Нефтяной сектор Казахстана

0
4

ПЛАН

ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………………….  3

Глава 1. Нефтяной сектор Казахстана: преодоление континентальности…  5

Глава 2. Казахстан в поисках оптимальных маршрутов транспортировки..  10

ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………..  16

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ…………………………..  17

ВВЕДЕНИЕ

Одним из геостратегических императивов обозримого будущего является освое­ние крупных нефтяных и га­зовых ресурсов центральноазиатских стран. Важен потенциальный эффект от этого про­цесса, нацеленного на обновление международных связей и рынков. В настоящей статье освещаются неко­торые ключевые аспекты развития нефтяной и газовой промышленнос­ти Казахстана – одного из наиболее экономически важных государств ре­гиона – и та роль, которую страна мог­ла бы сыграть в региональных и меж­дународных делах с точки зрения вновь возникающей геополитической ситуации вокруг каспийской нефти.

Ряд факторов определяет буду­щее внешней динамики Центральной Азии.

Наконец, представляется, что Прикаспийский регион может явить­ся главным испытательным полиго­ном для отработки окончательной формы, которую примет российская внешняя политика в постсоветский период. Отношения с новыми неза­висимыми государствами Централь­ной Азии будут строиться с учетом общего внешнеполитического взгля­да Москвы, а также отражать само­восприятие Россией ее веса и соот­ветствующего мйста в постсоветском пространстве.

На наш взгляд, наиболее актив­ными точками экономического роста для Казахстана в ближайшей перспек­тиве будут оставаться: нефтегазовый сектор; интенсивное развитие частной сферы экономики, в том числе малый бизнес; реструктуризация промыш­ленности и сферы управления.

Основой экономического подъема Казахстана в значительной степени будет возрождение (оживле­ние) добывающей промышленности. И хотя развитие сектора услуг явля­ется одним из наиболее важных и на­глядных индикаторов степени про­гресса транзитного процесса, его вес в экономике Казахстана по-прежне­му относительно мал. Для его раз­вития до должного уровня потребу­ется определенный период. Про­мышленность же еще до 1992 г. име­ла высокую долю в структуре нацио­нального хозяйства. И несмотря на то, что часть активов в промышлен­ности могла быть коммерчески не во­стребованной, она по-прежнему об­ладает способностью встать на ноги скорее, чем другие сферы хозяй­ственной деятельности. В среднем объемы производства промышлен­ной продукции продолжали падать вплоть до 1995 г., однако происхо­дило постепенное замедление тем­пов его снижения. В 1995 г. объемы промышленного производства пони­зились на 7,9%, что значительно меньше, чем в 1994 г. (28,5%). В 1997 г. прирост промышленного про­изводства составил 4%, основную долю его обеспечили добывающие отрасли промышленности, в частно­сти металлургическая и нефтегазовая индустрия, хотя в обрабатывающих отраслях спад продолжается.

Начиная с 1995 г. в экономике Казахстана резко затормозились тем­пы инфляции, снизившись в 1994 г. в 19 раз – с 1158% до 60,3%. В 1996 г. уровень инфляции составил 28,7%, а в 1997 г. – 11,2% (прогноз – 17%);

чего предполагалось достичь лишь в 1998 г. Такой уровень инфляции уже позволяет говорить о постепенном ослаблении инвестиционного сдер­живания экономического развития. Наступает самый подходящий момент для стимулирования инвестиционных процессов в стране.

Современные исследования по транзитной экономике в Восточной Европе и в бывшем СССР пока­зали, что вследствие монетарной природы инфляции она поддается регулированию инструментами мо­нетарной политики стабилизации. Снижение инфляции, очевидно, по­могло, среди прочих факторов, на­чалу роста выпуска продукции и про­изводительности труда в добываю­щей отрасли.

В обозримой перспективе эко­номика Казахстана, по всей вероят­ности, будет вынуждена во все воз­растающей степени ориентироваться на извлечение доходов от развития добывающих и перерабатывающих сырьевых отраслей промышленнос­ти. Добывающий сектор промышлен­ности сохранит свои доминирующие позиции. Безусловно, если перепро­филирование экономики в сырьевом секторе пойдет за счет сокращения доли производства готовых товаров, то это не будет способствовать пре­вращению потенциально богатого Казахстана в государство с прибыль­ной экономикой, основанной на принципах высокой технологии. Для нейтрализации негативных послед­ствий однобокой сырьевой ориента­ции следует уделять особое внима­ние приоритетному развитию инфра­структуры, сферы услуг и реструкту­ризации промышленности.

Представляется разумным пред­положить, что наращивание экспорт­ного потенциала промышленности может быть важным предваритель­ным условием для укрепления пози­ции Казахстана на международных рынках. Для этого необходима акти­визация инвестиционного процесса в стране. Несовершенство статистичес­кой отчетности не позволяет прове­сти более обоснованные исследова­ния по реальным инвестициям в эко­номику республики. Официальная статистика учитывает только инвести­ции в основной капитал, в то время как остаются без учета портфельные инвестиции,инвестиции в оборотный капитал и иные, которые в других государствах составляют существен­ную долю инвестирования в эконо­мику. С развитием фондового рынка в Казахстане ожидается возрастание доли такого инвестирования. В этой связи обеспечение достоверного ста­тистического учета инвестиций в эко­номику представляется весьма акту­альным.

 

 

Глава 1. Нефтяной сектор Казахстана: преодоление континентальности

 

Казахстан является третьим круп­нейшим производителем энергии после России и Украины среди быв­ших советских республик. Его доля в общей выработке энергии в бывшем СССР в 1980 г. составляла около 5,5%. Главным первичным энергети­ческим источником является уголь, который дает 50-55% первичной энергии, потребляемой в республи­ке. Нефть занимает второе место с до­лей около одной трети от общего про­изводства, а за ней следует природ­ный газ – 13-15% общей доли.

К настоящему времени в рес­публике разведано 169 углеводород­ных месторождений, из которых 87 нефтяных, 17 газовых, 30 нефтегазо­вых, 25 нефте – и газоконденсатных, 20 нефтеконденсатных.. Они скон­центрированы в Западном Казахста­не (рис. 1). Помимо известных нефтя­ных и газовых бассейнов, в Казахста­не есть несколько осадочных бассей­нов, которые либо недостаточно изу­чены, либо вообще не обследованы.

Они включают в себя Тургайскую, Аральскую, Центральносырдарьин-скую, Шу-Сарысуйскую, Илийскую, Балхашскую, Южно-Джунгарскую, Алакольскую, Зайсанскую, Иртышскую впадины.

Располагая богатыми местными .энергетическими источниками и яв­ляясь крупнейшим производителем топлива и энергии, Казахстан все же вынужден импортировать недостаю­щее количество энергии из России и Кыргызстана.

Эта аномальная ситуация обус­ловлена по крайней мере тремя об­стоятельствами, имеющими истори­ческие корни.

Во-первых, энергетический сек­тор Казахстана был тесно интегриро­ван с соседними республиками. Рас­пределение энергии осуществлялось не в целях удовлетворения потреб­ностей внутреннего рынка, а, скорее, исходя из требований удовлетворе­ния спроса ближайших к производи­телям энергии районов потребления, независимо от административной принадлежности последних (союз республик на деле был «союзом отраслей»).

Во-вторых, нефтегазовая про­мышленность республики все боль­ше отставала в техническом отноше­нии, поскольку не входила в утверж­денный список отраслей приоритет­ного распределения капитальных вло­жений, а также вследствие общего недостатка твердой валюты. Мораль­ный и физический износ оборудова­ния и невозможность поддержания на должном уровне существующей ин­фраструктуры привели к тому, что объемы производства энергии Казах­стана оказались намного ниже его производственных возможностей.

В-третьих, директивно устанав­ливаемые отпускные цены на энер­гию были необоснованно низкими, что не стимулировало энерго- и ре-сурсосбережения.

В соответствии с прогнозами страна может обрести энергетическую самостоятельность после 2000 г. Это будет достигнуто определением бо­лее эффективных путей удовлетворе­ния энергетических потребностей рес­публики, наиболее рационального использования существующего произ­водственного потенциала, поиска ме­стных и использования нетрадицион­ных источников энергии, развития атомной энергетики.

Нефть и газ – сокровища внутри материка

Ежегодное производство нефти в Казахстане в последние годы пре­вышало 20 млн. т (рис. 2), и по до­быче сырой нефти и сжиженного при­родного газа страна занимает второе место среди государств бывшего СССР. Распределение добычи сырой нефти и сжиженного газа среди стран бывшего СССР в 1995 г. было следу­ющим: Россия – 86%, Казахстан – 7%, Азербайджан и Туркменистан по 3%. Республика потребляла 15-18 млн. т нефти ежегодно в период с 1990 по 1995 гг. и, таким образом, являлась чистым экспортером нефти.

 

 

Источники: 1ЕА Monthly Oil Market Report, 1995, March; Oil and Gas Journal, 1995, December 25, p. 41; Статистический пресс-бюллетень № 4 Комитета по статистике и анализу Агентства по стратегическому планированию и реформам Республики Ка­захстан. – Алматы,1998.

 

В конце 1995 г. разведанные запасы нефти и газового конденсата в Казахстане составляли 3 млрд. т. Прогнозные оценки резер­вов по нефти достигают 7 млрд. т.

Большинство резервов сконцен­трировано в относительно малом чис­ле месторождений, 10 наиболее крупных из них содержат примерно 90% известных нефтяных запасов. Учитывая низкий уровень разведочных работ, произведенных в советский период, полагают, что нефть может содержаться и в других районах, ко­торые сейчас подлежат изучению.

Громадные месторождения не­фти, обнаруженные на шельфе Кас­пийского моря, становятся беспреце­дентным вызовом для дальнейшей разработки. Каспийское море – под­линный резервуар природных сокро­вищ. Воды его северо-восточной ча­сти скрывают под собой большую часть возможных нефтяных запасов Казахстана.

Для наблюдения за разведкой и разработкой нефтяных и газовых ре­сурсов казахстанской доли Каспийс­кого моря площадью 103 тыс. кв. км в марте 1993 г. была учреждена го­сударственная компания «Казахстан-каспийшельф» (ККШ). В июне кон­сорциум, состоящий из итальянской компании «Аджип», альянса «Бритиш Петролеум» и «Статойл» (Норвегия), «Бритиш Газ», «Мобил» (США), «Тоталь» (Франция), «Шелл» (США) (ак­ционерное общество ККШ в данном проекте выступает в качестве опера­тора), подписали соглашение о трех­летнем геологическом изучении не­фтяного потенциала региона,предус­матривающее начало разведыватель­ного бурения в 1998 г. и начало до­бычи к 2000 г.

В августе 1996 г. международ­ный консорциум ККШ завершил то­пографическую съемку казахстанских нефтяных месторождений, находя­щихся в открытом море на Каспийс­ком шельфе. Это был первый этап разведывательного проекта. В ходе изыскательских работ было пройде­но 26,2 тыс. км сейсмических про­филей. Для следующего этапа про­екта, предусматривающего разведку, операционное бурение и добычу уг­леводородов из нефтяных месторож­дений, будет создан новый консор­циум. Предварительные переговоры об этом сейчас ведутся с иностран­ными фирмами.

Хотя к настоящему времени не произведено ни одного исчерпыва­ющего топографического обзора не­фтяного потенциала региона, пред­варительные данные говорят о том, что здесь много нефти. Оценки ко­леблются от 26 до 60 млрд. барре­лей. Нижний предел этих оценок бо­лее чем вдвое увеличивает современ­ные запасы Казахстана и ставит рес­публику в один ряд с Россией. Со­гласно верхнему пределу оценки не­фтяные запасы Казахстана должны быть эквивалентны 85% кувейтских. Предполагается, что регион также содержит 2 трлн. куб. м. газа. Это удваивает современные республи­канские резервы газа. Эффективная разработка этих месторождений тре­бует использования передовой тех­нологии, современного оборудова­ния и огромных инвестиций. Сто­имость топографической съемки оце­нивается в 200 млн. долл. США, в то время как расходы на разработку могут превысить 30 млрд. долл.

Следует выделить две насущные проблемы, связанные с обеспечени­ем ясных долгосрочных перспектив развития. Первая имеет полити­ческую природу и сводится к опре­делению юридического статуса Кас­пийского моря, то есть к вопросам владения нефтяными месторождени­ями. Вторая относится к инвестиро­ванию в широком смысле, а именно к постройке и развитию добывающих и перерабатывающих мощностей и к прокладке трубопроводов (включая разумный выбор маршрута).

Официальная позиция России такова, что ввиду уникальных природ­ных характеристик Каспийское море должно рассматриваться как озеро и потому общепринятые законодатель­ные нормы, содержащиеся в Конвен­ции ООН о морских законах от 1982 г., неприменимы к пяти государ­ствам, граничащим по морю. Россия настаивает на том, что оффшорная (находящаяся в открытом море) часть Каспийского моря должна стать сво­бодной зоной, в которой каждое го­сударство, имеющее выход к морю, обладает равными правами в разра­ботке нефтяных запасов. Казахстан не согласен с позицией России по Кас­пийскому морю, считая ее недоста­точно обоснованной, и придержива­ется мнения, что статус Каспия – яв­ляется он морем или озером – нуж­дается в дальнейшем тщательном определении. Буквально недавно Россия смягчила свою позицию по Каспийскому морю. Предстоят даль­нейшие переговоры.

Представляется, однако, что фак­тическое разделение Каспийского моря по национальным экономичес­ким зонам уже состоялось. И любые попытки пересмотра существующего территориального деления Каспия могли бы подорвать традиционные добрососедские отношения в этом регионе, и непохоже, чтобы какое-либо из участвующих государств при­няло бы на себя риск такого рода конфронтации. В апреле 1993 г. в результате крупнейшей сделки меж­ду Казахстаном (членом СНГ) и круп­нейшей нефтяной компанией «Шев­рон» было учреждено совместное нефтяное предприятие «Тенгизшевройл». Соглашением, рассчитанным на 40 лет, предусматривается превра­щение республики в крупнейшего экспортера нефти в течение 10 лет. Совместное предприятие, которое будет эксплуатировать Тенгизское и Королёвское нефтяные месторожде­ния, планирует увеличить ежегодную добычу на обоих месторождениях с 3,25 млн. т (65 тыс. баррелей в сут­ки) в настоящее время до 35 млн. т и выше (700 тыс. баррелей в сутки) к 2007 г. В целом «Тенгизшевройл»

 

Источник: данные Комитета по статистике и анализу Агентства по стратегическому планированию и реформам Республики Казахстан, 1993-1997. планирует добыть от 6 до 9 млн. бар­релей нефти за все время существо­вания проекта.

 

Сделки по нефти и газу также были заключены с несколькими дру­гими компаниями, включая «ЭльфАкитэн» (Франция), «Аджип» (Италия), «Бритиш Газ», турецкие БМВ и «Тур-кие Петроллери», «Оман Ойл Компани», «Джапан Петролеум Эксплорейшн Ко. Лтд.» и торговый дом «Сумитомо Корпорейшн». В целом правительство планирует разработку более 40 нефтяных месторождений с участием нефтяных компаний. «Эльф

Акитэн» задействован в пятилетней программе изысканий на месторож­дении Темир между Карачаганаком и Тенгизом, с последующим возмож­ным ее продлением на срок до 30 лет.

Три следующих наиболее круп­ных соглашения, подписанных к на­стоящему времени, привлекут значи­тельные инвестиции в Казахстан: око­ло 20 млрд. долл. США от «Шевро­на» в течение 40 лет, 6 млрд. долл. от компаний «Бритиш Газ» и «Аджип за 10-летний период и, возможно, до 3 млрд. долл. от компании «Эльф Акитэн». Большая часть этих фондов будет потрачена на бурение и производственные мощности, определенная часть инвестирована в мероприятия по охране окружающей среды и проекты местного социального развития. В таблице приведены данные об объемах производства основных нефтедобывающих предприятий в Казахстане в 1993-1996 гг.

В результате заключенных к настоящему времени сделок экспорт казахстанской нефти возрос к 2000 г. более чем втрое по сравне­нию с уровнем 1992 г., что выражается в дополнительном притоке твердой валюты примерно 3 млрд. долл. в год.

В последние годы производство нефти в республике сохраняется на более или менее устойчивом уровне благодаря инвестициям, направлен­ным на обновление нефтяного обору­дования. Этому также способствовало заключение контрактов с международ­ными компаниями и принятие пакетов законодательных актов по заключению сделок с иностранными инвесто­рами. В 1995 г. Казахстан принял За­кон «О нефти и газе», который должен способствовать привлечению иност­ранных инвестиций. В частности, за­кон предусматривает широкие воз­можности для назначения конкурент­ных цен на энергетические проекты. Кроме того, согласно закону, руковод­ство Казахстана может предоставлять право на разработку на тендерной ос­нове, а также через прямые перего­воры. Сделки могут заключаться через создание совместных предприятий, со­глашения о разделении продукции и заключение различных договоров на обслуживание.

 

 

Глава 2. Казахстан в поисках оптимальных маршрутов транспортировки

 

В настоящее время каждый сколько-нибудь привлекательный про­ект освоения нефтяного месторожде­ния на территории республики имеет иностранного партнера. Тем не ме­нее разработка идет едва заметными темпами. Это объясняется тем, что Казахстан до сих пор не нашел вы­годного варианта выхода на междуна­родные рынки нефти и не принял ре­шения в отношении альтернативных проектов нефтепереработки.

Недра Казахстана содержат не­сметные богатства, однако географи­чески, с позиции транспортировки нефти к международным рынкам, республика расположена крайне не­благоприятно. Казахстан находится в глубине материка. Другим сдержи­вающим фактором является то, что значительная часть нефтяных и газо­вых ресурсов удалена от предприя­тий нефтепереработки и испытывает включая «Шеврон», также рассматри­вают возможность прокладки трубо­провода по дну Каспийского моря до Баку. Из Азербайджана нефть могла бы поступать в трубопроводные сис­темы, проектируемые Азербайджан­ской международной операционной компанией2 для осуществления экс­порта по двум частично существую­щим линиям. Первая линия будет до­ставлять сырую нефть из Баку в Гроз­ный (Чеченская Республика, Россия), а затем в Новороссийск на Черном море. Вторая линия проходит из Баку до грузинского черноморского порта Поти. Оба трубопровода нуждаются в ремонте и модернизации. Оценивае­мый объем инвестиций, требуемых для первой линии, составляет около 50 млн. долл., в то время как на вто­рую линию нужно потратить 200 млн. долл. Главным мотивом решения об использовании двойной системы яв­ляются соображения надежности, по­скольку оба трубопровода проходят через неспокойные регионы.

В 1992 г. Россия, Казахстан и «Оман Ойл Компани» учредили Кас­пийский трубопроводный консорци­ум (КТК), планируя построить и обо­рудовать линию для транспортиров­ки нефти из Тенгизского месторож­дения. Общая протяженность нового трубопровода от казахстанских не­фтяных месторождений до термина­лов Новороссийска составит 1600 км при мощности 67 млн. т в год. «Шев­рон» также участвует в проекте как гарант транспортировки нефти по данному маршруту.

Список участников проекта не­однократно претерпевал изменения. Первоначально основатели консорци­ума – Россия, Казахстан и «Оман Ойл Компани» – имели равные доли, од­нако позже они снизили размер сво­его общего пая до 50%, а остальные 50% были разделены между россий­скими, казахстанскими, европейски­ми и американскими нефтегазовыми компаниями. Сейчас КТК также объе­диняет другие компании для реали­зации проекта строительства трубо­провода с оценочной стоимостью 2 млрд. долл. Их доли распределились следующим образом: Казахстан -19%, Россия – 24 %, Оман – 7%, «Мунайгаз» («Казахстан-Пайплайн») – 1,75%,

  1. Азербайджанская международная опера­ционная компания представляет собой кон­сорциум из 11 западных нефтяных компа­ний. Разработка ими месторождений Азери и Чираг, а также глубоководного участ­ка месторождения Гюнашлы в Каспийском море является частью производственного соглашения, подписанного с азербайджан­ским правительством в сентябре 1995 г.

 

«Лукойл» («Лукарка») – 12.5%, «Роснефть» («Роснефть-Шелл») – 7,5%, «Шеврон» – 15%, «Мобил» – 7,5%, «Бритиш Газ» – 2%, «Аджип» – 2% и «Орикс» – 1,75%. В конечном счете получилось так, что России в КТК при­надлежит доля в 44%; за ней следуют американские компании. После жар­ких дебатов российская транспортная компания «Транснефть» стала опера­тором проекта и будет управлять его финансовыми вопросами. Американ­ская компания «Уилмекс» будет гене­ральным подрядчиком.

 

Первая очередь трубопровода с пропускной способностью 28 млн. т нефти в год вошел в строй в 2001 г. В ноябре 1997 г. собрание акционе­ров КТК не утвердило бюджет кон­сорциума на 1998 г. из-за возникших разногласий.

Очевидно, что в краткосрочной и среднесрочной перспективе казахстан­ская нефть будет перекачиваться пре­имущественно через российскую тер­риторию к терминалам Новороссийс­ка. Однако в долгосрочной перспек­тиве, по мере того как объемы нефте­добычи в Казахстане будут возрастать, возможности России для транспорти­ровки казахстанской нефти будут уменьшаться. Это обстоятельство обус­ловлено как ограниченными техноло­гическими возможностями трубопро­водов, так и естественной экономичес­кой конкуренцией. Экспорт сырой не­фти останется главным источником бюджетных пополнений российской экономики в обозримом будущем, и потому Россия объективно не заинте­ресована в неограниченном продви­жении своих конкурентов на между­народные рынки нефти. Имея это в виду, Казахстан не должен «складывать все яйца в одну корзину», и было бы полезно рассмотреть альтернативные маршруты транспортировки нефти. При выборе конкретного маршрута следу­ет руководствоваться следующими ве­дущими принципами: надежное инве­стирование, вопросы безопасности, конкуренция с другими нефтяными производителями, геополитика.

Альтернативой пути Баку – Ново­российск является трубопровод Баку – Джейхан3, предложенный Турцией как маршрут к турецкому Средизем­номорью. Планируемая длина его со­ставит 1650 км, и он будет пролегать через Азербайджан и Грузию. Проект трубопровода, впервые предложен­ный в 1993 г., но позднее попавший в тень другого плана – по строитель­ству трубопровода через Грузию к Черному морю, будет стоить, по пред-

  1. Герминал Джейхан простаивает с тех пор, как двойной трубопровод Киркук – Юмурталык был закрыт в 1990 г. варительным оценкам, 2 млрд. долл. Конкурируя с Россией и используя в качестве противовеса объективно су­ществующие вопросы охраны окружа­ющей среды*, Турция пытается «про­бить» строительство этого трубопро­вода, чтобы предотвратить дальней­шую перевозку нефти через узкие проливы Босфор и Дарданеллы. По проливу транспортируется ежегодно до 32 млн. т нефти, преимуществен­но российской. Имеющиеся сейчас проекты разработки и вывоза центральноазиатской и каспийской нефти включают в себя Черное море, а следовательно, и проливы, максималь­ная пропускная способность которых 62 млн. т в год. Турция предлагает вариант Баку – Джейхан в качестве альтернативных ворот для каспийской нефти. Согласно проекту, линия по­зволит ежегодно пропускать до 45 млн. т сырой нефти.

Не желая терять растущие выго­ды от транспортировки каспийской нефти через свою территорию, в от­вет на брошенный Турцией вызов Россия совместно с Болгарией и Гре­цией выдвинула инициативу строи­тельства трубопровода Бургас-Алек-сандруполис. Суть проекта состоит в обходе Босфора и Дарданелл с их ограничениями на проход больше­грузных танкеров. Нефть должна до­ставляться танкерами из Новороссий­ска в болгарский порт Бургас и отту­да перекачиваться по трубам к гре­ческому терминалу Александруполиса. Таким образом предполагается ежегодно транспортировать от 40 до 60 млн. т нефти, оборудовав при этом оба порта нефтехранилищами. Длина трубопровода составит около 300 км при стоимости 700 млн. долл. По оценкам, строительство может быть завершено в течение трех лет.

Похоже, что ни турецкий, ни гре­ческий варианты трубопровода не были встречены с энтузиазмом, по­скольку каждый из них имеет очевид­ные недостатки. С одной стороны, верно, что греческий трубопровод намного короче турецкого и будет проходить через спокойные страны, в то время как турецкая линия будет строиться в социально и политичес­ки нестабильных районах Закавказья и на повстанческих курдских терри­ториях. Кроме того, сложная орография намного удорожает каждый погонный метр турецкого трубопрово­да по сравнению с греческим. Но с другой стороны, в случае принятия греческого проекта транспортировка включает в себя использование тан­керов от Новороссийска до Бургаса, что, в конечном счете, увеличивает ее стоимость. И наконец, часть мар­шрута, ведущая в Новороссийск, про­легает по не вполне контролируе­мым федеральным правительством России землям Северного Кавказа. Оценки экономической эффективно­сти обоих проектов, приводимые их инициаторами, противоречат друг другу. Россия, Болгария и Греция заверяют, что их трубопровод будет стоить, по меньшей мере, в десять раз дешевле, тогда как Турция наста­ивает на том, что доставка казахстан­ской нефти по ее системе труб ев­ропейским потребителям будет в два раза дешевле.

 

Южное транспортное окно через Северный Иран может служить дру­гим вариантом экспорта значительных объемов казахстанской сырой нефти на международные рынки.

Нефтеперерабатывающие пред­приятия Тегерана, Тебриза, Арака и Исфахана удалены от Персидского за­лива и испытывают хронический дефи­цит в сырье. Они могли бы перейти на казахстанскую нефть, а эквивалентные объемы своей нефти Иран мог бы от­гружать с острова Харг на международ­ные рынки. Иран уже строит термина­лы на Каспийском побережье для ве­дения такой торговли.

В августе 1996 г. обе страны под­писали соглашение об экспорте ка­захстанской нефти через Иран. Со­гласно условиям сделки по обмену нефтью, Казахстан ежегодно будет доставлять к каспийским портам Ира­на 2 млн. т. нефти, а Иран будет от­правлять то же самое количество не­фти казахстанским потребителям че­рез свои порты в заливе. Иран будет перерабатывать казахстанскую сырую нефть на местных нефтеочиститель­ных заводах для внутреннего потреб­ления. Разработка проекта строитель­ства 100-километрового трубопрово­да, который соединит североиран­ские нефтеперерабатывающие пред­приятия с их каспийскими термина­лами в Энзели, уже начата.

В то же время Иран может не­зависимо решить проблему дефицита углеводородного сырья у себя на се­вере. Недавние открытия месторож­дений в южной части Каспийского моря породили надежды, что ресур­сы открытого моря могут послужить жизненно важным источником мест­ного сырья. Кроме того, подобно России, Иран сам по себе является одним из основных мировых экспор­теров нефти, и это подразумевает, что возможности для продвижения казахстанского экспорта с его сторо­ны страдают неизбежными ограниче­ниями. Более того, поиски крупно­масштабного финансирования схем такого типа могут быть затруднены до улучшения американо-иранских отно­шений. Поэтому представляется, что вышеописанный вариант может рас­сматриваться как несомненно полез­ная, но временная, краткосрочная паллиативная мера.

При анализе различных предла­гаемых проектов необходимо иметь в виду, что Москва, явно или неявно, будет против любых схем, не содер­жащих экспорт нефти через россий­ские трубопроводы.

 

Что касается восточного направ­ления, Казахстан исследует возмож­ность прокладки трубопровода к ки­тайскому побережью Тихого океана. Ожидается, что Япония, Китай и стра­ны Юго-Восточной Азии могут стать основными потребителями казахстан­ской нефти в следующем столетии. Предлагаемый трансазиатский трубо­провод будет самым длинным в мире. Согласно различным оценкам, его строительство потребует от 8 до 12 млрд. долл. Необходимые предвари­тельные условия для претворения в жизнь такого беспрецедентного по масштабам строительства могут быть созданы в скором будущем, после сооружения хорошо развитой систе­мы местных трубопроводов, соединя­ющих нефтедобывающий запад Казах­стана с его промышленным востоком. Меморандум о взаимопонимании, об организации совместного предприя­тия по строительству внутренних неф­тепроводов, подписанный «Мунайгазом» и Международной трубопровод­ной компанией из Саудовской Аравии, указывает на некоторый прогресс в этом вопросе.

В свою очередь в Китае уже идет прокладка нефтепровода из Таримского месторождения в СУАР до Ланьчжоу и далее двумя ветками – к нефтеперерабатывающим заводам городов Луоян (пров. Хэнань) и Пэнчжоу (пров. Сычуань). Его длина составит 4200 км при стоимости около 20 млрд. юаней.

Мы полагаем, что будущий трансазиатский трубопровод мог бы быть также использован для достав­ки определенных объемов российс­кой нефти из западносибирских ме­сторождений к дальневосточным по­требителям в обмен на транспорти­ровку казахстанской нефти через рос­сийские трубопроводы в Европу.

Недостаток экспортных трубо­проводов в республике мешает боль­шинству инвесторов запустить сколь­ко-нибудь важные, дорогостоящие программы в нефтяном секторе. Пря­мые инвестиции в нефтяную промыш­ленность с 1991 г. превысили 1,5 млрд. долл. Доля «Тенгизшевройла» составляет 700 млн. долл. Только в 1997 г. иностранные инвестиции и спецплатежи по нефтяным проектам с участием «Казахойла» составили 627 млн. долл. (из них 346 млн. долл. принадлежат «Тенгизшевройлу»). Но сейчас «Шеврон» отложил свои ран­ние широкомасштабные планы до лучших времен, когда проблемы эк­спорта будут решены.

Другие совместные предприятия тоже не торопятся увеличивать свои расходы. Кроме «Шеврона», реально действуют еще около десяти ино­странных проектов. Но объем их про­дукции составляет немногим более 620 тыс. т в год.

Казахстанские нефтеперераба­тывающие предприятия плохо обору­дованы и нуждаются в модернизации. Новые проекты не привлекательны с финансовой стороны. Особенно уд­ручающе выглядит отсрочка строи­тельства нового предприятия в Мангистау, необходимого для очистки нефти месторождения полуострова Бузачи, ежегодная добыча которого равна 6 млн. т, т. е. около 30% всей казахстанской продукции. Нефть Бу­зачи очень вязкая и нуждается в по­догреве или в смешивании с легкой нефтью перед транспортировкой по трубам. Однако поскольку нефть так­же добывается и в других районах, в частности на Тенгизе, и продается по более высокой цене, то нефть Буза­чи фактически исключается из экспор­тных квот. В начале 1993 г. группа японских компаний, в числе которых «Тоё Инжиниринг», «Мицуи» и «Мицубиси», выиграла тендер на строи­тельство нефтеперерабатывающего завода в Мангистау. Первая фаза про­екта включает монтаж единиц выход­ной мощностью 3 млн. т в год при оценочной стоимости около 1,5 млрд. долл., но работы пока так и не начались.

Таким образом, если необходи­мые решающие инвестиции будут сде­ланы, то Казахстан мог бы поднять производство нефти до значительно­го уровня в обозримом будущем.

Завершая обсуждение по нефтя­ному сектору, мы должны уделить внимание другому важному вопросу – настоятельной необходимости пе­рехода к более глубокой переработ­ке нефти, вместо того чтобы способ­ствовать развитию традиционной тех­нологии очистки. Это намного более выгодно ввиду дороговизны транс­портировки из расположенного в цен­тре материка Казахстана. Например, этилен и окись этилена могли бы стать перспективными полупродукта­ми для новой высокотехнологичной промышленной нефтехимии. В этой связи тесное сотрудничество с таки­ми передовыми в области химичес­кой технологии странами, как Япо­ния и США, представляется значимым с точки зрения дальнейшей органи­зации эффективного экспорта конку­рентоспособных синтетических мате­риалов.

Имеется значительный потенци­ал для будущего развития казахстан­ской газовой индустрии. Республика потребляет 15-16 млрд. куб. м газа в год, однако производит менее поло­вины этого объема (рис. 4). В 1995 г. производство газа превысило 4,8 млрд. куб. м, из которых «Казахгаз» произвел 2,58 млрд. куб. м, а «Мунайгаз» – свыше 2,2 млрд. куб. м газа. Недостающая часть покрывается им­портом из Узбекистана, Туркменис­тана и России. По прогнозам, спрос на газ внутри страны к 2000 г. дос­тигнет 28 млрд. куб. м.

На рис. 5 приведены разведан­ные запасы газа в Казахстане и не­которых других газодобывающих странах мира. Так же как и нефть, казахстанский газ производится в основном в северо-западной части республики, в то время как глав­ные потребляющие районы нахо­дятся на юге.

Основным местом добычи слу­жит Карачаганак – одно из крупней­ших месторождений в мире, находя­щееся на северо-западе Казахстана. Разведанные запасы насчитывают 1,33 трлн. куб. м газа, 644 млн. т га­зового конденсата и 189 млн. т сы­рой нефти. Месторождение протяну­лось вдоль границы с Оренбургским газовым месторождением, и ввиду его расположения и недостаточных мощностей для переработки газ в настоящее время экспортируется в Россию. Текущий объем продукции достаточно мал: около 13 млн. куб. м в сутки по газу и 85 тыс. баррелей в сутки по нефти и газовому конден­сату. Предполагается, что он значи­тельно возрастет после совершенной сделки с компаниями «Бритиш Газ» и «Аджип» по эксплуатации месторож­дения. Российская компания «Лукойл» получила долю 15%, тогда как оставшиеся 85% были поделены меж­ду итальянской «Аджип» и «Бритиш Газ».

 

Заключение

 

Сегодняшний Казахстан – это страна, находящаяся в движении, и сейчас преждевременно судить о текущей стратегии с точки зрения ус­пеха или неудачи. Но ясно одно, что казахстанское руководство находит­ся под прессом совершенно иных забот, нежели те, которые обуслов­ливают политику, скажем, в России, не говоря уже о странах Восточной или Центральной Европы. Подобно всем транзитным государствам, Ка­захстан нащупывает путь, который бы соответствовал общим задачам ре­форм, в форме, совместимой с мест­ными реалиями.

Мы уверены, что определение приемлемых маршрутов доставки сы­рой нефти от богатых месторождений внутриматериковой Центральной Азии к международным рынкам и решение проблемы статуса Каспийского моря должно быть признано важнейшим составляющим элементом евразийс­кой безопасности в целом.

Иностранные инвестиции в Ка­захстан отражают растущую уверен­ность мирового сообщества в его значимости и перспективности. С 1993 по 1995 гг. республика получи­ла почти 2,9 млрд. долл. США ино­странных инвестиций. Большинство их осуществлялось в совместных предприятиях. К первому кварталу 1996 г. в республике работало 746 таких компаний из 72 стран. Тот факт, что западные корпорации и прави­тельства проявляют большой интерес к Казахстану, сулит стране благопри­ятное развитие как суверенного, ста­бильного, демократического и рыноч­ного государства. Такой тренд может превратить республику в сильное и безопасное якорное государство, которое могло бы зафиксировать по­тенциально нестабильный регион и Тем самым способствовать развитию других новых независимых госу­дарств-соседей в качестве демокра­тических стран.

Список использованной литературы

  1. Улюкаев А. Переход (о политико-экономических проблемах системной трансформации в России) // Вопросы экономики. – 1996. – № 10. – С. 4-22.
  2. Бофингер П., Флассбег Г., Хоффманн Л. • Экономика ортодоксальной монетарной стабилизации: пример России» Украины и Казахстана // Вопросы экономики. – 1995. – №12. – С. 26-44.
  3. Кантарбаева А. К. Инвестиционный климат в контексте результатов анкетного опроса // Альпари. – № 4. – С. 17-22
  4. Kantarbayeva А. К., Mustafin А. Т., Tsukatani T. The Oil Sector of Kazakhstan: Some Prospects for Land Lock Breaking // Japanese Slavic and Eastern European Studies, 1996, vol. 17, pp. 67-87.

* Согласно турецким источникам, поток не­фти через проливы может быть увеличен не более чем на 20%, поскольку перевози­мые сейчас объемы уже представляют не­малую опасность для 12-миллионного на­селения Стамбула. Турция вынуждена была ограничить движение танкеров через про­ливы после пожара, вызванного столкнове­нием судов в Босфоре в 1994 г.