения угрозы со стороны Германии и предотвращения возможности повторения германской агрессии Советский Союз видел в проведении политики демилитаризации, денацификации, декартелизации и демократизации страны, то есть переустройстве ее на мирной, демократической основе.

На обсуждение вопроса о расчленении Германии со­ветская сторона согласилась только потому, что этот вопрос поднимался самими западными державами, являв­шимися в то время союзниками СССР. Но Советский Союз всегда рассматривал возможность расчленения Германии лишь как самое крайнее средство для обеспечения безопас­ности, если все другие окажутся недостаточными. И это пос­тоянно подчеркивалось советскими представителями в пере­говорах с западными державами.

Однако правящие круги западных держав не хотели рас­ставаться со своими планами в отношении Германии.

Понимая, что им не удастся использовать в своих импе­риалистических целях всю Германию, так как ее восточная часть входила в советскую зону оккупации, а наличие цен­тральной администрации в лице Контрольного совета, где был представлен Советский Союз, также будет серьезным тормозом в осуществлении их замыслов, в Лондоне и Вашингтоне считали необходимым парализовать работу.

Контрольного совета, о создании которого уже была достигнута договоренность, не допустить образования ка­ких-либо центральных германских органов и добиваться осуществления своих планов первоначально хотя бы в за­падных зонах. Раскол Германии они считали наиболее под­ходящим средством для этого. «Если до конца 1944—на­чала 1945 года, — отмечает историк ГДР И. Бем,— глав­ной причиной их заинтересованности в расколе  было стремление ослабить своего конкурента, то теперь, увидев мощь СССР, они выступали за раскол, потому что понима­ли, что Советский Союз будет настойчиво бороться за осуществление решений антигитлеровской коалиции на всей германской территории. В расколе же страны они видели возможность срыва в западных зонах антифашистских, антимилитаристских и демократических преобразований, предусмотренных уже принятыми соглашениями».

Такую точку зрения наиболее правых реакционных сил полностью поддержало правительство Г. Трумэна. Поэтому заявление Советского правительства по случаю Дня Побе­ды о том, что Советский Союз не собирается «ни расчленять, ни уничтожать Германию», вызвало буквально переполох среди правящих кругов США и Англии. Их послы срочно попросили разъяснений к этому заявлению в НКИД СССР.

На следующий день после названного заявления Совет­ского правительства Г. Трумэн утвердил секретную дирек­тиву JCS — 1067. Раньше эта директива, основа которой бы­ла выработана и одобрена еще 25 марта 1945 г. Ф. Рузвель­том, содержала ряд положительных моментов, в частности положения относительно демилитаризации, денацифика­ции и декартелизации. Но прочитавший ее в конце апреля 1945 года генерал Л. Клей, который готовился возглавить американскую администрацию в Германии, пришел, по его словам, «в ужас». Совместно с Л. Дугласом он приложил максимум усилий, чтобы переделать директиву в соответст­вии «с реальной’ обстановкой», то есть сделать ее более общей, с тем, чтобы облегчить в дальнейшем нарушение тех положений данного документа, которые противоречили ин­тересам представляемых ими кругов американского импе­риализма. Эта директива появилась в окончательной редакции 14 мая, а 21 мая 1945 г. была направлена правительством США командующему американскими оккупационными войсками Д. Эйзенхауэру для руководства. Она давала указание американской военной администрации содейство­вать расчленению Германии, указывая на децентрализацию политической жизни Германии как на генеральную линию деятельности американских оккупационных властей, и обязывала американского главнокомандующего «ни в ко­ем случае не предлагать и не поддерживать в Контрольном совете создание центральной системы управления германским хозяйством»[13].

Большое число авторов, которые в своих работах анали­зируют эту директиву, дают ей самую различную оценку, Одни видят в ней только положительные стороны, другие, составляющие большинство, почти только отрицательные. В действительности директива JCS—1067 представляла собой компромисс между интересами различных групп, аме­риканского руководства, попытку примирить различные Д точки зрения. Поэтому многие ее положения носят общий, декларативный характер, допускающий любую трактовку, выгодную тому, кто ее будет осуществлять, и предоставляют широкие полномочия непосредственным  исполнителям. Практика деятельности американской администрации пол­ностью подтвердила это в дальнейшем. Однако необходимо, также помнить о том, что директива JCS—1067 составля­лась в период усиления демократического движения, роста национально-освободительной борьбы народов, победонос­ного наступления Советской Армии, укрепления междуна­родного авторитета СССР, наличия ялтинских решений. Поэтому она была составлена с учетом точки зрения совет­ской стороны и требований свободолюбивых народов, и ряд таких пунктов, как привлечение к ответственности преступ­ников, денацификация Германии, ее разоружение, ликвида­ция чрезмерной концентрации производства и т. д., выглядел внешне довольно демократично. Именно этим и объясняется тот факт, что директива JCS— 1067 вызвала сильное недо­вольство крайне правых, открыто антисоветских элементов. Они сумели добиться внесения в нее изменений, на основании которых удалось активно саботировать реализацию тех положений, которые соответствовали духу и целям антигит­леровской коалиции. Поскольку все положительные пункты директивы остались на бумаге, а использовались лишь те, которые были выгодны правящим кругам США для реали­зации их планов в отношении Германии, в частности установок на ее децентрализацию,  недопущение централизован­ного контроля и т. п. (которые означали не что иное, как курс на раскол), то можно сказать, что директива JCS— 4067 в целом сыграла отрицательную роль в германской истории.

Одна из основных задач поездки Г. Гопкинса в конце мая 1945 года в Москву заключалась в том, чтобы не только согласовать вопрос о новой встрече «большой тройки» и уточнить советскую позицию в отношении Германии, но и склонить все же советскую сторону к расчленению страны. В беседах в Москве с советскими руководителями Г. Гопкинс прямо заявил, что хотя Г. Трумэн не принял еще яко­бы окончательного решения относительно Германии, но он выступает за ее раскол и хотел бы обсудить эти вопросы при встрече «большой тройки». «Я сказал Сталину, — пи­шет Г. Гопкинс, — что он не должен полагать, что Соединенные Штаты против расчленения, что дело обстоит как раз, наоборот»[14]. В официальном американском протоколе этой беседы точка зрения американской стороны зафикси­рована еще более ясно. Г. Гопкинс заявил, говорится в нем, что «он знает, что президент Г. Трумэн склоняется к рас­членению и, во всяком случае, выступает за отделение Саара, Рура и территорий по левому берегу Рейна и международный контроль над ними»[15].

С такими установками американцы прибыли в Потсдам. Как пишет начальник личного штаба американского прези­дента адмирал В. Леги, Г. Трумэн был против создания центрального германского правительства и собирался выдвинуть на конференции вопрос о расчленении Германии.

И. В. Сталин указывал, что, «говоря коротко, политика Со­ветского Союза в германском вопросе сводится к демилита­ризации и демократизации Германии. Демилитаризация и демократизация Германии представляют одно из самых важных условий установления прочного длительного мира»[16]. Конкретно политические принципы обращения с Германией, разработанные советской стороной, были изложены в проекте декларации Контрольного совета «О политиче­ском режиме в Германии», подготовленном в начале июля 1945 года. В указанном документе говорилось, что должно быть оказано всемерное содействие восстановлению и ук­реплению местного самоуправления, а также организации центральной германской администрации, то есть была высказана ясная позиция против раскола страны. В заключение отмечалось, что установленный на основе изложенных) в данном документе принципов политический режим в Германии даст немецкому народу возможность избрать впоследствии свою собственную форму правления и присоединиться к сообществу демократических, миролюбивых наций. (Это означало, что советская сторона выступала за признание за немецким народом права на самоопределение и избрание им самим пути социально-экономического развития и государственного устройства).

Последующие события позволяют сделать вывод, что этот документ оказал определенное влияние на позицию Англии и особенно США по германским делам на Потсдамской конференции, поскольку они официально так и не внесли свои предложения относительно расчленения Германии.

Империалистическим планам расчленения Германии со­ветская делегация в Потсдаме противопоставила демократи­ческую программу урегулирования германской проблемы. И. В. Сталин говорил на конференции, что «надо не расчле­нять Германию, а сделать ее демократическим, миролюби­вым государством»[17].

Поскольку германский милитаризм, ввергнувший мир в пучину мировой войны и поставивший немецкую нацию на грань катастрофы, являлся главным врагом, как народов других стран, так и самого немецкого народа, а также ос­новным препятствием на пути обеспечения безопасности в Европе. То Советский Союз, демократические силы всего Мира рассматривали его устранение в качестве основной предпосылки обеспечения мира на европейском континенте и обновления самой немецкой нации. Считая, что интересы немецкого народа и обеспечения безопасности в Европе требуют переустройства его жизни на новой основе, совет­ская сторона выступила в Потсдаме с конкретными пред­ложениями относительно проведения демилитаризации, де­нацификации, демократизации и декартелизации страны, которые были в целом одобрены в Ялте. Германия должна была также хотя бы частично возместить ущерб, причинен­ный ею странам антигитлеровской коалиции. Военные пре­ступники подлежали наказанию за совершенные ими звер­ства и преступления против мира и человечества. Иначе говоря, «речь шла не о простой перелицовке госу­дарственных институтов или перестановке отдельных дея­телей в рамках прежней правящей верхушки. Предстояло завершить огромную работу по уничтожению германского милитаризма и нацизма, ликвидации их социальной базы, их носителей в государственной, экономической, обществен­ной сфере, по перестройке сознания людей»[18]. В результате упорной, последовательной борьбы совет­ской делегации эти принципы были подтверждены и за­креплены решениями Потсдамской конференции.  Конференция торжественно провозгласила, что германский мили­таризм и нацизм будут искоренены и уничтожены и союз­ные державы примут меры, чтобы «Германия никогда боль­ше не угрожала своим соседям или сохранению мира во всем мире»[19].

С этой целью конференция выработала «Политические и экономические принципы, которыми необходимо руководствоваться при обращении с Германией в начальный конт­рольный период». Они были окончательно сформулированы на последних заседаниях 31 июля и 1 августа 1945 г.

Согласованные на конференции политические принципы предусматривали разоружение и демилитаризацию Германии, запрещение военного производства и установление временного контроля над промышленностью, уничтожение национал-социалистской партии со всеми ее подразделе­ниями, предотвращение нацистской и милитаристской дея­тельности и пропаганды, проведение реконструкции всей политической жизни в стране на демократической основе. Экономические принципы предусматривали мероприятия по уничтожению германского военного потенциала, ликвидации монополистических объединений, изъятию производст­венных мощностей, не нужных для гражданского производства, и обеспечению мирного развития ее экономики.

Немецкий народ, от имени и при участии которого со­вершались злодеяния нацизма, должен был нести опреде­ленную ответственность за их последствия. Но немцам предоставлялась одновременно возможность окончательно порвать с прошлым и начать новую жизнь. В документах, принятых в Потсдаме, подчеркивалось, что союзные дер­жавы, взявшие на себя верховную власть в стране, не бу­дут преследовать целей уничтожения или порабощения не­мецкого народа. Союзники намереваются, — говорилось в них,— дать немецкому народу возможность подготовиться к тому, чтобы в дальнейшем осуществить реконструкцию своей жизни на демократической и мирной основе». Если немецкий народ пойдет по этому пути, то он сможет с тече­нием времени занять достойное место среди свободолюби­вых народов.

Были четко определены цели оккупации, которыми дол­жен был руководствоваться контрольный совет. Само поня­тие «оккупация» получило новoe, не известное ранее в исто­рии содержание. Его смысл заключался в том, чтобы по­мочь немецкому народу обеспечить демократическое разви­тие страны в мире и дружбе со своими соседями и другими народами.

Таким образом, давняя цель союзнических решений по германскому вопросу состояла в том, чтобы осуществить полностью демократизацию страны и навсегда вырвать корни германского милитаризма и реваншизма, разоружить германский империализм политически и экономически, соз­дать такие условия развития Германии, которые не позво­лили бы повернуть ее на прежний путь агрессии»[20]

Считая, что расчленение Германии не будет способствовать обеспечению прочного и длительного мира, советская делегация решительно отклонила его в Потсдаме «Это предложение мы отвергаем, оно противоестественно», — заявил И. В. Сталин. Советские представители выступили за проведение совместной согласованной политики в Гер­мании, рассматривая ее в качестве важнейшей предпосыл­ки обеспечения единства страны и сохранения единого гер­манского государства. В целом на конференции «с советской стороны вновь было подтверждено, что Германия должна оставаться единым государством»[21].

В соответствии со своей принципиальной позицией в данном вопросе, а также учитывая то, как подчеркивал на заседании 31 июля 1945 г. И. В. Сталин, что «общую поли­тику в отношении Германии трудно проводить, не имея какого-то центрального германского аппарата». Совет­ский Союз предлагал создать центральную германскую ад­министрацию, которая могла бы обеспечить политическое и экономическое единство Германии в соответствии с этим на конференции советская делегация «представила проект по вопросу об организации центральной германской адми­нистрации». Согласно предложению советской стороны, центральная германская администрация должна была дей­ствовать под руководством Контрольного совета и иметь своей задачей координацию деятельности управления про­винциями с целью осуществления решений Контрольного совета и выполнения функций, связанных с решением во­просов, имеющих обще германский характер.

Но это не отвечало планам западных держав. Во вне­сенном Г. Трумэном еще на первом заседании меморандуме «Политика в отношении Германии» подчеркивалась необ­ходимость проводить в административном отношении по­литику «децентрализации политической структуры и разви­тия местной ответственности»[22]. В связи с этим, как прямо заявил на заседании 31 июля Э. Бевин, предлагалось не учреждать «никакого центрального германского прави­тельства».

Взяв курс на раскол Германии, западные державы упор­но придерживались указанной установки и отклонили, по­этому все предложения советской делегации, направленные на создание центральной германской администрации.

Тогда советская сторона предложила создать некоторые центральные обще германские департаменты, считая, что это будет способствовать не только скорейшему выполне­нию провозглашенных союзниками задач и восстановлению страны, но и сохранению ее политического и экономическо­го единства. Благодаря настойчивости советской делегации конференция приняла четкое решение о том, что до образо­вания единого обще германского правительства «будут уч­реждены некоторые существенно важные центральные гер­манские административные департаменты»   (финансов, транспорта, коммуникаций, внешней торговли и промыш­ленности) во главе со статс-секретарями, действующие под руководством Контрольного совета. Создание этих депар­таментов советская сторона рассматривала как переходный этап на пути к скорейшему образованию обще германского правительства.

Экономические принципы обращения с Германией, принятые в Потсдаме, предусматривали необходимость обеспечения также экономического единства страны. Хотя в них говорилось, что практически кратчайший срок германская экономика должна быть децентрализована с целью уничтожения существующей чрезмерной концентрации эко­номической силы, представленной особенно в форме картелей, синдикатов, трестов и других монополистических соглашений»[23], но в то же время подчеркивалось, что «в период оккупации Германия должна рассматриваться как единое экономическое целое».

Исходя из этого, конференция по настоянию советских представителей провозгласила, что союзные державы должны проводить в своих зонах согласованную общую политику. Для чего Контрольному совету было предложено подготовить практические мероприятия по окончательной реконструкции жизни немецкого народа на миролюбивой и демократической основе, в чем советская сторона видела одну из важнейших гарантий сохранения единства Германии. В Потсдаме было принято решение об одинаковом обращении с немецким населением на территории всей страны.

Таким образом, принцип сохранения единства Германии, поборником которого выступал Советский Союз на всем протяжении обсуждения этого вопроса, восторжествовал в Потсдаме. Конференция закрепила его в своих решениях. Ее участники не только признали, но и прямо взяли на себя обязательство сохранять целостность страны.

Даже буржуазные исследователи вынуждены признать ту большую роль, которую сыграл Советский Союз в поло­жительном исходе решения данного вопроса в Потсдаме. «Прежде всего, Соединенные Штаты и Великобритания предложили планы   расчленения,— пишет,   например, Г. Мольтман,— и отказ от расчленения как цели… объясняется в первую очередь позицией Советского правитель­ства»[24]. Как отмечает другой буржуазный немецкий исто­рик—В. Мариенфельд, советская делегация выступила «с инициативой» создания центральных германских управ­лений, а также против «слишком категорических формули­ровок в американских предложениях относительно перене­сения центра тяжести на вопрос о местном самоуправле­нии», то есть, если называть вещи своими именами, против всего, что подрывало бы единство Германии.

Границы. Этот вопрос занял важное место в работе конференции. В Потсдаме, в частности, были четко определены и установ­лены восточные границы Германии, что являлось одной из наиболее трудных проблем послевоенного территориально­го переустройства Европы.

В соответствии с достигнутой в Тегеране и Ялте договоренностью относительно изменения западных границ СССР, западных границ Польши советская сторона потребовала окончательного согласования данного вопроса, не терпевшего дальнейшего отлагательства.

Вопрос о западной границе Советского Союза был поднят И. В. Сталиным на 7-м заседании 23 июля 1945. Президент Рузвельт и г-н Черчилль,— заявил глава советской делегации, еще на Тегеранской конференции дали свое согласие на этот счет, и этот вопрос был согласован между нами. Мы бы хотели, чтобы эта договоренность была под­тверждена на данной конференции»[25]. Западным державам было трудно возразить что-либо, и названная проблема бы­ла урегулирована довольно быстро. По предложению со­ветской делегации было решено, чтобы «прилегающая к Балтийскому морю часть западной границы СССР прохо­дила от пункта на восточном берегу Данцигской бухты к востоку — севернее Браунсберга —Гольдапа к стыку гра­ниц Литвы, Польской Республики и Восточной Пруссии». Конференция согласилась с предложением Советского Союза о возвращении ему города Кенигсберга с прилегающим районом. Они переходили к СССР.  Президент США и премьер-министр Великобритании также заявили, что они «поддержат это предложение Конференции при предстоя­щем мирном урегулировании». Однако относительно западной границы Польши разго­релась острая борьба. Этот вопрос был поднят по инициати­ве советской стороны 20 июля 1945 г на заседании министров иностранных дел, куда был представлен соответствующий советский проект «О западной границе Польши».

В этот же день президент Крайовой Рады Народовой Б. Берут и премьер-министр временного польского правительства Осубка-Моравский направили «большой тройке» письма по данному вопросу с обоснованием законного требования Польши о возвращении ей исконно польских земель и установлении исторически обоснованной и справедливой запад­ной границы, учитывающей также интересы безопасности страны.

На 5-м заседании 21 июля 1945 г. Г. Трумэн пытался представить дело так, что Польша якобы получила «зону оккупации», которая не предусматривалась ранее и не об­говаривалась с ними. Ссылаясь на то, что будто бы Польшей о «западной границе никогда не было заявлено официально», Г. Трумэн при содействии У. Черчилля всячески стремился уклониться от решения данного вопроса, выска­завшись за его рассмотрение на мирной конференции.

В этих целях американцы и англичане пытались использовать для оказания давления на Советский Союз вопрос о продовольственном снабжении немецкого населения и вопрос о репарациях.

Из выступлений представителей США и Англии было видно, что они хотят оставить как можно дольше вопрос о западной границе Польши нерешенным, чтобы создать, своего рода, рычаг для воздействия на польское правительство.

Советская сторона решительно выступила против такой линии западных держав, указав, что в истории еще не было случая, чтобы какое-либо государство не имело своих гра­ниц, тем более Польша, являвшаяся одной из первых жертв, гитлеровской агрессии и активным участником борьбы с фашизмом. На 6-м заседании 22 июля 1945 г. И. В. Сталин показал Г. Трумэну на карте, как должна проходить западная граница Польши. При этом глава советской делегации, еще в Крыму решительно выступавший за то, чтобы западная граница Польши проходила по Западной Нейсе, подчеркивал, что речь идет об установлении окончательной границы, а не какой-то временной линии. Советская делегация, напомнила также, что представители США и Великобритании уже дали свое согласие на это, в частности на Крым­ской конференции. Да и в последующих документах, напри­мер в переданном английским послом в Москве А. Керром НКИД СССР 11 июля 1945 г. списке вопросов, которые бу­дут поставлены британской делегацией на «Терминале», земли восточное Одера—     Нейсе рассматривались как «быв­шие германские территории».

Представители польского временного правительства, по­лучившие благодаря активной поддержке советской сторо­ны возможность выступить на заседании министров ино­странных дел, а также встретиться с главами делегаций, изложили в Потсдаме справедливые и глубоко обоснованные Требования Польши. Как признают даже западные исследо­ватели, «поляки любых политических направлений едино­душно желали границу по Одеру и Западной Нейсе». С такими настроениями, естественно, не могли не считаться представители западных держав. В результате удалось, в конце концов, преодолеть сопро­тивление США и Англии. Однако Г. Трумэн и К. Эттли соглашались с предложениями СССР и Польши лишь при условии большего учета их точки зрения по вопросу о репа­рациях с Германии и приеме новых членов в ООН. На 11-м заседании 31 июля 1945 г. Дж. Бирнс заявил от их имени: «Мы не согласимся, пойти на уступку в отношении польской границы, если не будут достигнуты соглашения» о репара­циях и допуске в ООН. После решения указанных проблем вопрос о западной польской границе был окончательно согласован.

Поскольку в Ялте было установлено, что «Польша долж­на получить существенное приращение территории на севе­ре и на западе», Потсдамская конференция приняла реше­ние о передаче Польше земель, лежащих восточнее Одера и Западной Нейсе и той части Восточной Пруссии, которая не перешла к Советскому Союзу. В разделе IX Потсдамского соглашения говорилось: «Главы трех Правительств согласились, что до окончатель­ного определения западной границы Польши бывшие гер­манские территории к востоку от линии, проходящей от Прибалтийского моря чуть западнее Свинемюнде и оттуда по реке Одер до впадения реки Западная Нейсе и по Западной Нейсе до чехословацкой границы, включая ту часть Восточной Пруссии, которая в соответствии с решением Берлин­ской Конференции не поставлена под управление Союза Советских Социалистических Республик, и включая терри­торию бывшего свободного города Данциг — должны находиться под управлением Польского государства и в этом отношении они не должны рассматриваться как часть совет­ской зоны оккупации в Германии»[26].

Из указанного решения прямо следовало, что упомяну­тые в нем земли исключались из состава германской территории и передавались польскому государству. Поскольку одновременно в Потсдаме было согласовано решение о перемещении в Германию (в пределах установленных для нее конференцией границ) немецкого населения, остававшегося еще в Чехословакии, Венгрии и Польше, то ясно, что речь шла здесь не о временном решении. 20 ноября 1945 г. союзный Контрольный совет по Германии одобрил такой план, «тем самым еще раз подтвердив окончательный характер установленных в Потсдаме границ»[27].

Исконные польские территории возвращены их законнейшему хозяину — польскому народу, а ее западная граница в целом определена с учетом обеспечения  безопасности страны.

Вполне естественно, что Потсдамская конференция ре­шила лишь политическую сторону указанного вопроса — передачу под суверенитет Польши территории к востоку от Одера — Западной Пейсе и общее описание линии границы. Делимитация, то есть окончательная демаркация, установ­ление и проведение пограничной линии на местности и её точная картографическая фиксация и юридическое оформление,— это было задачей тех государств, между которыми проходила названная граница.

Это Потсдамское соглашение окончательно закрепило польско-германскую границу, то есть нынешнюю границу между Германской Демократической Республикой и Польской На­родной Республикой. Впервые в истории Польши были ус­тановлены справедливые границы, обусловленные истори­ческими, этнографическими и географическими факторами и отвечающие интересам безопасности в Европе. Граница по Одеру—Западной Нейсе в сочетании с закрепленной в дальнейшем западной границей ГДР по Эльбе—это лик­видация тысячелетнего «дранг нах Остен».

Рур, где было сосредоточено три четверти германской угольной и металлургической промышленности, являлся, как убедительно свидетельствовал исторический опыт, ма­териальной базой германского милитаризма. Правильное использование его потенциала имело огромное значение для обеспечения мирного развития Германии и в целом евро­пейской экономики. Поэтому еще до Потсдамской конфе­ренции Советское правительство обстоятельно изложило свои соображения относительно Рурской промышленной области. В отличие от западных держав, советская сторона предлагала рассматривать Рур как составную часть Гер­мании. Но она выступала за то, чтобы в административном Отношении поставить его временно под совместный конт­роль четырех держав. В связи с этим советская сторона вы­сказалась за создание для Рура специального контрольного совета, состоящего из представителей СССР, США, Англии и Франции. При этом до достижения окончательного урегу­лирования по данному вопросу советская делегация предла­гала «немедленно» учредить временный контрольный совет для Рура, чтобы он мог безотлагательно приступить к осу­ществлению своих функций.

31 июля 1945 г. при обсуждении вопроса о создании спе­циального контрольного органа для Рура Э. Бевин, сослав­шись на то, что он не может его решать «ввиду отсутствия французов» на конференции, согласился передать его в сен­тябре 1945 года в Совет министров иностранных дел для окончательного разрешения, не возражая по существу са­мого советского предложения. Советская и американская делегации согласились с этим.

Тем самым в Потсдаме в соответствии с предложениями советской и английской сторон было достигнуто соглашение, чтобы вопрос о контроле над Рурской промышленной областью был окончательно рассмотрен и конкретно решен в Совете министров иностранных дел с учетом уже достиг­нутой конференцией принципиальной договоренности на этот счет.

3.4.Капитуляция Японии.

Итоги второй мировой войны. Во второй половине 1944 г. и первой половине 1945 г. американцы продолжали войну на Тихом океане.

В Азии, как и в Европе, классовые интересы нало­жили свой отпечаток на ход войны. Американский генерал Макартур разору­жал филиппинских партизан. Союзники поддерживали в Китае Чан Кай-ши в его борьбе против коммунистов, руководивших освобожденным районами.

Несмотря на успехи союзников, абсолютное превос­ходство сил, которое им удалось создать, серьезный вклад США в войну на Тихом океане, летом 1945 г, союзники находились еще в 50 км от Японии. Японцы рассчитывали на длительную сухопутную войну е мань­чжурского плацдарма, где была сосредоточена мил­лионная армия. Возрастающий фанатизм японского -сопротивления, применение таких средств, как камикадзе (летчики-самоубийцы, таранившие американские корабли) — все это грозило большими потерями. Поэто­му американо-английское командование также исхо­дило из перспективы нескорой победы и разрабатывало планы войны на осень 1946 г.

Решительные действия США предприняли лишь в августе 1945 г., когда на Хиросиму и Нагасаки были сброшены атомные бомбы. Эта варварская акция за несколько минут превратила в прах и пепел около 250 тыс. человек, а еще десятки тысяч были лишены зрения, обезображены, искалечены, облучены и умирали затем мучительной смертью. Однако целью при этом было не скорейшее окончание войны, как уверяли аме­риканцы,—США стремились запугать СССР, проде­монстрировать свое превосходство, утвердить свое гос­подствующее положение на Дальнем Востоке,

Цель эта не была достигнута. СССР вступил в вой­ну с Японией 9 августа 1945 г. и внес значительный вклад в дело победы над японским милитаризмом сво­ими действиями по освобождению Курильских остро­вов, Сахалина, Кореи и особенно разгрому огромной японской армии в Маньчжурии, помощи китайскому народу в его борьбе с оккупантами. Вступление СССР в войну на Дальнем Востоке сделало поло­жение Японии безнадежным. 2 сентября 1945 г. в То­кийской бухте на борту линкора «Миссури» японское командование подписало акт о капитуляции. Вторая мировая война, принесшая человечеству неисчислимые бедствия, закончилась при решающем участии Совет­ского государства и на Дальнем Востоке.

Заключение

Международно-политические итоги войны 1939 – 1945 гг. оказали огромное влияние на все последующее историческое развитие. Крушение фашизма способство­вало росту демократических сил во всем мире. Необы­чайно возросли вес и престиж Советского Союза. Воз­никла социалистическая система: на путь социалистиче­ской революции встали семь стран в Европе и три страны в Азии. Компартии, насчитывавшие во всем мире до войны 4,2 млн. членов, превратились в круп­ную силу численностью в 20 млн. человек.

Бедствия, которые принесла война, стоившая 50 млн. жизней, надолго запомнились человечеству и вызвали всеобщее распространение идей о необходимости защи­ты мира, мирного сосуществования стран с различным общественным строем. Появились такие демократические международные объединения, как Всемирная фе­дерация профсоюзов, международные федерации жен­щин, молодежи и др. Война дала толчок крупным национально-освободительным движениям в колониях. Все это указывало на резкое ослабление капиталисти­ческой системы и начало второго этапа общего кризиса капитализма, главным признаком которого явилось дальнейшее сужение сферы капитализма и расширение социалистической системы, начавшееся уже в 1944 – 1945 гг. с появлением народно-демократических госу­дарств в Европе (Польша, Румыния, Болгария, Юго­славия, Венгрия, Чехословакия).

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Назарбаев Н. А. Казахстан 2030, Алматы, 1997.-37с.
  2. Назарбаев Н.А. Казахстан на пороге 21 века, Алматы, 1998
  3. Назарбаев Н. А. В потоке истории, Алматы, 2000 .
  4. ВЫСТУПЛЕНИЕ ПРЕЗИДЕНТА РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН Н.А.НАЗАРБАЕВА НА ОТКРЫТИИ МЕЖДУНАРОДНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ «XXI ВЕК – НАВСТРЕЧУ МИРУ, СВОБОДНОМУ ОТ ЯДЕРНОГО ОРУЖИЯ» 29 АВГУСТА 2001 Г., АЛМАТЫ.
  5. Исраэлян В. Л. Дипломатическая история Великой Отечественной войны 1956
  6. Рокоссовский К. К. Солдатский долг, М., 1972,
  7. За антифашистскую демократическую Германию. Сборник докумен­тов. 1945-1949 гг., М., 1969,
  8. Брежнев Л. И. Ленинским курсом. Речи и статьи, т. 5. М., 1976.
  9. Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс. Глазами очевидца. М., 1958.
  10. Жуков Г. К. Воспоминания и размышления М. 1973
  11. История внешней политики СССР. Часть вторая, 1945-1970 гт. М.
  12. Тегеран Ялта. Потсдам. Сборник документов. М., 1971.
  13. Жуков Г. К. Воспоминания и размышления, М 1973.
  14. Соглашение о контрольном механизме в Германии. – Сборник дей­ствующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами, вып. XI. М., 1955,.
  15. История Великой Отечественной войны… т. 5,
  16. Сосинский С. Акция «Аргонавт». М., 1970, с. 84.
  17. История Коммунистической партии Советского Союза, т. 5,
  18. Правда о политике западных держав в германском вопросе. Истори­ческая справка. М.,1959.
  19. Виль­яме В. Э. Трагедия американской дипломатии. М., 1960.
  20. Международное Совещание коммунистических и рабочих партий. Сборник действующих договоров.., вып. XIII. М., 1956.
  21. Правда. 1973, 30 дек.

[1] ВЫСТУПЛЕНИЕ ПРЕЗИДЕНТА РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН Н.А.НАЗАРБАЕВА НА ОТКРЫТИИ МЕЖДУНАРОДНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ «XXI ВЕК – НАВСТРЕЧУ МИРУ, СВОБОДНОМУ ОТ ЯДЕРНОГО ОРУЖИЯ» 29 АВГУСТА 2001 Г., АЛМАТЫ.

[2] Там же

[3] Назарбаев Н. А. Казахстан 2030, Алматы, 1997.

[4] Учебник по истории СССР , гл. I, § 3.

[5] Международное Совещание коммунистических и рабочих партий. Сборник действующих договоров..,   вып. XIII. М., 1956.

 

[6] Трумен Г. Воспоминания. М. 1975. стр.  151

[7] Там же

[8] Feis H. Zwischen Krieg und Frieden. Das Potsdamer Abkommen. Fr./M., 1962, Р. 143

[9] Marienfeld W. Konferenzen uber Deutschland. Die atlierte • Deutschlandplanung und Politik. 1941—1949. Hannover, 1962, S. 263.

[10] Правда,1945,9 мая.

[11] Mosely Ph. The Dismemberment of Germany. The Allied Negotiation from Yalta to Potsdam., 1950.

[12] Там же.

[13] Documente und Berichte des Europa-Archiv, Bd. 5. Oberursel, 1948, S. 59, 65.

[14] История внешней политики СССР. Часть первая, 1917—1945 гг.,

[15] Foreign Relations of the United States. Diplomatic Papers. The Con­ference of Berlin (The Potsdam Conference), 1945, vol. I. Wash., 1960,

[16] Жданов А. О международном положении. М., 1947, с. 17—18.

[17] Жуков Г. К. Воспоминания и размышления, с. 731.

[18] История внешней политики СССР. Часть вторая, 1945—1970 гт. М. 1971, с. 65.

[19] Terepaн  Ялта. Потсдам. Сборник документов. М., 1971, с. 386 .

[20] История внешней политики СССР. Часть первая, 1917—1945 гг., с. 442.

[21] Жуков Г. К. Воспоминания и размышления, с. 731.

[22] Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, за­ключенных СССР с иностранными государствами, вып. XI. М., 1955, с. 90.

[23] История внешней политики СССР. Часть первая, 1917—1945 гг.,

[24] Moltmann G. Amerikas Deutschlandpolitik im zweiten Weltkrieg. Kriegs und Friedesziele 1941—1945. Heidelberg, 1958, S. 153—154.

[25] Тегеран. Ялта. Потсдам, с. 295.

[26] Тегеран. Ялта. Потсдам, с. 397.

[27] Международная жизнь, 1970, № 7, с. 27.