Объединения Китая с Тайванем

0
110

ПЛАН

Глава 1 Проблемы объединения Китая с Гонконгом

Глава 2 «Объединения Китая с Тайванем»

Список использованной литературы

Глава 1 Проблемы объединения Китая с Гонконгом

Гонконг состоит из трех частей. Это собственно Гонконг, остров Цзюлун и «новые территории». В 1842 году Китай передал Британии сам Гонконг. В 1860 году по Пекинскому договору были переданы в аренду Южный Цзюлун и сопредельные территории. В 1898 году по договору о  расширении территории Гонконга Англии перешли остальная часть Цзюлуна и так называемые новые территории. Таким образом сформировалась та территория, которая теперь называется Гонконгом. Ее судьба была предрешена самим договором, установившим срок аренды в 99 лет, который как раз и истекает 30 июня этого года. Еще в 40-х годах Китай ставил вопрос об аннулировании этих соглашений, считая их неравноправными, а с начала 80-х годов начался процесс подготовки передачи территорий. В 1984 году была подписана Совместная китайско-английская декларация по вопросу о Гонконге, которая зафиксировала, что 1 июля 1997 года произойдет передача Гонконга Китаю. В ней было сказано, что в Гонконге формируется особый административный район и гарантируется сохранение капиталистической системы в течение 50 лет. Зачем англичане навязали Китаю сохранение определенной независимости Гонконга? Англичане поначалу просто эксплуатировали территорию, а в последние десятилетия вдруг озаботились ее будущим и начали там вводить какие-то демократические преобразования. Гонконг не привык жить при демократии, и навязывание этой демократии в последнее десятилетие выглядит просто смешно. Разговоры о том, что свободные гонконгцы не согласятся жить под тоталитарным Китаем и что они все убегут оттуда, оказались совершенно неоправданными. Хотя каждый третий житель Гонконга имеет возможность уехать, поток эмигрантов гораздо ниже.  Значит, требование пятидесяти лет особого статуса несерьезно… И должны быть какие-то экономические соображения.[1] Есть определенные экономические соображения. Множество английских компаний именно через Гонконг выходит на весь азиатский регион. Поэтому в одночасье передать все под контроль Китая никому не хотелось. А что касается всей этой демократии — это чистая декорация. Александр Федоровский: Заметим, что и у Пекина были основания не ускорять и не обострять процесс. Все-таки для Гонконга этот переход не был безболезненным. В начале 90-х из страны уезжало по 40-50 тысяч человек ежегодно. Правда, приезжало иногда даже больше, но уезжали-то люди состоятельные, причем имеющие высшее образование, компетентные и подготовленные, а приезжали совсем иные. Был и еще один существенный момент. По замыслу КНР Гонконг должен стать образцом для воссоединения с Тайванем. Об этом можно прочесть во всех китайских газетах. Знаменитый принцип «одна страна — две системы» КНР и предлагает для того, чтобы облегчить дальнейшую интеграцию Китая. Однако с Тайванем дело обстоит непросто. Хотя Тайвань всячески приветствует объединение Китая и Гонконга, он категорически выступает против распространения принципа «одно государство — две системы» на себя. Правительство Тайваня настаивает на том, что существуют суверенные государства с собственными политическими институтами, оборонительными силами. Но насколько он может отстоять свою позицию? Гонконг определяет приблизительно две трети тайваньской экономики. И это дает правительству КНР действенные рычаги контроля над Тайванем. По существу, уже сейчас воссоединение Китая с Гонконгом ставит Тайвань в полную экономическую зависимость от КНР. Что значит для Пекина воссоединение с Гонконгом? Во-первых, это крайне важно психологически. В КНР считается, что в течение ста лет Китай находился в положении полуколониальной страны, и поэтому эти годы фактически были упущены. [2]Страна не развивалась. И передача Гонконга — это один из символов того, что обновленный Китай набрал необходимую силу. Во-вторых, Пекин многое выигрывает в экономическом отношении. Гонконг занимает ведущее положение во внешнеэкономических связях Китая и по сути является стыковочным узлом между Китаем и мировой экономикой. Примерно треть импорта и экспорта Гонконга приходится на Китай.  В какой мере Китай захочет контролировать экономику Гонконга? Еще 10 лет назад был замечен интересный феномен: недвижимость в Гонконге начала дорожать. Хотя, казалось бы, что в связи с воссоединением с Китаем деловая активность должна спадать, компании избавляться от собственности, а недвижимость дешеветь. На самом деле собственно китайские компании начинают активно скупать все, что можно и нельзя, на территории Гонконга. С прошлого года Китай начал активно скупать акции гонконгских компаний. Для страны с высокой ролью государственного сектора и с превалирующей ролью правительства нет проблем аккумулировать средства для скупки акций необходимых компаний. И этот процесс будет продолжаться. В вопросе контроля много сложностей. Уже упоминались проблемы с эмиграцией — страну покинули и покидают самые продвинутые. И возникает проблема поиска компромисса между степенью соблюдения демократических норм и принципов и сохранением того, что называлось у нас научно-техническим прогрессом. Дело даже не столько в самих гонконгцах, так сказать, демократах первого поколения. Проблема в том, как связать развитие современных производств с привлечением китайских эмигрантов, получивших образование в европейских странах, удержать их в этой стране, когда, в общем, есть уже первые симптомы того, что демократия по-китайски будет несколько непривычной для людей западной культуры. Например, есть намерения ограничить возможности проведения демонстраций. Существуют и опасения относительно условий распространения информации. Как эти меры будут соотноситься с развитием современного производства — вопрос остается открытым. Далее. Проникновение мощнейшего государства, а в Китае именно государственная система организации производства с мощной бюрократией, — это тоже очень большая проблема. Проникая в Гонконг, приобретая предприятия в собственность, КНР переносит сюда и свои правила игры.  Каковы издержки Китая? Китай потратил на это деньги заранее, создав рядом с Гонконгом стыковочный узел в виде спецзоны Шеньчжэнь. На 80 процентов создание этой зоны было финансировано за счет государства. Это вообще миф, что специальные экономические зоны Китая — анклавы быстрого экономического развития. Все они были финансированы за счет государства. Как развитие этих зон было связано с будущим присоединением Гонконга? Шеньчжэнь сразу же была сориентирована на то, чтобы стать стыковочным узлом между Гонконгом и собственно Китаем, зоной относительного благополучия. Кроме того, Китай, чтобы закрепиться в Гонконге, инвестировал в него 20 миллиардов долларов. Это что касается экономических издержек. Но я думаю, что главные затраты Китая не экономические, а политические. Страна, находящаяся в стадии трансформации, воссоединяется с одним из самых продвинутых мировых экономических анклавов, пусть и не являющимся ярким примером демократии, но привыкшим жить по законам мирового рынка. И вольно-невольно Китаю приходится это принимать. Очень многое в этом симбиозе Китая и Гонконга будет зависеть от того, как будут развиваться реформы в самом Китае. При благоприятном для Китая варианте — продолжении реформ, выравнивании экономического развития разных регионов — все может кончиться благополучно: Гонконг будет больше втягиваться во внутреннее, общее, развитие Китая. А если будут сохраняться и тем более усиливаться диспропорции в развитии разных регионов, то идея поглощения южных территорий может подорвать Китай. Сохранение самостоятельного развития южных провинций Китая, центром которых может стать Гонконг, способно привести к разрыву хозяйственных связей между внутренними провинциями Китая и приморскими, южными районами во главе с Гонконгом. Какие у китайцев существуют основания пренебрегать столь серьезной угрозой? Что значит «пренебрегать»? Они этого очень боятся. Тем не менее решение принимается, хотя вероятность того, что все будет хорошо, не выше, чем вероятность того, что все будет плохо. Это просто решения совершенно разного порядка. Присоединение Гонконга — прежде всего знак, что страна объединяется, страна собирает свои части, которые по тем или иным причинам были утрачены.  Но насколько сильна угроза для внутреннего развития Китая? Очень сильна. Китайцы сами полагают, что существует угроза если не распада государства, то настолько сильного обособления более развитых провинций, что страна превратится в слабую федерацию (наверное, даже мягко сказано), то есть центральное правительство будет чистой формальной структурой. Кстати, в свое время снятие Джао Цзыяна произошло не только из-за событий на площади Тяньаньмэнь, но и в результате его попыток вести политику приоритетного развития приморских районов, что вызвало бурную реакцию районов центральных.  Давайте теперь рассмотрим проблему с точки зрения Гонконга. Что он приобретает и что теряет в результате воссоединения? Сказать, что в Гонконге с экономической точки зрения происходит что-то новое, что он получил какой-то необыкновенный плюс, нельзя. У него и так уже все есть. А вот огромный минус есть — это утрата своего уникального положения. Сейчас дискутируется в основном один вопрос — удастся ли Гонконгу сохранить экономическую мощь. [3]

Отчасти это проблема политическая. Например, для того, чтобы сохранить статус Гонконга как финансового центра, Китай никак не может позволить себе резких телодвижений. Но существуют и чисто экономические угрозы утери Гонконгом исключительного значения как транспортного центра, как посредника в финансовых операциях. На фоне нынешнего развития китайских городов его роль оказывается несколько преувеличенной. Последние годы развития Шанхая, Пекина, Гуанчжоу дали им возможность начать конкурировать с Гонконгом как с мощным экономическим центром. Китай, например, решил сделать финансовым центром Шанхай. Предпринимаются все усилия для развития так называемой зоны Пудун с финансовыми организациями, банками, представительствами банков и так далее. На этом фоне существует огромная угроза для Гонконга утерять свое значение экономического центра в Азии. Его функции могут перехватить бурно развивающиеся китайские города, а также Тайвань, который раньше поддерживал отношения с Китаем только через Гонконг, а после объединения ему, естественно, стало безразлично, как строить эти связи. Имеет ли Гонконг какие-нибудь очевидные преимущества, которые он может использовать, чтобы сохранить свое значение для континентального Китая? Гонконг в ближайшей перспективе может попытаться укрепить свое положение только на одном направлении — на научно-техническом. Другие китайские центры здесь с ним конкурировать едва ли смогут. Ибо дефицит современных технологий является наиболее слабым звеном для Китая. И вот здесь Гонконг может стать каналом передачи Китаю современной технологии, адаптации ее к китайским условиям, подобно тому, как раньше он был каналом капиталов и товаров, которые Китаю не доставались напрямую на мировом рынке. Еще одно преимущество Гонконга — его экономический климат. [4]

 

Он позволяет создать в Китае новый предпринимательский слой, средний класс, для которого Гонконг выступает не просто экономическим ориентиром развития, но и психологически корректирует модель поведения общества.  Что касается Запада, он что-нибудь потерял из-за этого объединения? Надо отдавать себе отчет, и на Западе это понимают, что пульт управления Гонконгом расположен сейчас в Пекине. Китай может заблокировать любые процессы, которые не будут отвечать его интересам. Великобритания, конечно, проиграла. Гонконг позволял ей присутствовать в динамично развивающемся Азиатско-Тихоокеанском регионе в большей степени, может быть, чем позволяла нынешняя роль Англии в мировой экономике. Гонконг давал возможность английскому, европейскому, бизнесу легче интегрироваться в Азиатско-Тихоокеанский регион. Это не значит, что сейчас там утрачены все позиции, но западные фирмы, которые в той или иной мере негативно отнеслись и относятся к переходу Гонконга в Китай, подвергаются косвенному давлению с китайской стороны: их отлучают от контрактов по развитию портового терминала, строительству международного аэропорта, по другим программам. Несколько лет назад такое было невозможно. Было сообщение, что в ответ на одностороннее решение Китая ограничить право демонстраций в Гонконге ни Великобритания, ни США не собирались участвовать в церемонии передачи. Правда, позже госпожа Олбрайт заявила, что она поедет на церемонию, дабы подчеркнуть, что после ухода Великобритании Штаты будут оказывать свое покровительство процессам в Гонконге ради сохранения принципов демократии и стабильности. Понятно, что все эти попытки мягкого давления — просто зондаж американцев, в какой мере им удастся контролировать экономический климат в Гонконге, вокруг Гонконга и так далее. Видимо, у них существует иллюзия, что они способны контролировать эти процессы. Но  Китай жестко будет продавливать свой подход. Китайцы полностью отрицают право США выступать в качестве контролера и диктатора мирового устройства. Китай — это такая удивительная страна, которая выступает вне системы «друг — враг» США. Китай просто не признает США как страну, которая должна что-то диктовать, с которой нужно или дружить, или враждовать. Ну есть они — и есть. Они сейчас сильные. Хорошо. Все признают, что они сильные. Но они должны признать, что Китай — тоже сильная держава, что у нее есть свои интересы и что она имеет право проводить необходимую политику.

Глава 2 «Объединения Китая с Тайванем»

Китай приложит максимум усилий для мирного объединения Тайваня с материком и вместе с тем не откажется от применения силы в определенных случаях в тайваньском вопросе. Об этом было официально заявлено на завершившемся в китайской столице всекитайском совещании представителей провинциальных канцелярий по делам Тайваня. Участники встречи, в которой участвовал вице-премьер Госсовета КНР Цянь Цичэнь, намерены поддержать развернутую в КНР кампании критику лидера тайваньской администрации Ли Дэнхуэя, требующего от официального Пекина признания «особых межгосударственных отношений» между материком и островом. Претворение в жизнь предложения президента Ли Дэнхуэя о необходимости присоединения Тайваня к системе противоракетной обороны театра военных действий (ПРО ТВД), о создании которой заявили Вашингтон и Токио, привело бы к тому, что остров стал бы полувоенным союзником США и Японии. [5]Об этом заявил эксперт в военно-политической области профессор тайваньского национального университета имени Сунь Ятсена Линь Вэньчэнь, комментируя высказывание Ли Дэнхуэя в пользу присоединения Тайваня к ПРО ТВД перед лицом «ракетной угрозы со стороны Пекина». По сообщениям из Тайбэя, Ли Дэнхуэй уже дал распоряжение правительственным ведомствам Тайваня совместно с министерством обороны проработать конкретные вопросы этого плана, осуществление которого стоило бы острову многих миллиардов долларов. Глава военного ведомства Тайваня Тан Фэй, выступая на совещании, настаивал на том, что «любое военное строительство должно служить интересам безопасности народа» и обеспечить Тайбэю «равные права на переговорах между двумя берегами Тайваньского пролива». Тайбэй выступает за проведение этих переговоров «на паритетной основе» и отвергает предложение Пекина осуществить объединение острова с материковым Китаем по формуле «одна страна, две системы», которая была применена в случае с Гонконгом. По данным министерства обороны Тайваня, в настоящее время свыше 100 баллистических ракет Народно-освободительной армии Китая размещены на побережье материка напротив Тайваня и это число может быть в ближайшие годы увеличено в шесть раз. В то же время, как отмечает тайваньская печать, Вашингтон, учитвывая резко негативную позицию Пекина, еще не решил вопрос о подключении Тайваня к системе противоракетной обороны театра военных действий, но готов продолжать поставки на остров вооружений в соответствии с двусторонними соглашениями. Руководители канцелярий по делам Тайваня призвали власти Тайваня отказаться от политики «двух Китаев» и статуса «особых межгосударственных отношений» между материком и островом. В этом случае, отметили они, «Китай готов продолжить переговоры с тайваньской стороной по широкому кругу политических и экономических проблем». [6]Агенство «Интерфакс» утверждает, что на совещании был разработан план работы в области пропаганды по дискредитации сепаратистского высказывания Ли Дэнхуэя о «двух Китаях». Гоминдановское руководство Тайваня подало заявку на вступление в ООН, пойдя тем самым на резкое обострение отношений с материковым Китаем. Заместитель министра иностранных дел острова Дэвид Ли в меморандуме, поясняющем мотивы обращения острова в ООН с просьбой принять его туда в качестве самостоятельного члена, указал, что с 1949 года оба берега Тайваньского пролива «управляются разными и отдельными правительствами». Тайваньский дипломат особо отметил, что Тайбэй не стремится к конфронтации с кем бы то ни было и дал понять, что остров не претендует на место Пекина в ООН. Местные аналитики обращают внимание, что тайбэйская дипломатия впервые в официальном меморандуме одновременно употребила названия «Китайская республика/Тайвань» и «Китайская Народная Республика/КНР». Пекин категорически выступает против всяких попыток Тайваня, который, с его точки зрения, является одной из провинций Китая, вступить в ООН, считая, что это привело бы к созданию ситуации «двух Китаев» или «одного Тайваня и одного Китая». Одновременно с этим Ли Тайин – экономический советник главы тайваньской администрации Ли Дэнхуэя, предупредил КНР, что тайваньские войска могут могут ударить ракетами по Сянгану (Гонконгу), который сейчас находится в состоянии перехода под юрисдикцию Китая, если Пекин когда-нибудь попытается совершить вторжение на Тайвань. Об этом сообщила сянганская печать. Глава китайской аэротехнической корпорации Ван Лихэн успокаивает сянганские власти: «Материковый Китай полностью способен остановить подобное нападение и не будет стоять в стороне от этого». Кроме того, по мнению главного китайского ракетчика, Тайвань просто не обладает еще технологией, позволяющей создавать такие ракеты. [7]Тайваньские военные специалисты разработали около 1000 компьютерных вирусов, которые могут быть использованы в случае начала электронной войны с Китаем. Об этом сообщил корреспонденту BBC глава информационного отдела китайского министерства обороны генерал Лин Чин-Чинь. Представитель минобороны Китая сообщил, что Пекин пока не смог проникнуть в компьютерные сети тайваньских военных, хотя в течение прошлого года хакеры КНР предприняли несколько попыток взлома государственных серверов Тайваня. Вслед за этим тайваньские военные предприняли ряд ответных мер по усилению систем компьютерной безопасности. Были также выделены дополнительные средства на электронную войну. Отношения Китая и Тайваня ухудшились в прошлом году вслед за призывами тайваньского лидера Ли Дэн-хуэя к построению отношений между Китаем и Тайванем как между двумя отдельными государствами. КНР до сих пор рассматривает Тайвань как свою провинцию и отказывается признавать какой-либо другой Китай, кроме «единого», то есть коммунистического. На Тайване завершилось голосование на выборах президента. Кандидат оппозиционной Демократической прогрессивной партии Чен Шуйбян объявил о своей победе. Ранее Китай пригрозил военной акцией, если Тайвань проголосует за кандидата от ДПП, которая выступает за то, чтобы остров объявил себя независимым государством. Впрочем, сам Чен Шуйбян заявлял, что не будет проводить курс на независимость. Кроме Чен Шуйбяна, в выборах участвовали Льен Чань от правящей с 1949 года Националистической партии и независимый кандидат Джеймс Сунг В субботу граждане Тайваня приступили к голосованию на выборах президента страны. Голосование началось после массовых митингов, которые состоялись вечером и ночью в Тайпее. В них приняли участие сотни тысяч тайваньцев. Избиратели выстраиваются в очереди около урн перед тем, как отдать свой голос на выборах, дающих им первый реальный шанс зажить в стране, не управляемой националистами. Независимые кандидаты имеют реальную перспективу победы на этих выборах, что крайне встревожило Пекин. Ранее Китай угрожал Тайваню интервенцией в случае, если население проголосует за независимость. Мировое сообщество приняло сторону Тайваня.Кандидат оппозиционной [8]Демократической прогрессивной партии Чен Шуйбян объявил о своей победе.

Ранее Китай пригрозил военной акцией, если Тайвань проголосует за кандидата

от ДПП, которая выступает за то, чтобы остров объявил себя независимым государством. Впрочем, сам Чен Шуйбян заявлял, что не будет проводить курс на независимость. Кроме Чен Шуйбяна, в выборах участвовали Льен Чань от правящей с 1949 года Националистической партии и независимый кандидат Джеймс Сунг. Нужно признать, что до окончания выборов Китай взял паузу, что дало возможность министру обороны США Уильяму Коэну заявить, что он «удовлетворен отсутствием угроз с китайской стороны в день голосования» (пауза длится до сих пор: представитель госсовета Китая заявил корреспонденту Reuters, что Пекин пока не будет комментировать сложившуюся после победы демократа Чена ситуацию). Однако, по данным гонгконгской газеты Ta Kung Bao, Китай уже поднял в воздух военные самолеты и начал перегруппировку войск. Газета сообщила, в частности, о полетах истребителей китайских ВВС и продвижении большой колонны танков

и грузовиков на юге страны. Из вышеизложенного видно, что объединение Китая с Гонконгом и попытка «заглядываться» на Тайвань, имеет важное гео-политическое, экономическое, научно-технологическое, военно-техническое, социальное значение не для для субъектов данного процесса, но и для всего мирового сообщества. Огромное количество финансово-промышленных групп пытаются самостоятельно диктовать свои условия, политические группировки пытаются выжить в условиях наступления «красного дракона», тем самым создавая огромные препятствия как для Китая таки для Гонконга с Тайванем.[9]

Список использованной литературы

Jhon Gallop «Климат в Юго-Восточной Азии» 1999 С.26.

BBC Press Department. 1997-99. (China in 20 century)

Всеволод Шишков. «Вы говорите по Гонконгски» 1998. С.17

Тройка диалог «Большие деньги» М.С. 31. 1998

Indepedent (The action in Asia)  1998 C/12

Интерфакс 123, 754.С1998

United Nations observer C 54/ VlA 1998

United Nations observer C 54/ VlA 1997

Международный Вестник 1999. С. 64..

Выступление. Кеннета Бейкена по вопросам ситуации в Ю.В. Азии

Лорд Делтон Т. «Военно-экономическое положение стран Юго-Восточной Азии»

[1] Jhon Gallop «Климат в Юго-Восточной Азии» 1999 С.26.

[2] BBC Press Department. 1997-99. (China in 20 century)

[3] Всеволод Шишков. «Вы говорите по Гонконгски» 1998. С.17

[4] Тройка диалог «Большие деньги» М.С. 31. 1998

[5] Indepedent (The action in Asia)  1998 C/12

[6] Интерфакс 123, 754.С1998

[7] Лорд Делтон Т. «Военно-экономическое положение стран Юго-Восточной Азии»

[8] United Nations observer C 54/ VlA 1998

[9] Международный Вестник 1999. С. 64.Выступление. Кеннета Бейкена по вопросам ситуации в Ю.В. Азии